И кто здесь наглая рыжая морда? (СИ)
В белую рубаху нарядился, темно-зеленый галстук на шею нацепил, рубаху заправил в серые брюки, которые по размеру Кузявину явно не подходили, были несколько тесноваты и по этой причине карманы у брюк некрасиво оттопыривались.
Изольда узрела нас первой, толкнула Ленку, Ленка пикнула локтем мужа Кузявина, все как по команде растянули губы в улыбках.
- Ишь, че деется. Тольку- то а антелегента вырядили! Как пить дать, явились просить для своего лодыря, должность директора мусорщиков. - с усмешкой изрекла бабушка.
- Н-да. Не стоило вчера при Изольде о заводе говорить. Теперь, как репей прицепятся. - впервые за последние сутки, Наташка выдала нечто здравомыслящее.
Да уж. От Кузявиных замучаешься отмахиваться....
Нужны превентивные меры.
- Здрасте! - сквозь улыбку выдавила Ленка, не забывая оценочно нас с Наташкой оглядывать.
- Приветствую, - деловито произнес муж Кузявин.
Ну-ну. Посмотрим, что от его деловитости останется через несколько минут....
- Доброго денечка! Гулять ходили? - медовым голосом пропела Изольда.
- Ходили в чащу лесную, обряд свершать. По передаче дара от бабушки, мне. Остался последний штрих: зелья специального в полночь испить и все. Стану официальной знахаркой, ведуньей, травницей и шаманкой. - радостно сообщаю, опередив Наташку и бабушку, радостно сообщаю незваным гостям.
- Гы- гы- гы, - хохотнул Кузявин.
Изольда с Ленкой переглянулись.
Наташка кашлянула.
- Все лучше, чем чафлей. - сказала бабушка.
- Мау-у. - одобрительно мяукнул Геннадий с Наташкиных плеч.
Я измерила взглядом обтянутого тесной одеждой Кузявина.
- Должность и оклад, значит просить намеренны. Вынуждена огорчить. Не быть вам Анатолий руководителем. Никогда. Блок стоит на вас. Профнепригодности к руководству. Сделала вам его женщина пожилая, нехорошая, в семью вашу вхожая на постоянной основе. Подумайте, кто это может быть и гоните от от дома чесночными связками.
- Мама?! - сдавленно пискнула Ленка.
- Чуть что, сразу мама! - возмутилась Изольда.
Кузявин уронил челюсть, глаза вытаращил.
А меня понесло дальше.
- Еще на вас Толя, приворот любовный сделан. Делала женщина молодая, статная брюнетка с пышными бедрами и грудью четвертого размера. Взгляд у нее туманный такой....
- Продавщица из хозяйственного! - ахает Ленка.
Кузявин вздрогнул, покосился на Ленку испуганно.
Ну и дела. Не иначе у многодетного папаши рыльце в пуху.
Перевожу дыхание. Продолжаю вдохновенно:
- Греховной страстью к Анатолию та женщина пораженная. Если меры не примете, уйдет он к ней скоро Толя- то. Как бычок на заклание. К осени и уйдет. Детей оставит и не подумает, что воспитываться должны гармоничными личностями в полноценной ячейке общества.
Долго, правда не проживет там, у грудастой брюнетки. К зиме она его выгонит облысевшего и насквозь больного, загадочной хворью.
Этот -то приворот можно попробовать снять. Как войду в полную силу, займусь спасением Анатолия. Поработаем с чакрами, яйцом выкатаем, отчитки с отливками начнем практиковать. А перво-наперво подсажу в Анатолия легкий дух полового бессилия...
Толя Кузявин запрыгнул в Жигули. Вроде бы брюки на нем треснули, а может это рессоры так скрипнули. Не знаю. Ленка с Изольдой последовали за Толей, в автомобиль. Жигули с пробуксовкой сорвались с места и понеслись разбрасывая в разные стороны мелкий гравий.
- Ну, Алина, ну ты даешь! Даже я бы так не смогла! - провожая взглядом транспорт Кузявиных, восхищенно проговорила Наташка.
- Даеть стране угля. Мелкого, но много. Идёмте траву да сережки, сушиться раскладывать, а там, уж и время обедать. - сказала бабушка.
Удивительно, даже ворчать на меня не стала.
С момента отъезда Кузявиных и до самого вечера, ничего особенного не происходило.
После ужина едва проводили Наташку в Москву, заморосил мелкий дождь.
Бабушка отправилась отдыхать, кот Геннадий забрался на шкаф, растянулся во всю длину, мордаху пристроил на передние лапы. Балдеет.
Я настроилась на приятное времяпровождение: усесться на террасе в старое кресло, пить какао из большой керамической кружки, слушать музыку и шум дождя думать откуда взялся тот рыжий парень....
Прежде решила проверить: закрыта ли на щеколду калитка? Набросила на себя ветровку, сунула ноги в бабушкины калоши, выскочила из дома, добежала до калитки....
Калитка закрыта.... По тропинке от пруда, прямиком к нашему дому, неспешным прогулочным шагом идет.... Утопленница! Больше некому. Здесь чужие не ходят. В балахоны с капюшоном одетые. Крупная такая утопленница. Упитанная. Ну да, она же дочь купеческая, ей положено быть такой крупной.... Не сидится в пруду! Может в реку ее загнать? Чтоб не шлялась тут больше.
Бегу к дому, хватаю деревянное весло. Вываливаюсь из калитки. С веслом наперевес шагаю навстречу утопленнице...
***
Так-то, я по натуре, девушка не агрессивная, склонностей к физическому насилию не имеющая.
Да и особой личной неприязни к данной утопленнице не испытываю, и даже где-то в глубине души, у меня сочувствие к ней пошевеливается.
Унылое у нее, у утопленницы существование, посиди - ка в стоячем водоеме безвылазно, никаких нервов не хватит!
Наверняка беспокоят климатические изменения. Угнетают соседи - водоплавающие. Или тревожит геополитическая обстановка.
Мельник, опять же вспоминается. Всяко может быть. Возможно от этого удрученного унылым существованием состояния, и лезет из она пруда наружу. И к нашему дому прет.
При всём сочувствии, от дома отваживать нужно. Незачем лишнюю сырость разводить. И вообще.
Весло тащу больше для демонстрации серьезности намерений. В качестве устрашения, так сказать. Сразу замахиваться не стану. Прежде договориться попробую.
Утопленница остановилась. Капюшон с головы скинула. Выражение лица не разобрать на расстоянии, да в лиловых сумерках, но, вроде как, изумленное. Подойду поближе, узнаю точней , какое произвожу впечатление.
Хоть дождь и мелкий, но тропа успела намокнуть, стала скользкой, идти в калошах которые на пару размеров мне велики не так-то и просто. Да и весло деревянное, надо сказать не из легких.
Утопленница руки сложила на пышной груди кренделем!
Да, выражение физиономии у нее и впрямь изумленное. И румянец во всю щеку. Заместо характерной для утопленников бледности. Странная какая-то.
- Позу смени. Разворачивайся назад. В пруд разрешаю не прыгать. До реки побежишь. Там вода проточная, русалки опять же, рыбы всякие для компании! Пора менять место твоего пребывания! И шляться к бабушкиному дому, пора прекращать! Два века прошло, а ты все мельника ищешь! Уж и мельницы в помине нет, не то, что мельника! И вообще! Меняться тебе надо! Себя возлюбить безусловной любовью! Такую, как есть. И сразу все резко наладится! Водяного какого встретишь, про мельника напрочь забудешь. - проговариваю тоном не терпящим возражений.
- Это, что сейчас было? - человеческим басом, вопрошает утопленница выслушав.
Надо же. Говорящая.
- Это попытка дипломатических переговоров. Дабы загнать тебя в водоем без применения силы. - вежливо поясняю я.
- Психическая? Я тебе покажу водоем! Загонит она! Сама запрыгнешь! А ну, отдай! - возмущенная утопленница, двумя руками вцепилась в мое весло. Тянет на себя со всей силы. Недюжинной силы, надо сказать.... Держусь за весло с неимоверным трудом...
- Ах ты пигалица рыжая, посмотри, какая цепкая! - выдыхает крупногабаритная утопленница.
- Если я перейду на личности, твоя самооценка упадет ниже плинтуса, - парирую сбивающимся от напряжения голосом.
- Ты че, такая дерзкая?
- А ты с чего такая наглая?
- Я наглая? Мне в жизни никто не смел угрожать веслом!
- Все когда-то случается в первый раз! Скажи спасибо, что я тебе этим веслом с ходу не приложила! Я ведьма вежливая в отличие от всякой подводной нечисти!