Ты проиграешь мне (СИ)

— Я не хочу продолжать этот бессмысленный разговор. Иди в дом, — сквозь зубы процедил Андрей.
На его приказной тон взбунтовались все мои чувства. Да кем он себя возомнил?
— Я уйду тогда, когда посчитаю нужным.
Зарычав от злости, он махнул на меня рукой и твердой походкой направился вдоль берега к лестнице, удаленной от этого места на целый километр. Это ж как надо ненавидеть мое общество, чтобы проделать такой путь вместо того, чтобы обойти меня и подняться наверх привычным путем. Обида острыми когтями впилась в мое сердце, причиняя пока еще терпимую боль.
Не говоря ни слова, я развернулась в противоположную от Андрея сторону, желая проветрить голову и собраться с мыслями. Я должна основательно поразмыслить над тем, как мне прожить с этим заносчивым грубияном три месяца без потери рассудка. И своего сердца, которое так и желает потеряться в нем.
  
5 глава
 
Один из самых крупных городов нашей необъятной родины встретил меня огнями фар проезжающих мимо автомобилей и высотными зданиями — настоящим произведением искусства. Несмотря на опустившийся на городские улицы полумрак, благодаря яркому освещению я могла без особого труда лицезреть все, что попадало под мой любопытный взор: начиная от витрин модных бутиков, отражающих суету городской жизни, и заканчивая мельтешением вечно торопящихся прохожих.
Странное чувство поселилось в моей душе. Все лица здесь такие незнакомые, чужие; усталые взгляды людей не выражают абсолютно никаких эмоций на обстановку вокруг них, в то время как я вся застыла в немом восхищении. Им уже порядком приелось это живописное великолепие.
Впервые с момента моего отъезда несколькими часами ранее я затосковала по дому и родным. Пусть мой маленький городок и был провинциальным — уж точно не для амбициозной молодежи, — там я чувствовала себя по-настоящему счастливой. А ведь всегда рвалась туда, где ночью жизнь только начиналась. Я же здесь совсем одна, без поддержки, которую мне оказывали на протяжении всей моей жизни. Такое чувство, будто я стала участником реалити-шоу «Остаться в живых», а Андрей его организатор и ведущий в одном лице. Ведь именно ему мои родители поручили свою дражайшую дочь.
Доверили волку ягненка…
Хотя, судя по лицу парня, он был далеко не в восторге от перспективы прожить со мной на одной территории целых три месяца. Взять еще то, что ему пришлось тащиться за двести километров от дома своих родителей, чтобы дождаться, пока я упакую необходимые вещи, а оттуда уже выдвигаться в путь. В итоге, он опоздал на утреннюю тренировку. И на вечернюю тоже, вероятно.
— Скажешь, если будет дуть, — нарушил он молчание, образовавшееся между нами еще с начала отъезда, опуская стекло с водительской стороны.
— Хорошо, — ответила я, пристраивая затекшие от долгого сидения ноги на подлокотник задней двери.
Да, меня бесцеремонно выпихнули из пассажирского кресла. Я очень удивилась, когда Андрей, выехав за пределы моего города, притормозил у обочины и кинул непринужденно:
— Пересядь назад.
— В смысле?
Посмотрев на меня многозначительным взглядом, он вновь сосредоточился на дороге. Мне же, сгорающей от унижения, не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Только сделала я это молча, что уже было из ряда вон выходящим. А что я могла сказать ему, чтобы не выдать своей обиды на его такое открытое пренебрежение? Хватит и того, что Андрею известно о моих чувствах к нему. Как выкручиваться из этой ситуации, я еще не придумала.
По истечении полуторачасовой поездки по городским лабиринтам Андрей припарковал автомобиль возле огромного пятнадцатиэтажного здания, растянувшегося вширь чуть ли не на половину квартала. Он живет здесь? А мне казалось, что у него частный дом.
— Выходи, — бросил он, открывая дверь с водительской стороны.
Просунув ноги в кеды, я покинула душный салон автомобиля, вдыхая прохладный вечерний воздух. Осмотрелась по сторонам, замечая в некотором отдалении от нас пустующую детскую площадку, занимающую довольно большую площадь территории.
 
— Возьми хоть что-то, — махнул Андрей на багажник, загруженный моими вещами.
Я забрала с собой практически весь свой шкаф. Даже несколько теплых вещей с собой прихватила, так как София Петровна предупредила, что даже летом здесь бывает довольно прохладно.
Вытащив одну сумку, я потянулась к другой, но Андрей быстро перехватил ее. Затем хлопнул крышкой багажника и поставил автомобиль на сигнализацию.
— Идем, — махнул он головой в сторону одного из подъездов.
Проходя мимо женщин пожилого возраста, парень сдержанно кивнул им, пропуская меня вперед.
— Здравствуй, Андрюша. Это твоя девушка? Решил, наконец, остепениться? — Любопытно прищурила глаза одна из женщин, осматривая меня заинтересованным взглядом.
Будто готовился к этому вопросу, Андрей коротко бросил, открывая железную дверь ключом от домофона:
— Это моя сестра.
— Ааа…, — понятливо закивали в ответ, продолжая визуальный осмотр моей скромно сжавшейся фигурки.
Что-что, а пристальное внимание я просто не переносила на дух. Такие ситуации загоняли меня в тупик. Интересно, какой же слух теперь пустят про нас с Андреем? А вообще мне всегда казалось, что в таких крупных городах у людей банально нет времени на собирание сплетен и обсуждение неугодных соседей. Ошибалась.
— Заходи.
Ему не нужно было повторять дважды, так как я прытко рванула в подъезд, стоило парню распахнуть тяжелую дверь.
— А на каком этаже ты живешь?
— На третьем, — буркнул он, пытаясь справиться с неуправляемым чемоданом.
— Здорово, а то я жутко боюсь лифтов. Был даже один случай…
— А чего ты не боишься? — Усмехнулся Андрей, подталкивая меня в спину вперед.
Страх раскрытия сокровенной тайны мерзкими щупальцами обвил мое тело. Неужели мама все ему рассказала? Как она могла? Я не хотела, чтобы об этом знал кто-то еще, кроме моих родителей. Не все могут использовать данное знание в благородных целях.
— О чем ты? — Подозрительно сощурившись, вкрадчиво спросила я.
— Пауков боишься, высоты боишься. Про кровь я вообще молчу. Мне продолжать?
Чувство облегчения накрыло меня с головой. Мысленно стряхнув напряжение лицевых мышц, я кисло ухмыльнулась и продолжила путь по лестнице.
— В каждом человеке живут страхи. И не думай, что ты исключение.
— Я так и не думаю. А теперь не могла бы ты идти молча?
— Ой! Больно надо разговаривать с тобой.
В этот момент я почувствовала себя неразумным ребёнком. Но мне всего лишь девятнадцать, верно? Не такая уж я и взрослая. Вот только если в собственных глазах я выгляжу ребенком, то кем же я являюсь для Андрея? Ответ напрашивается сам собой.
Чтобы он посмотрел на тебя другим взглядом, нужно повзрослеть, забыть о детской взбалмошности. Иначе так и будешь провожать его фигуру голодными глазами, в перерывах подтирая слюнки, — наставляло внутреннее Я.
Да, та еще перспективка.
Поднявшись на третий этаж, я поставила на пол тяжелую, смиренно ожидая, когда Андрей отыщет ключ в своих бездонных карманах и отомкнет дверь квартиры.
— Входи.
Я быстро заскочила в коридор, ставя сумку на пустующую полку прихожей и скидывая кеды, напоминающие сейчас кандалы. Закатив глаза от облегчения, протяжно выдохнула и осмотрелась, наконец, по сторонам, концентрируя внимание на трех дверях, ведущих в комнаты.
— Я могу пройти дальше? — Обернувшись, вежливо спросила парня.
— Угу, — буркнул невнятно он, затаскивая два чемодана в проем двери.
 
Пройдя в конец коридора, я открыла дверь с левой стороны от меня и просунула голову внутрь. Это оказалась небольшая, но довольно светлая кухня-столовая, оборудованная разнообразной техникой, облегчающей жизнь современного человека. Возле окна был расположен стол овальной формы на шесть персон. Обеденную зону от зоны приготовления еды отделяли две кухонные тумбы, приставленные друг к другу. Что ж, неплохо на первый взгляд. Но для начала нужно осмотреть всю квартиру. Хотя мои мысли сейчас больше занимала комната, которая будет мне отведена. Надеюсь, он не посадит меня в клетку.