Айрин, графиня из Бездны (СИ)

Море! Айрин широко открытыми глазами смотрела на него и не могла оторваться. Море! Там, в сказках, оно постоянно присутствовало — грозное, необъятное, сумрачное. А теперь оно было перед ней — и ни капли не разочаровывало. Это было не просто большое озеро до самого горизонта — нет, это был словно живой организм. Будто бы другой мир, или частичка чуда опустилась в этот свет. Темное, могучее животное, наделенное непостижимым разумом. Айрин почувствовала, как слезы выступают на глазах и быстро смахнула их. А ветер! А запах! Аури два часа простояла там, наблюдая за движением волн, порывами ветра и стаями птиц над водой, за кораблями, застывшими у причалов и плывущих за горизонт. С трудом девочка заставила себя вернуться к бараку.
После обеда во дворе их ждала длинная растрескавшаяся повозка, куда хуже той, на которой они приехали в город. Эта должна была каждое утро отвозить их в госпиталь, а вечером — забирать, кроме тех, кто будет оставаться на ночные дежурства. Ехать пришлось недолго. Двадцать минут — и они спустились к порту. С пристани моря не было видно, оно проступало жалкими полосками воды между множеством кораблей, столпившихся в гавани. Корабли Аури понравились, но восторга не вызвали. Некоторые были красивыми и величественно покачивались на волнах, но большинство напомнили Айрин дома с Красной улицы — старые, облезлые, окутанные какими-то свисающими тряпками и населенные странными суетливыми людьми.
Госпиталь находился в глубине портовых сооружений. Это был целый комплекс из нескольких зданий. Центральным был большой трехэтажный особняк с широкими дверьми и высокими окнами.
Встречал их глава Портового Госпиталя, шевалье Раен Декарт. Их всех выстроили в зале больницы, и доктор произнес речь.
— Наш король в своей заботе решил дать возможность каждому из вас…
Айрин, впервые оказавшись в больнице, внимательно оглядывалась. Она оценила и чистые серые халаты на медиках, и до блеска вымытый пол, и высокие окна, дающие большое количество света. Впервые она почувствовала, какими ужасными были условия, в которых она проводила своё лечение.
— … есть среди вас те, кому уже доводилось заниматься лекарным делом?
Айрин шагнула вперед. Вместе с ней вышли еще трое учеников.
— Подходите по очереди. Ты — указал доктор на правого ученика — Сюда.
Подошедшим школярам доктор задавал вопросы, те отвечали, иногда начинали что-то показывать руками. Скоро очередь дошла и до Айрин.
— Что ты умеешь? — спросил доктор, едва девушка встала перед ним.
— Чистить раны, зашивать, накладывать повязки. Знаю лекарственные травы, могу сварить…
— Ясно — перебил её Декарт — Знаешь, что такое рекланд-нож? Со-зажим? Признаки гангрены?
На все вопросы Айрин отрицательно качала головой.
— Ясно — повторил доктор — Мередит, это к тебе.
Одна из медиков поманила к себе Аури и та молча встала рядом, ожидая указаний. Закончив опрос учеников, доктор Декарт попрощался со всем и удалился, а Мередит Свон — так звали их наставницу — повела Аури и Ройса — оказалось, он тоже разбирался в швах и повязках- в свои палаты, по пути показывая комнаты, расположение которых им было необходимо запомнить — уборная, склад, операционные. После короткой инструкции Мередит отпустила подопечных в столовую, показав, куда им следует явиться после обеда.
В комнате уже сидели остальные ученики. Столовая на первый взгляд не сильно отличалась от той, что была на фабрике. Но между ними была колоссальная разница — еда была бесплатной и есть можно было сколько хочешь и когда угодно. Айрин уже и не помнила, когда сама определяла количество еды на своей тарелке. На раздаче она старалась себя сдерживать, но получилось плохо.
— Ого, Роу! — воскликнул Айзек, когда Айрин уселась за стол — У тебя там что, запасной желудок?
— Мозг, Айзек, мозг — постучала по голове Аури — Тебе никогда не понять, сколько он требует пищи.
— Полегче, Роу — воскликнул уязвленный Айзек, задетый смешками однокашников — Между прочим, меня определили в помощники медика. А тебя куда? В санитарки?
 
— Угу — промычала Аури набитым ртом — Не у всех, знаешь ли, есть отец-доктор, который годами учил тебя ремеслу. Так что нам придется потратить недели три, прежде чем тебя догнать. А может, и в две уложимся, как думаешь?
Айзек не сразу нашелся с ответом, а потом уже было поздно — ученики возбужденно обсуждали увиденных ими больных. Пока одни в красках расписывали увиденные ими увечья, другие с бледными лицами сидели над своими тарелками, стараясь удержать те крохи, что успели съесть. Аури с удовольствием доела всё, что взяла и отправилась с едва поевшим Ройзеном к Мередит.
Остаток дня доктор Свон давала подопечным различные поручения и проверяла, как они справляются. А уже со следующего дня началась настоящая работа.
К концу недели, как и обещал Нароу, в бараке проживало пятьдесят учеников из пяти школ. Тридцать из них распределили в санитары. Остальных прикрепили к медсестрам и докторам. Несмотря на опеку и надзор старших, первый месяц для госпиталя выдался тяжёлым. Одному пациенту школьник перерезал артерию и тот истек кровью, прежде чем к нему подоспели врачи. Второму слишком сильно наложили повязку, в результате чего пришлось ампутировать омертвевшую руку. Несколько раз начинались драки между учениками и особо буйными пациентами. Разбитые колбы, загубленные анализы и ошибочные записи о больных никто даже не считал. Серьезных последствий эти происшествия не имели. Глава госпиталя понимал, что за материал ему достался и отправлял на операции к ученикам бродяг и нищих, которые из-за болезни были слишком слабы, чтобы не попадаться в руки стражей. К обычным пациентам учеников не подпускали.
Айрин прилежно выполняла все поручения, стараясь сделать всё как можно лучше, и однажды её вызвали к доктору Декарту. Аури нашла его в соседней с кабинетом операционной. Там, вдвоем с помощником, доктор как раз заканчивал чистить рану.
— Готовься — кивнул он на стол с инструментами, даже не взглянув на девочку, и та поспешно вымыла руки и надела перчатки.
На столе совершенно неподвижно лежал мужчина. Доктор чистил разрез у него на ноге, но мужчина не просыпался. Аури даже показалось, что он мертв, но, приглядевшись, она заметила, как опускается и поднимается грудь.
Отбросив последние бинты, доктор кивнул на больного.
— Зашей.
Аури достала спирт и протёрла перчатки и инструмент. Затем потянулась к больному.
— Я уже обработал рану — произнес доктор.
— Это правильно — машинально кивнула Аури и принялась обрабатывать рану. Помощник доктора издал странный звук и прикусил губу. Аури, не обращая внимания, зашила рану, наложила кусок ткани на шов и перевязала. И только потом подняла глаза на доктора.
— Можешь идти — кивнул он помощнику — А ты молодец! Где так научилась шить?
— Отец показал.
— Мои поздравления твоему отцу. Мередит не врала, нахваливая тебя.
— Извините за замечание, ваше сиятельство.
— Что? А, про обработку! Да, получилось даже лучше, чем я ожидал. Тебе кто-то рассказал? — с подозрением посмотрел на неё Декарт.
— О чём?
— В прошлый раз большая часть солдат умерла уже после операций. Была суета, рук не хватало, многие лечили наспех и в панике. В результате — множественные заражения. Сепсис. Гангрена. Лихорадка. И теперь, стоит кому-нибудь напортачить с дезинфекцией, его немедленно переводят в санитары.
— Отец говорил мне, что это самое важное. Ваше сиятельство.
— Он у тебя доктор?
— Солдат. Был.
— Да, эти если бывалые, тоже разбираются.
Пока санитары перекладывали больного и увозили в палату, Декарт и Аури вымыли руки, сняли халаты и вышли из операционной.
 
— Сейчас — возвращайся на место — давал указания доктор, пока они шли по коридору — У нас не много работы. Но скоро всё изменится. Так или иначе. В Итании начнутся решающие сражения, и начнут прибывать корабли с ранеными. Мне нужны будут надежные помощники. Как видишь, приходится искать таких лично. Ты мне годишься. Я скажу Мередит, чтобы она занялась тобой дополнительно. Ясно?