Игра топа (СИ)

Поначалу народ возмущался, открывались частные лавочки, таверны массово отказывались от «Хотурских булок». Казалось бы, жизнь наладилась, но не прошло и трёх дней, как Удольск захлестнули массовые отравления булочками и пирожками.
Мэр тут же созвал внеочередной городской совет и, конечно же, ратуя исключительно о благополучии своих граждан, вынес приказ «О Безопасности славного города Удольска».
Дальше Горх мог и не продолжать. И так было понятно, что, как только монополия уважаемого Хотура была восстановлена, отравления тут же прекратились.
Из этого рассказа я сделал вывод, что на мэра работает хороший алхимик. Одну сейчас судили, вторую я лично сжёг… Неужели в Удольске есть третий зельевар? Я задумчиво перевёл взгляд на заканчивающего историю Горха.
— Мы как только огонь увидели, так сразу на улицу щеманулись, а он, значица, остался.
Речь у Горха, конечно, совсем не эталон литературной нормы, но зато искренняя – что думает, то и говорит. Что же до этого Хотура… Интересно зачем он остался? Решил, что Уля его узнает? Или понадеялся на родственные связи?
— А Ульяне какая разница кто перед ней стоит, её из столицы назначили! Она ка-ак плюнула огнём! И парик его, значица, как вспыхнул. А Хотур как завизжит, как завизжит! Хряк натуральный! Скинул обгорелую паклю с головы и давай свою лысину наяривать, ну в смысле наглаживать. Ну, некоторые мужики и хохотнули.
Ага, некоторые! Поди, всей толпой заржали как кони!
— Ну он, значица, покраснел весь, подборок задрал, мол, плевать ему на мнение общества, ну и идёт такой себе к калитке.
Мда, надеюсь, Уля его Огненным копьём не ускорила под пятую точку?
— А у калитки, значица, дурачок какой-то масло разлил, да густо так, на дорожке прям! Когда братвой-то перли, значица, друг за друга держались и не падали, а тут он один как павлин вышагивает.
Ага, дурачок – это получается я. Так вот за какую ловушку мне дали опыт в лесу! А я всё голову ломал, на игровые лаги или банк грешил…
— Ну и грохнулся наш Хотур прямо на жопу. Ну а народ снова ржать.
Так ещё бы! Любо-дорого посмотреть, как твой обидчик перед всем белым светом позорится!
— А он, значица, как заорёт: «Ведьма! Прокляла!» А у нас, сам знаешь, какое к ведьмам отношение.
Так-так-так, а это уже интереснее.
— Погоди, Горх, не знаю. И какое же у вас к ним отношение?
— Ну так наш верховный волхв уже какой месяц ведьм поносит…
— А в крестовый поход ещё не звал? — пошутил я, но посмотрев на трактирщика, осёкся.
— Не звал, — напряжённо ответил Горх, замедляя шаг. — Вот только посох его теперь крест венчает. А помощничек его, который его и спас, хоть в рясе и ходит, а звон доспехов не скрыть.
— Что за помощничек, что за обоз? Что с ним вообще произошло?
При всех своих неоспоримых достоинствах мысли Горх выражал не очень складно.
В общем, выяснилось, что несколько месяцев назад отправился верховный волхв с караваном на ярмарку в соседний городок. Торговля прошла успешно, даже очень, но когда обратно стали возвращаться, на караван напали лесные тати.
В итоге наши еле-еле отбились. И если бы ни присоединившийся к каравану витязь со своей дружиной, так бы все там и полегли. Верховный волхв отделался здоровенной шишкой и на радостях взял самого умелого дружинника к себе в ученики и помощники.
И всё бы хорошо, да только начал с тех пор волхв чудить. Палицу, от отца к сыну передаваемую, на посох с крестом сменил. Обряды плодородные проводить перестал. Нет-нет, да критиковать язычество начал.
В общем, у меня сложилось стойкое впечатление, что Удольск медленно, но верно под себя подгребает какой-то игровой клан. Почему я так решил? Да из-за бонусов, которые даруют покровители, то бишь боги. Обратить целый город из одной веры в другую – это ж сколько божественных очков можно получить!
Ну а то, что символ новой религии крест – ясно говорит об одном. Некий клан очень сильно уважает крестоносцев. По моему игровому и писательскому опыту, этот класс лучше всего подходит для планомерной экспансии.
 
Бонус с крестовых походов. Очки благости с обращённых городов. Кто-то совершенно точно разыгрывает свою партию.
И православие, кстати, здесь совсем ни при чём. Как и католицизм и другие конфессии. Просто крест – это очень удобный символ…
Мда. И что теперь делать? Тягаться один на один с целым кланом? Да меня с респа не выпустят! Использовать накидку хэдхантера? Но доверия местных таким образом не добьёшься…
Идеальным выходом было бы взять себе личину НПС, но я не знаю ни одного такого случая. В книгах, конечно, этот момент обыгрывался, но вот в реальных виртуальных мирах, как бы парадоксально это ни звучало… – такого ещё точно не было.
— А к идолам давно ходить перестали?
— Как верховный волхв с Ярмарки вернулся, так и перестали, — хмуро ответил Горх, подводя меня к зданию суда. — А ведь лик Перуна почти глас явил!
— Значит так, Горх, — я замедлил ход и понизил голос, — нехорошие вещи в Удольске происходят. То демонические артефакты всплывают, людей спокойствия лишая. То обычных магов и алхимиков в ведьмы записывают. Ты сам-то как, Род свой чтишь? Предков уважаешь?
— Да я! — задохнулся от возмущения Горх. — Да до двенадцатого колена всех помню. Да ты!
— И это правильно. Значит, тебе можно доверять, — поспешил успокоить я трактирщика. — Хочешь, чтобы всё как было вернулось?
— Да всё село, тьфу ты! Да весь город хочет!
— Тогда от тебя потребуется следующее…
Я поманил его пальцем поближе и, дождавшись, когда он наклонит свою чугунную голову поближе, прошептал в ухо инструкцию к действию.
— Всё понял?
— Вроде, — нахмурился Горх.
— Главное, что?
— Ждать сигнала, — угрюмо ответил трактрщикик. — А может…
— Какая главная опасность? — перебил я Горха, требовательно смотря ему в глаза.
— Не спугнуть супостатов, — прогудел бугай. — Да понял я, понял. Буду ждать сигнала.
— Вот и славно, — кивнул я. — А теперь иди в трактир и приготовь такой вкусный ужин, чтоб народ пальцы себе пооткусывал!
— На сколько человек? — оживился трактрищик.
— На сотню минимум, — прикинул я. — Помощников на вечер найми, штук десять. И двадцать бочек вина. Только чтоб самое лучше было!
— По миру пустишь… — понуро опустил плечи Горх. — Последние вложу, а никто не придёт…
— На, — я протянул ему 20 золотых. — Сделай, как я сказал, чистую прибыль пополам поделим.
— Выручку? — переспросил трактирщик.
Смотри-ка стоит разговору зайти о деньгах, как он мгновенно умнеет! Ишь ты, выручка!
— От чистой прибыли, — повторил я с нажимом. — Выручка минус двадцать золотых. Остальное пополам. Согласен?
— А! — махнул рукой Горх и сдавил мою руку в своей медвежьей лапище. — Согласен!
— Ну всё, увидимся за ужином, — кивнул я. — И кстати, Кирю увидишь, скажи ему, чтобы на кладбище меня ждал. А если в таверну гном придёт – угости его пивком или квасом. Он один, — я таинственно понизил голос, — из наших.
— Понял, — также шёпотом прогудел Горх. — как родного уважу! Ты там только Ульяне помоги…
Внимание!Доступно задание «Оправдать невиновного».Награда: навык, связанный с красноречием.Принять? Да / Нет
Конечно, принять!
Трактирщик тем временем расправил плечи, с неприязнью покосился на здание суда и смачно сплюнул в его сторону. Я же, аккуратно обойдя его плевок, зашёл в местный филиал правосудия.
Внимание! В зале суда действуют наложенные судьей ограничения. Право голоса имеют только: судья, обвинитель, защитник и свидетели.Невозможно увидеть класс, уровень и прочую информацию персонажа за исключением имени.Неуважительное поведение в здании суда влечёт за собой понижение репутации со всем городом. 
 
Интересный ход. Я прикрыл за собой дверь и огляделся вокруг.