Девятые Звездные войны

Она было открыла рот, чтобы выразить гневное возмущение, но тут же передумала. Плот приближался к первому из мостов. На мосту в этот момент находилось не менее пятнадцати нэйнов. Они ждали плот и при лунном свете были похожи на белые человеческие призраки. А издалека, со стороны башенных руин, неслись долгие, становившиеся все громче по мере того, как на них отзывались другие нейны.
— Джон, они собираются прыгать на нас,— сказал Боллард.
— Закрыть всем глаза,— крикнул Джон и метнул вверх быстро одну за другой три маленьких световых бомбы.
Через закрытые веки можно было ощутить три ярких молнии, мелькнувших одна за другой.
Послышались всплески воды и тяжелые удары по плоту. Чейн открыл глаза и увидел, что, несмотря на кратковременное ослепление, нэйны прыгали с моста. Два нэйна оказались на плоту.
Лазер издал сухой треск, когда Дайльюлло нажал на спуск, и один из нэйнов, обоженный и безжизненный упал за борт. Но забравшийся на плот второй нэйн ударил Гарсиа, а потом схватил его. Тот отчаянно закричал.
Боллард и Джансен бросились сзади на нэйна, стали колоть его тело ножами, тщетно пытаясь убить. Чудовище бросило Гарсиа и развернулось. В этот момент Дальюлло нажал лазер и убил его.
— Они лезут сзади,— прозвучал голос Вреи за спиной Чейна.
Нэйны плавали словно белые амфибии и стали сзади, со всех сторон выпрыгивать из воды на плот.
Дайльюлло нажал на спуск лазера, но тот был глух, истощился.
— Ложитесь плашмя!— закричал Чейн, вытащив из гнезда огромное рулевое весло и пустив его в ход как дубину.
С его губ сорвался старый воинственный клич "убей, Звездный Волк!", с которым он и его товарищи не раз вступали в смертельную схватку во многих мирах. Он прокричал на варварском языке, размахивая веслом.
Двумя огромными взмахами Чейн сбил нэйнов в воду. Но сзади на бревнах появилось снова мяукающее чудовище. Чейн нанес ему сильный удар толстой рукояткой весла.
— Правь!— заорал Дайльюлло.— иначе их здесь будет больше!
Чейн умерил свою воинственную ярость, поняв, что имел в виду Дайльюлло. Их несло течением теперь ко второму мосту, в котором огромная часть центрального пролета отсутствовала, но на оставшихся не разрушенных краях их поджидал новый отряд нэйнов. Плот могло пронести под одним из краев.
Чейн вставил рулевое весло обратно в гнездо и налег на него всей силой. Неуклюже, тяжело плот вышел на середину реки.
Гарсиа лежал и стонал, но сейчас никто не обращал на него внимания. Из воды высунулись белые руки с пальцами без ногтей и вцепились в край плота. Боллард направил небольшую струю огня из своего мини-автогена на руки, и они исчезли.
У удивлению, и неожиданно для всех борьба на этом и закончилась. Плот прошел под разрушенной частью центрального пролета, и твари,
собравшиеся на сохранившихся концах моста, видимо, сообразили, что они слишком далеко находятся, чтобы успеть доплыть до плота. От досады они мяукали и издавали бессловесные всхлипывающие крики, но ничего больше предпринять не могли.
— Давайтетеперь взглянем, что с нами стало,— сказал Дайльюлло, лицо которого было покрыто потом и при лунном свете выглядело неистовым.
У Гарсиа в результате железной хватки нэйна были сломаны обе руки и несколько ребер. У Болларда треснуло левое запястье от удара. Остальные отделались ушибами.
— Когда я задумываюсь о силище этих существ, то удивляюсь, что мы до сих пор живы,— вздохнул Дайльюлло.— А ты, Чейн, чертовски здорово поработал веслом.
— Возьми его и правь,— попросил Чейн.— А я помогу Гарсиа и Болларду.
— Я буду держать плот подальше от берега,— сказал Дайльюлло,— Если мы хотим все-таки добраться до места встречи, нам меньше всего нужны новые схватки.
XX
— Судя по всему, вам крепко досталось,— сказал Киммел.— А где Мильнер?
— Он погиб,— ответил Дайльюлло.
До того, как корабль появился, увидев дымовой сигнал и приземлился на месте, выбранном Дайльюлло, они прождали пять дней здесь, у слияния великой реки с неспокойным коричнево-желтым океаном.
 
— Вы нашли того человека? — спросил Киммел.
Дайльюлло махнул рукой в сторону Эштона:
— Мистер Рендл Эштон.
— Нашли? Да они похитили меня,— возмущенно заговорил Эштон.— Со мной было все в порядке, пока они не пришли...
— Вы там лежали, медленно умирая,— сказал Дайльюлло.— Вы возвратитесь со мной, я приведу вас за руку в кабинет вашего брата и получу за это причитающиеся всем нам деньги. И мне будет совершенно безразлично, если после этого вы захотите сюда возвратиться, повторить все сначала и убить себя.
Врея и Чейн стояли в конце группы.
— А ты, Чейн,— спросила она,— ты вернешься когда-нибудь сюда и повторишь вместе со мной Свободное Странствие?
— Нет. Свободное Странствие не для меня. Но, возможно, я прилечу сюда с другой целью.
Врея тряхнула золотистыми плечами:
— К тому времени у меня, наверное, будет другой мужчина.
— Ничего,— сказал Чейн.— Я его просто уберу прочь.
— Звучит интересно,— улыбнулась Врея.
Дайльюлло в это время давал Киммелу какие-то указания, и тому, похоже, они не нравились.
— Это просто,— говорил Дайльюлло.— Пойдешь на средней высоте, затем возвратишься, снизишься и сядешь на пустыре около города Яр. Врея сойдет, а мы уже будем далеко, когда они обнаружат нас.
— Подожди, минуту,— сопротивлялся Киммел.— Мне совсем не по душе такой риск: слишком близко от города. Корабль...
Дайльюлло всех удивил. От гнева на его щеках выступил румянец, и он резко сказал:
— Эта девушка стоит двадцати кораблей. У нее есть свои слабости, но она всегда держалась как настоящий воин. И мы сделаем так, как я сказал, высадим ее там, где ей лучше.
Врея подошла к Дайльюлло, расцеловала его. Тот смущенно улыбнулся и неуклюже похлопал ее по плечу.
В сумерках все было сделано, как сказал Дайльюлло, и Чейн увидел в последний раз, как Врея непринужденно и широко шагала навстречу огням Яра.
Они быстро поднялись навстречу сиянию Альбейна и, пока Киммел осаждал невозмутимого Мэттока своими рекомендациями и мольбами, Чейн смотрел на оставшиеся позади Закрытые Миры.
Он думал, что им недолго остается быть закрытыми. У Вреи есть сила стать лидером. И еще Чейн подумал, что она была права, заявив ему, что имеет достаточно воли и устоит перед губительным искушением стать слепым приверженцем Свободного Странствия.
Когда позднее корабль перешел на сверхскорость, Дайльюлло пригласил Чейна в своею маленькую каюту. Он пододвинул к нему бутылку.
— Всякий, кто делает хорошую работу, любит, чтобы ее замечали,— сказал Дайльюлло.— И сейчас я тебе скажу: ты сделал хорошую работу. Пару раз мы бы не выпутались без твоей силы и молниеносной реакции.
— У меня тоже сложилось такое впечатление,— подтвердил Чейн. Дайльюлло недовольно произнес:
— Ты просто не в состоянии быть приятным с некоторыми людьми.
Он налил себе снова вина. Потом сказал:
— Знаешь, Чейн, ты никогда не рассказывал много о том, что ты делал во время Свободного Странствия.
— Действительно, не рассказывал.
— Ты побывал на Варне?
Чейн кивнул.
— Я так и думал,— сказал Дайльюлло.— После возвращения из Свободного Странствия у тебя был ностальгический взгляд. Ты знаешь... ностальгия бывает разного рода. У меня тоже есть своя, особая. Поэтому, думается, я немного понимаю, как ты чувствуешь.
— В один прекрасный день я вернусь на Варну,— заявил Чейн.
Дайльюлло посмотрел на него и затем кивнул головой.
— Чейн, я думаю, ты вернешься.
  
Эдмонд Гамильтон
 
ТРЕТЬЯ ВОЙНА ЗВЕЗДНОГО ВОЛКА
 
I
Дайльюлло был доволен, что теперь он далеко от звезд.
К черту звезды, рассуждал он. Я их достаточно повидал.
Согнув ноги в коленях, он сидел на порыжевшей, теплой от солнца траве, которая покрывала невысокий холм, и в своем сером комбинезоне походил издали на старый камень, застрявший на склоне. Что-то каменное было и в его лице, грубо вытесанном, прорезанном глубокими морщинами, обрамленном седыми висками.