Операция «Химера» (СИ)

Петляющая улочка свернула еще несколько раз и выбежала на солнечную аллею, обсаженную с двух сторон декоративным кустарником. Сразу за кустарником росли молодые деревья, дававшие ровно столько тени, чтобы в глазах тут же зарябило от мельтешения яркого света, свободно льющегося между тонкими макушками.
— Надо же, не забыл, — весело прокомментировал Николай, осторожно сбавляя ход. — Приехали, — объявил он, окончательно притормозив у очередного просвета между кустами.
За просветом открывалась довольно широкая дорожка, выложенная порядком побитыми каменными плитками и ведущая прямиком к чистенькому нарядному зданию в три этажа.
Рой с наслаждением потянулся, пользуясь тем, что больше не нужно ни за что держаться и растопыриваться наподобие местного сказочного персонажа, чтобы не слететь с насиженного места прямиком в открытое окошко. Альтернатива, правда, у упомянутого персонажа вырисовывалась гораздо более печальная — насколько Рой помнил, его пытались запихнуть в печку. Зато и время пребывания в подвешенном состоянии ограничилось всего лишь несколькими минутами безумного диалога. В отличие от их с Ериком длительной поездки.
— Не успели, похоже, — забеспокоился Николай, пригнувшись и выглянув через Роя в его сторону на улицу. — Вон, даже на крыльце уже никого нет.
— Ничего страшного, — успокоил его Рой. — Так даже лучше, мешать никто не будет. Ты по магазинам собирался, — напомнил он, — сколько, думаешь, это времени займет?
— Не знаю даже, — растерялся Николай. Видимо, до нынешнего момента его походы за покупками ограничивались исключительно ближайшими к квартире торговыми точками. — А ты там сколько дела решать думаешь?
Рой пожал плечами:
— Час, может, два. Как примут, — добавил он, припомнив особенности местной национальной бюрократии.
— Паспорт, — напомнил Ерик.
— Да, и паспорт давай, на всякий случай, — спохватился Рой.
В стоячей машине, даже при условии с двух сторон открытых окон, дальше оставаться становилось все более чревато превращением в хорошо прожаренный бифштекс.
— Ладно, — решительно предложил Николай, протянув документ. — Там у меня фотография не поменяна, с шестнадцати лет, — виновато предупредил он, — все собирался, да как–то некогда было.
Рой, в мыслях уже радостно потирающий руки в предвкушении хоть какой–то определенности с периодом времени, оценил затертую обложку и даже открывать дату рождения не стал. Понятно, что завхозу далеко не двадцать пять, но жизнь на свежем воздухе задубила внешность так, что выглядел он в точности как легендарные «от сорока до шестидесяти». Кстати, похмелье и бессонная ночь позволяла спокойно накинуть еще пяток лет.
— Я тогда далеко отходить тогда не стану, — предложил Николай, — а буду каждые полчаса сюда наведываться. Как справишься там… Ну ты понял, — он махнул рукой, видимо, не найдя слов.
— Понял, — кивнул Рой.
Неожиданно вскрывшаяся манера Николая не тормозить и рефлексировать, создавая ненужные проблемы, а решать их, нравилась ему все больше. К тому же, мысль о том, что они с Ериком, на этот раз помогли не какому–то абстрактному человечеству, а вполне конкретному и определенному его представителю, неожиданно приятно согрела душу.
Из кабины Николай выбрался первым — Рой немного замешкался, выковыривая из–под сидения заспанного Ерика.
— А закрывать машину ты не собираешься? — окликнул он уже намылившегося переходить через дорогу Николая.
— А зачем? — в свою очередь удивился тот. — Ее все равно только я да Леха завести можем, так что даже спьяну тут прокатиться не выйдет. Да и кто средь бела дня в чужой грузовик полезет! — словно только сейчас сообразив, рассмеялся он.
— Действительно, — Рой мысленно вздохнул и немного позавидовал местной беспечности, позволяющей оставлять на улицах незакрытые машины с непривязанными мотоциклами, а в домах хранить ценности в бельевом шкафу под полотенцами.
Еще раз кивнув на прощание, Рой зашагал по вымощенной сбитыми плитками дорожке. Чистенькое трехэтажное здание, с совсем уж миниатюрным верхним этажом и шпилем на крыше, казалось перенесенным сюда со страниц какой–нибудь сказочной книжки. Резкий контраст между некоторой общей запущенностью и новеньким, словно только вчера пережившим косметический ремонт ЗАГСом, выглядел подозрительным. С другой стороны, какая–никакая логика в расставленных акцентах все–таки наблюдалась: брачные ритуалы требовали праздника, а как еще подчеркнуть вступление в новый статус, как ни нарядной обстановкой?
 
Широкая и пологая лестница под мрамор вела к просторной площадке крыльца и высоким застекленным трехстворчатым дверям. Дворец — не меньше. Вот только ни лакеев, ни швейцаров, ни вообще кого–либо поблизости не наблюдалось. Наблюдались только кружевные занавески, плотно задернутые изнутри, так, чтобы не оставить ни одной щелочки, и прямоугольная белая табличка, на которой крупными буквами значилось «ЗАКРЫТО».
И всё. Ни расписания тебе, ни каких–либо объявлений.
Роя такое положение вещей более чем устраивало. Оно означало, что никто из любопытных гостей, собравшихся по–быстрому перекурить в ожидании заветной регистрации, не засечет его манипуляций с черным ходом.
Покрутив для надежности золоченую ручку, убедившись, что реакции можно не ждать, Рой неспешно спустился по ступеням вниз и взглядом профессионала наметил хорошо утоптанную дорожку, ведущую к задней части мини–дворца. Ни плит, ни даже гравия или песочка какого–нибудь. Здешний персонал тоже явно не желал, чтобы праздно интересующиеся случайно вышли туда, куда не нужно.
Окна ЗАГСа мирно смотрели перед собой бельмами все тех же кружевных занавесок. С другой стороны простирался нестриженый газон, упирающийся в деревья и кусты за ними.
Рой понадеялся, что никого из вездесущих бабулек с зоркими глазами не насторожит человек в классическом сером костюме и с дипломатом, строгим шагом огибающий здание и взлетающий по трем простым цементным ступеням на узкое неприветливое крыльцо без перил.
Надо же, а такой фасад красивый.
— Ерик, — позвал Рой напарника, подергав дверную ручку, и убедившись, что черный ход тоже закрыт изнутри.
— Уже, — лаконично ответил тот.
Рой в последний раз проверил фон. Убедился, что если специально не докапываться, то дипломат даже для посвященного выглядит просто дипломатом, и присмотрелся к входу уже внутренним зрением. С притолоки тут же свесился быстро проявляющийся хвост дверного колокольчика.
Не хватало только банта над кисточкой и вывески «Посторонним В».
Сделав вид, что отмахивается от какого–нибудь назойливого насекомого, Рой за предложенный хвост подергал и приготовился ждать. По его мнению, дверной молоток в таком месте смотрелся бы гораздо менее эклектично. С другой стороны, он давно уже принял как факт, что умом данную местность понимать пытаться даже не стоило.
  
ГЛАВА 25. Норны, нити и архив
 
Ждать пришлось недолго — ну хоть в этом повезло. Наверное, здешние служащие еще помнили основные правила маскировки.
А может, просто подфартило, и кто–то из своих оказался рядом с выходом из здания.
— Проходите–проходите, — сухонькая бодрая женщина в фиолетовом халате и выцветшей косынке в мелкий цветочек бодро распахнула дверь и отпрыгнула внутрь, приглашая войти. — Скорее только, — заторопила она, — почти все разбежались по домам на обед, но эти все еще сидят, добычу делят. И в ведро, в ведро не наступите!
Последняя реплика выглядела более чем актуальной, поскольку с яркого света в темноту коридорчика Рой попросту ослеп.
 
Послушно перешагнув через порог, он остановился и задействовал ночное зрение. И сразу разглядел не только ведро с грязной водой, от которого оказался в критической близости, но и швабру и даже намотанную на нее тряпку.
— Допуска не надо, не надо допуска, — громким шепотом зачастила дама. — Вижу, что свои, чужие в наш звонок не звонятся, токмо в дверь колотятся. Кулаками бьются, ироды, или ногами еще бывает, если отметят как следует.