Тёмный призыв (СИ)

— Что-то случилось? — Вельда поняла. — В гильдии лекарей?
— К тебе приходили составить портреты?
— Был служащий из управы. Оказывается, я хорошо помню преступников.
Стефан молчал. Очень не хотел говорить про лекарку, но, вероятно, было необходимо. Как жена отреагирует на такие новости.
— Не молчи, Стеф, — заволновалась Вельда.
— Петру Скилд убили.
Сжал руку Белки, а второй она рот закрыла, охнув. Слезы сами потекли, уткнулась в здоровое плечо мага, всхлипывая.
— Ну, что ты, родная, — такой странный холодный тон, словам противоречащий, пугающий.
— Это же из-за меня. Глупая я, не рассказала сразу обо всём. Может и не убили бы лекарку.
Стефан гладил её по голове, шептал успокаивающие слова, но сам понимал, что вероятно по-другому бы пошло следствие. Только Вельде никогда не скажет, не подтвердит опасения, не упрекнёт.
— Что сделано, то сделано, родная. Не думай об этом. В другой раз будешь знать, как лучше поступить. Горький опыт, ничего не изменить.
— А ты найдёшь тех, кто это сделал?
— Мы знаем их имена. Знаем, как они выглядят. Только найти пока не можем.
— Ты найдёшь, — сказала уверенно, слезы ушли. — И всё станет хорошо, — погладила живот. — Не долго ждать осталось. Совсем скоро, а мы и имён не придумали.
— В этом тебе придётся согласиться со мной, — вновь улыбка змея, проявилась на лице мага. — У Фолгандов, а тем более магов, свои традиции.
— И что, я даже не могу выбрать? — Белка надула губки, не нравилось, что не дали решить самой.
— Прости, Бельчонок, но нет.
По лицу мужа поняла, что он не шутит. Ничего не знала о традициях семьи Фолгандов, так же мало понимала в правилах магии и имя наречении. Но всё равно обидно. Он молча смотрел, как меняется лицо Вельды под влиянием противоречивых мыслей.
— Можешь придумать имя для девочки, — он уступил.
— Маргарита, — лицо Вельды мгновенно разгладилось. — Так звали мою маму. Я не знала её. Она умерла, когда я появилась на свет. А если у нас две девочки?
— Тогда Маргарита и Эйтрет — это правильное имя для дочери стихий, роднит с пламенем, — говорил, а сам гладил и целовал руки Вельды, каждый пальчик вниманием не обошёл.
Она улыбалась. В глазах Стефана застыло ментальное усилие, чтобы проявить чувства, не просто договориться со змеем. И день выдался трудный. Других и не было теперь в их жизни. Вытянулся на постели, расслабился. Вельда рядом сидела.
— Как ты назовёшь сына?
— Скайгард Фолганд.
— Почему?
Ей действительно стало любопытно, само имя нравилось своей силой и внутренней гармонией.
— Древняя легенда. Ты же знаешь, что лорды Фолганда не могут быть магами, даже косвенно с магией иметь дело. Так было не всегда. Своеобразное отношение к магам у нас в землях — пользуются их силой, а сами избегают и не любят. Очень давно магии больше было в мире, говорят, что она легко передавалась по наследству и обучиться ей было легче. Только не поделили что-то обычные люди с теми, кто владел стихиями, изгнали, кого-то убили.
— И маги не сопротивлялись? Со стихиями просто победить обычных людей. Околдовать. Внушить, — для Вельды удивительной была эта история.
— Маги предпочли отступить. Есть гражданские законы, а есть законы магов. Мы придерживаемся и тех, и других. Сила и слабость магов в дисциплине. Маги не некроманты, чтобы причинять зло людям. Браки магов стали так редки, что стихии перестали передаваться по крови. Не было больше смелых женщин, добровольно идущих в спутницы магов. Боялись и магов, и общественного осуждения. Таких как ты, мало, Бельчонок, — коснулся огненного ливня волос и продолжил историю. — Управление стихиями сделалось дисциплиной ума. Магов теперь терпят и боятся, не забывая использовать для собственных целей. Это предыстория. — Стефан взял за руку Вельду, сплёл свои пальцы с пальцами жены, а сам смотрел куда-то в пространство немигающим взглядом. — Существует в роду Фолгандов легенда, что первым лордом земель был Скайгард Фолганд. Как и откуда появился никто не знает. Сильный маг, владеющий стихиями и оборотом. Единственный маг в роду. Не считая меня, конечно, — он улыбнулся страшной гримасой змея. — К сожалению, силу его не унаследовали потомки или попросту скрыли её, чтобы не будить в народе ненависть. Но, возможно, что сила ещё есть в крови Фолгандов. Потомкам пришлось следовать традициям, перестать заниматься магией, скрывать способности. Многие века не слышали, чтобы кто-то из Фолгандов мог сплетать чары.
 
— И тут появляешься ты, — Вельда засмеялась, она очень любила такие истории, особенно, когда их рассказывал Стефан.
— Да. Бертран стал учить меня, чтобы передать свои знания и дать возможность спасти душу, пока ревнители лика терзали тело. Судьба даёт шанс Фолгандам вернуться к истокам. Наш сын не станет лордом земель, но вырасти сильным магом у него возможность есть.
— А что значит — оборот?
— Обращение в другое существо. Сейчас никто из магов так не умеет. Мой предок мог летать, поэтому на гербе Фолгандов — ворон. Хотя, в народе долго ходили слухи, что Скайгард очень любил летать над своими землями не в образе ворона, как считалось. Жители земель клялись, что видели своего лорда в образе дракона. Дракон охраняющий Фолганд собственной жизнью. Они боялись по ночам выходить на улицу, особенно при полной луне. И до сих пор многие верят, что от жизни их лорда зависит благополучие земель. Вероятно, не без оснований, иначе как бы работали ритуалы на крови Фолгандов и спасали земли.
— Ты спасал земли своего брата долгие годы и продолжаешь это делать, — она нежно коснулась лица Стефана. — Мой дракон.
Их неизбежно потянуло друг к другу, а Хоггор-змей фыркнув ослабил хватку, позволив насладиться поцелуями.
  
Глава 42
 
Утро наградило дом мага покоем и обычными простыми радостями. Стефан с Вельдой успели позавтракать без необходимости куда-либо срочно бежать и решать сложные задачи. Они болтали о разном, как обычно часто соединяя руки, привыкли со времён сделки с Дивным богом. Таких как Бельчонок действительно редко можно встретить в Фолганде, убеждался каждую минуту маг. Смелая и открытая, сильная и нежная его девочка. Ничего не побоялась, встав наравне с магом. Согревала сердце любовью. Такая сможет стать матерью мага.
Вельду продолжала мучить совесть из-за Петры, считала себя виновной в смерти лекарки. Большого труда стоило магу успокоить жену. И вопрос родов волновал Бельчонка.
— Я отказался от услуг гильдии, — муж гладил по руке, вселяя веру в лучшее. — В Вороньем замке есть повитуха. Она опытная и обещала исполнить работу. Перед родами поживёт у нас, чтобы вовремя тебе помочь. Я предупредил, что детёнышей двое, — с чуть заметным змеиным шипением прозвучали последние слова, а улыбка Хоггора растянула губы мага.
Вельда привыкла к такому мужу, но мечтала о времени, когда сделку можно будет расторгнуть. О родах думать боялась, помнила о судьбе матери, но и с нетерпением ждала сроков.
— Не бойся, родная, — холодно смотрел. — Мы справимся.
Стефан собрался на Красный угол, где они встречались с Шауном. Он почти начал сплетать портал, когда в дверь постучали. Зелейник Хэл Вэлери поклонился с улыбкой.
— Милорд, ваш заказ готов.
— Отличная новость, Хэл. Простите, не могу пригласить в дом, очень спешу на службу. Надеюсь, что мы увидимся.
— С удовольствием.
Маг забрал флакон с настоем, который необходимо было обработать магией прежде, чем давать Бэлис. Может быть после у них появится надежда. Свидетельница расскажет, что случилось в доме некроманта, даст подсказку к поискам. Многое было известно, осталось найти, где скрылись преступники.
А больше всего Стефана беспокоило, зачем некромант и Фолганд затеяли эту историю. Не зная мотивов, маг не понимал, чего ждать дальше. Тем более Тарвит, каким-то образом связан с убийствами, что не сулило ничего хорошего. И из другого мира дотянулся до них ревнитель лика.