Благими намерениями (СИ)
Глава 1
— К чертям все, Миа! Он… он просто гребаный мудак, подруга, — едва ли веря до конца в собственные слова, выдохнула я в телефон, который с секунды на секунду ускользнет из расстояния между щекой и ухом, и, подхватив практически падающий пакет с покупками, остановилась у почтовых ящиков.
Подъезд меня встретил теплом, отчего щеки начали невыносимо пылать. Дождь, который пошел вопреки прогнозу погоды, пропитал толстовку и капюшон и противно скапывал на лицо. Погода словно страдала вместе со мной, в очередной раз намекая, как все плохо. Справиться со всем этим одновременно у меня не получалось.
— Грейс, тебе нужно поскорее съехать и начать все заново! — вторила подруга из динамика сотового. — Я вообще не понимаю, зачем ты туда возвращаешься.
— Я же говорила тебе, Миа, — вздохнула я, устанавливая пакет с покупками на подоконник рядом со стеной, где висели почтовые ящики, — мне некуда идти, здесь все мои вещи. Кроме того, сегодня Тайлер в ночную смену.
— Мудак… — буркнула подруга.
— Мудак, — вздохнула я и рассмеялась. — Все еще не могу привыкнуть к его новому имени.
Я стянула капюшон, отряхивая себя от влаги, и, немного расстегнув замок на кофте, словно вдохнула воздух полной грудью, поток которого не мог преодолеть тесную толстовку. Телефон наконец-то был уверенно зажат ладошкой одной руки, пока вторая шарила в кармане в поисках связки ключей.
— Ты всегда можешь остановиться у меня, Грейси! Я не понимаю…
— Себастиан не будет в восторге, если на диване за стенкой кто-то будет слушать ваше громкое секс-рандеву.
— Брось, Себастиан тебя любит! — воодушевленно пропела подруга.
Я открыла почтовый ящик, доставая оттуда пачку корреспонденции: счета, опять счета и снова счета. О, Господи, Тайлер же заверил меня, что все оплатил. И почему меня это волнует?
— Грейс, ты еще здесь? — вернул меня в реальность голос из динамика.
— Ой, да, прости, просто тут целая кипа счетов, которые Тайлер уже якобы оплатил, — рассмеялась я. — Наверное, знаешь, меня это уже не волнует! Если я тяну его на дно, тогда пусть сам разбирается со своими счетами!
— Вот и правильно! — поддержала меня Миа. — Тогда, может, ну его, и к нам?
— Спасибо, подруга, но я все-таки пойду, сделаю себе прощальный ужин, соберу свои вещи и закажу перевозку, — сгребая в охапку пакет с продуктами, в который я запихнула еще и корреспонденцию, улыбнулась я. — Еще, быть может, пока он на работе, порежу его гребаные трусы, которые он так любит, и… не знаю, может, еще найду, чем ему насолить.
— Быть может, мы все-таки сожжем его квартиру? — Миа спросила это таким тоном, словно действительно думала, что я соглашусь.
— Нет, Миа, — рассмеялась я, как обычно, туша в подруге «маньяка-пироманта».
— Главное, что я предложила, — хихикнула Миа. — Ты слишком добра к нему!
— Я знаю, милая. Развлекитесь там с Себастианом!
— Как всегда! — мгновенно ответила подруга и, попрощавшись, отключилась.
Я, наверное, не хотела верить в то, что подруга права. Мне уже не следовало возвращаться к Тайлеру домой, но в последние четыре года это был и мой дом, в котором находилась мебель, обшитая мною на заказ, все мои вещи, в том числе и занавески, ради покупки которых я выстояла огромнейшую очередь. Я любила его… люблю… или это привычка? Я не могу понять, что все-таки сделала не так. И чем заслужила такую участь. Прислонившись к стенке, я закрыла глаза, вспоминая:
«Красивый ресторан. Свечи. Мы в такие редко ходили, так как столики здесь нужно резервировать заранее, а счета начинаются с четырехзначных чисел. Но сегодня Тайлер пригласил меня сюда. И вот наступил вечер, и я, вся такая красивая, в новом платье, купленном несколько часов назад, на котором даже не срезана бирка, потому что я не уверена, смогу ли позволить себе оставить столь дорогую тряпку, сижу в одиночестве, смотрю на свечи и пью уже третий по счету бокал вина. Официант боится подходить ко мне, так как в глазах у меня стоят слезы. Я уже и не надеюсь, что Тайлер придёт. Но ранее, когда он сказал, куда приглашает меня на ужин, я подумала, что он одумался. Что все наконец-то наладится, и что наши отношения опять станут прежними. Я так хотела услышать от него, что со всеми интрижками покончено, и что ему нужна только я. Я уже представляла, как он встает на одно колено, достает пусть и маленькое, но изящное колечко и предлагает мне выйти за него замуж. И когда Тайлер влетел в ресторан, я опять почувствовала готовность все ему простить, представляя, как он будет извиняться, но… Тайлер опустился на стул, а не на одно колено, и, не раздеваясь, бросил мне сухое «привет».
Официант тут же подсуетился:
— Вино, сэр?
— Нет, спасибо, я ненадолго, — быстро ответил Тайлер, тем самым вгоняя меня в ступор.
— Что-то случилось? — задыхаясь, спросила я.
— Нет, просто я нашел в себе силы определиться, Грейс. И Кармен ждет меня в кофейне напротив…
— Кармен? — всхлипнула я.
— Понимаешь, нам надо расстаться, ты мой тупик, и ты тянешь меня на дно, — скупо и без толики сожаления на одном дыхании произнес он.
— Расстаться? — не веря в происходящее, повторила я его слова.
— Постарайся забрать свои вещи в ближайшие дни, а еще лучше, если ты съедешь завтра или даже сегодня…
— Стоп! — выкрикнула я, привлекая к себе внимание окружающих и удивленный взгляд Тайлера. — Хватит! Я больше ничего не хочу знать!
Бросив салфетку на стол, я залпом осушила бокал вина.
— Грейс, пожалуйста, давай без представления, ты меня позоришь, — Тайлер огляделся на шушукающихся постояльцев. — Мы же можем расстаться мирно? Не чужие ведь друг другу люди.
В голове гудел рой мыслей. Наорать на него. Облить вином. Насадить ему на голову ближайший вазон. «Ты меня позоришь!» простучало в висках. Нет, я однозначно опозорю себя, если поступлю как последняя истеричка. У меня было все, что я только могла пожелать, и я променяла размеренную жизнь на это? Тихо, девочка, он этого не стоит! Или… стоит?! Только не реви. Вдох. Выдох. Успокойся. Все делается ведь к лучшему? Все ведь будет хорошо? Ведь будет, правда?
— Грейс? — донесся до меня голос Тайлера, который и вырвал меня из моих мыслей.
— По-моему, тебя уже заждались, — глотая подкатившую волной тошноты обиду, выдохнула я.
Он сказал что-то еще про ключи, а потом улыбнулся и ушел, но я совершенно ничего не слышала. Мне хотелось спрятаться в каком-то панцире от всего мира, и я организовала его в своей голове. Руки дрожали, а в горле пересохло. Четыре года. Четыре гребаных года я была этому козлу горничной, служанкой, кухаркой и секс-игрушкой в одной чертовой позе бревна в одном лице… И все, что я заслужила, это быть брошенной в ресторане, ужин в котором стоит половину моей зарплаты? Это низко даже для Тайлера. Но нет! Я не буду плакать… не буду…
Я пришла в себя, когда меня позвал официант, понимая, что слезы градом стекают по моим щекам, а я сама панически мотаю головой из стороны в сторону.
— Мисс, мне очень жаль, — тихо произнес мужчина, наливая мне вино. Вовремя, черт возьми! Я подняла на него зареванное лицо. Не считая музыки, в зале царила полная тишина, и все посетители прямо или краем глаза пялились на меня.
— По мне так заметно? — хлюпнула носом я, поднося бокал к губам. Сладкое розовое вино с солеными слезами обволакивало и обжигало горло. Я не знаю, сколько стоит бутылка этого наслаждения, и, возможно, в свете последних событий, чтобы оплатить счет, мне придется несколько смен мыть здесь посуду, но я ужасно хотела пить, и… это вино так прекрасно заходило.
— Нет, мисс. Просто это было довольно громко.
— Отлично. Большего унижения в жизни я еще не испытывала, — доставая из кошелька купюры, пробормотала я.
— Не сочтите за дерзость, но, по-моему, он мудак, — словно делясь со мной тайной, шепотом произнес официант, мужчина лет сорока, чем вызвал у меня смешок.
— Наверное, вы правы, — улыбнувшись и вытерев слезы, произнесла я».