Истинная (не) для президента (СИ)

- Вы меня похищаете, - выпалила то, что не хотела говорить. И уж тем более не хотела слышать ответ.
- Похищаю? – Вольский посмотрел на меня. – Я кто по-вашему?  Какой-то бандит? Пытаюсь уберечь вас от взбесившегося оборотня. Он вас бил, насиловал, а я же добрая душа, не мог не вступиться. Как-то так. По крайней мере что-то вроде этого завтра напишут в газетах, расскажут по телевизору.
- Выпустите меня! – завопила я, бросившись вперед. Вольский тут же схватил меня, грубо усадил обратно.
- Куда отпустить? Мы в самолете. Забыли? Так что пока он не сядет, придется составить мне компанию.
Сердце бешено колотилось. В горле вмиг пересохло. Я прошла мимо Вольского, заходила туда-сюда по салону.
- Да успокойтесь вы, - усмехнулся Вольский. – Вам даже лучше. Узнаете, кто он на самом деле, хотите ли вы еще его видеть. Мне нужно чтобы он всего лишь сошел с дороги и не мешал. Пусть наслаждается жизнью, трахает вас, плодит волчат. Мне плевать. Лишь бы мне не мешал. А вы выясните на что он ради вас способен. Так что в какой-то мере мы помогаем друг другу.
Глава 12
Судя по циферблату часов в салоне, полет длился четыре с половиной часа. Вольский отсел от меня подальше, иногда наливал себе выпить, часто говорил по телефону. То отменял выступление перед рабочими заводов, то обговаривал дизайн новых рекламных плакатов, то долго общался с кем-то, кого называл цыпочкой.
То и дело возникало желание найти что-нибудь потяжелее и ударить его по голове, но рядом ничего такого не было, да и вряд ли я справилась бы с довольно крупным и атлетическим мужчиной. Да и если справилась бы – это самолет, отсюда нет выхода, пока он не приземлится.
По салону прошел пилот. Сперва в заднюю часть, а потом обратно.
Первый раз я только смотрела на него. Тот выглядел сосредоточенным, не смотрел ни на меня, ни на моего нежеланного компаньона. Второй заметила, что Вольский задремал в кресле, и ухватила пилота за рубаху.
- Помогите, - шепнула я. – Сколько он вам заплатил? Виктор заплатит больше.
 Пилот ускорился, стараясь побыстрее миновать салон.
- Ты грязный предатель! – крикнула я ему в след. – Надеюсь, он тебя убьет.
Вольский тут же проснулся.
- Стой, Сергей.
Пилот остановился.
- Расскажи ей, почему ты предал Голубоглазова. Ты мне нравишься, я бы не хотел, чтобы тебя нашли с откушенной головой. Может, если она не будет творить глупостей и вернется к своему волчонку, расскажет ему про тебя, и ты обойдешься легким испугом.
Сергей повернулся.
- У него есть доказательства, будто я возил наркотики через границу. Если не сделаю этого – мне конец. А у меня жена инвалид и шестилетняя дочь. Без меня они не проживут. Извините.
Сказав это, пилот вздохнул, будто с его плеч упала тяжелая ноша, и удалился в кабину.
- Видишь? – Вольский посмотрел на меня. – Кто угодно предаст кого угодно, если найти правильный подход. Я ему предложил простой выбор – либо деньги, либо, как он сказал, конец. Как видим, Сергей оказался благоразумным.
- Вы даже ему заплатили, - от взгляда Вольского становилось не по себе, будто и не человек смотрит, а голодный монстр.
- Есть люди, которые всю жизнь будут мечтать отомстить. Некоторым это удастся. Мне не нужны враги. Получив деньги, он со временем поймет, что это было даже во благо.
- Сволочь вы, Вольский.
- Не отрицаю, - ухмыльнулся он. – Но не будь я сволочью, меня бы здесь не было. Максимум, на что бы я мог рассчитывать в своей жизни – роль мелкого, местечкового чиновника, и вечный страх, что конкурент, который как раз сволочь, в один прекрасный день лишит меня всего, может, даже и жизни. Хочешь идти вверх – придется стать сволочью.
- Но Виктор…
Вольский прервал меня громким хохотом.
- Ты что, думаешь он белый и пушистый? Себе-то не ври. Помнишь, я сказал, что он может убить тебя, когда ты перестанешь быть ему нужной? Это чистая правда. Если бы он чего-то там в тебе не унюхал – скорее всего, так бы и было. Уж я-то знаю, мы были друзьями. Не знакомыми, не партнерами, не коллегами, а именно друзьями. Несмотря на все, я его уважаю. Нам с тобой даже повезло – он словил приход от своих инстинктов и, надеюсь, отступит добровольно. Все для всех закончится счастливо.
 
- Прошу занять свои места. Идем на посадку, - прозвучал голос в динамике.
Я отвернулась к иллюминатору. Через какое-то время увидела огни города. Понятия не имела, что это за город, и даже в какой стране он находится. Поменьше моего где-то наполовину.
Постепенно из медленно спускающегося самолета я увидела испускающие дым трубы какого-то завода, россыпь домов, медленно ползущие по улицам автомобили.
Нужно было просто оставаться дома. Хоть и не уверена, что Вольский не достал бы меня где угодно, хоть на краю света. Он был как лишенный чувств механизм – видел лишь свою цель, а остальное его ни капли не интересовало.
Самолет коснулся взлетно-посадочной полосы где-то за городом. Как только он остановился, в салон вошли четверо крупных мужчин в обычной, штатской одежде. У одного из них в кобуре на поясе я увидела пистолет.
- Встаньте и следуйте за нами, - сказал один из них.
Тут же вмешался Вольский.
- Смотрите мне внимательно. Если хоть один волос с её головы убьет – я сам сдам вас Голубоглазову. Сделайте все, чтобы ей было комфортно.
- Так и будет, босс. Мы же не маньяки, - ответил один из них.
Меня вывели на улицу, посадили в фургон без окон. Внутри все было казалось бы комфортно – мягкое сиденье, все чистенько, светлая лампа на потолке, даже телевизор – при желании в нем можно было бы даже жить. Понятно, что окон не было для того, чтобы я не поняла где нахожусь.
Один из них сел рядом со мной и всю дорогу молчал, играл в какую-то игру на телефоне. Попыталась заговорить с ним – в ответ ни звука, будто он находился в другом месте, а тут существовала лишь физическая оболочка.
Через двадуать-двадцать пять минут меня привезли к уединенному дому за городом. Самый обычный одноэтажный дом с чердаком. Вокруг был непроглядный лес, и лишь узкая дорога вела неизвестно куда.
- Заходите, - сказал мне сопровождающий. – Внутри есть все, что нужно для жизни. Еда, телевизор, книги, одежда. Если что-то нужно – обращайтесь. А главное – не пытайтесь сбежать. Тут мало кто ездит, зато в лесах водятся дикие животные, можно заблудиться, попасть в охотничий капкан. Так что лучше не надо.
Сказав это, он открыл дверь в дом.
***
Если позабыть, что я в плену, было даже комфортно.
Мои «тюремщики», если можно так назвать, почти со мной не общались, только приносили то, что я просила. Их можно было даже принять за слуг – захотела торт, и на следующий день мне его принесли.
Сам дом оказался уютным – с большой спальней, несколькими комнатами с современной мебелью и техникой, как большой плазменный телевизор и стиральная машина. Не хватало разве что телефона. Но на просьбу дать мне его, мне ответили строгим отказом. Кто-то, может, и принял бы такой плен за рай. Никакой цивилизации, вокруг лишь природа, по которой мне никто не запрещал гулять, только поглядывали издали. Есть все, что нужно. Не стоит беспокоиться о завтра. Можно сутками сидеть, смотреть сериалы, полистывать журналы…
Но не хотелось ничего.
Вообще ничего.
Смотрела я разве что новости, чтобы узнать, что происходит с Виктором.
Но новостей не было.
Как не было и его выступлений перед толпами избирателей, интервью. Участия в политических ток-шоу. Лишь рекламные ролики говорили о том, что он не отступил. Наверное, просто плюнул на меня. Может, все эти истинные – и правда чья-то красивая выдумка. На какое-то время, возможно, он почувствовал влюбленность, но когда пришлось выбирать между мной и выборами – разумно выбрал последнее.
Как-то эгоистично я обо всем этом думаю. Будто он должен бросить все и спасать меня. Но черт, он сделал мне ребенка! И что теперь?
Наверняка мне тоже померещилось, что у меня к нему есть чувства. Какие-то, несомненно, были, но вряд ли это любовь.