Девятые Звездные войны

— Чейн? Теперь ты можешь возвращаться. Команду я собрал.
Чейн поблагодарил, а его душу охватило сильное чувство сожаления в связи с отъездом, то ли что-то другое, но он полюбил этот городок и его обитателей. Чейну хотелось подольше здесь побыть. Но надо было покориться долгу, и он заказал билет на первый же рейс ракеты в Нью-Йорк. Всю дорогу над Атлантикой его не покидала мысль: В один прекрасный день я вернусь в этот городок и мы проведем ту драку. Думаю, это будет хорошая схватка.
Возвратившись в Нью-Йорк, Чейн сразу же отправился в здание на одной из улочек в звездопорте, официально именуемое Штабом Гильдии Наемников, но всем известное как Зал Наемников.
В большой главной комнате он взглянул на стену, где представлялись составы команд. Имена и фамилии наемников были аккуратно выведены белыми буквами на черном фоне. Чейн прочел первый состав.
Лидер: Мартин Бендер
Заместитель: Дж. Байок
Капитан корабля: Пол Вристоу
Далее следовало около дюжины фамилий, ряд которых принадлежал совершенно не землянам.
Конечный пункт: Процион-3
Шагая вдоль стены и читая названия конечных пунктов Эйкирнар, Вэнун, Спайка, Мор, Чейн подумал: широк размах у наемников. Наконец, он увидел то, что искал.
Лидер: Джон Дайльюлло
Заместитель: Дж.Боллард
Затем шел перечень других фамилий и в самом конце стояло — Морган Чейн.
Сзади послышался отрывистый голос Дайльюлло:
— Уж не ожидал ли ты увидеть себя первым? Не забывай, ты пока новичок у наемников. У тебя нет преимуществ перед ними.
— Я удивлен, что Боллард через такой короткий промежуток опять отправляется,— сказал Чейн.
Дайльюлло грустно улыбнулся:
— Боллард — один из немногих наемников, у которых имеются семьи. У него куча детей, которых он обожает. И у него также пренеприятнейшая, сварливая жена. Он бывает дома лишь столько, на сколько хватает заработанных денег, и снова отправляется в космос.
— Наша команда сколочена,— добавил Дайльюлло.— Я собираюсь сообщить об этом мистеру Эштону. Если он может меня принять, я отправляюсь к нему подписать контракт. Ты жди меня здесь.
И Чейн остался ждать. Вскоре Дайльюлло возвратился. На его лице была растерянность.
— Ты знаешь, сюда сам Эштон приедет. Он сказал мне, что хочет встретиться со всей командой.
Не ожидавший подобного визита Дайльюлло стал спешно собирать всех членов команды в одной из не больших комнат Зала Наемников. Вошел Боллард и его жирное, круглое лицо расплылось в благостной улыбке.
— A-а, собиратель камешков,— приветствовал он.— Я видел твою фамилию в списке, Чейн. Только еще не решил, буду ли счастлив от этого.
— Будешь,— сказал Чейн.
Боллард тряхнул головой, захохотал так, словно услышал самый лучший в мире анекдот.
— Нет, я не уверен. В прошлый раз ты едва не вверг нас в большую беду, хотя, я должен признать, ты благородно помог нам избежать ее.
— Мистер Джеймс Эштон,— объявил Дайльюлло нарочито грубоватым голосом, как бы отказываясь быть удивленным приходу очень важной персоны.
Эштон улыбался, кивал головой во время представления ему наемников. А те были вежливы, словно ученики воскресной церковной школы, хотя разглядывали богача не очень-то любезно.
Эштон их скоро удивил. Он начал говорить с ними, выглядя немало удрученным и расстроенным, но в то же время очень искренним и решительным, словно школьный учитель при объяснении урока.
— Я очень тревожусь за вас, друзья,— сказал он.— Я предложил огромную сумму денег тем, кто отправится в Закрытые Миры на поиски моего брата, и я знаю, что вы идете на это из-за денег. Но я чувствую обеспокоенность...
Он прервал свою речь, а потом твердо продолжил.
— Я долго размышлял: наверное, я подвергаю опасности жизнь многих людей ради спасения жизни одного человека, моего брата. Поэтому, подумал я, следует сказать вам... работа будет опасной и, я уверен, мистер Дайльюлло вам это разъяснил. Но если она станет чрезмерно опасной, то я не хочу, чтобы на моей совести была чья-либо смерть. Если риск будет чересчур велик, выходите из дела. Если вы вернетесь и скажите мне, что было неразумно продолжать работу, я все равно уплачу вам две трети того, что предложил.
 
Наемники ничего не сказали в ответ, но их отношение к магнату внезапно потеплело. Наконец, Дайльюлло сказал:
— Спасибо, мистер Эштон! Наемники легко не бросают дело. И все же, спасибо!
Когда Эштон и наемники ушли, Дайльюлло сказал Чейну:
— А ты знаешь, Эштон — славный малый. Сделанное им предложение, его беспокойство за нас заставят наемников выложиться на Альюбейне.
— Конечно, заставят,-— усмехнулся Чейн.— Наверное, поэтому он и сказал им об этом.
Дайльюлло посмотрел на него с отвращением.
— Не хотел бы я мыслить категориями Звездных Волков. Не удивительно, что во всей вселенной у вас нет ни одного друга.
— А у меня есть,— парировал Чейн.— Я завел несколько друзей в районе Уэльса. Замечательные парни, отважные и веселые; они научили меня нескольким замечательным песням. Послушайте вот эту — старинную боевую песню о мужчинах Харлеха.
Он откинул назад голову и запел. Дайльюлло сморщился.
— Никогда не было ни одного уэльсца, который не воображал бы, что умеет петь. Даже если бы он был Звездным Волком.
— У этой песни чудесный мотив,— сказал Чейн.— Она достойна того, чтобы стать одной из боевых песен варновцев.
— Тогда готовься распевать ее в Закрытых Мирах. Предчувствую, что моя жадность к деньгам и желание заиметь хороший дом вовлекут нас там в большую беду.
IV
Небольшой, класса 20, корабль наемников, протащившись через Солнечную систему, сделал скачок в сверхскоростной режим и продолжил свой путь.
На фоне громадных, плавных спиралей галактики и невероятно искривленных рукавов более густых концентраций звезд Рукав Лебедя — гигантское скопление мерцающих солнц. Рукав вытянулся в направлении обода галактики на галактическую широту двадцать градусов, затем разделился на две почти одинаковые внушительные группы под названием Отрог Вуали и Отрог Ориона.
Корабль оставил позади огромную массу звезд Отрог Ориона, миновал продолговатый клубок из облаков "горячего водорода", и направился к сияющему длинному Рукаву Персея почти на самом ободе Галактики. Даже в сверхскоростном режиме корабль шел не абсолютно прямым курсом. Колесо звезд, каким является Галактика, не стоит на месте, а непрерывно вращается; поэтому относительные координаты претерпевали постоянное изменение, компьютеры то и дело щелкали, переговаривались между собой и поправляли курс корабля.
Находившийся на мостике Киммел, капитан и совладелец корабля, бросил взгляд на мерцавшие огоньки звездной карты.
— Кажется, все в порядке,— сказал он Дайльюлло.
Изящное ударение на слове "кажется" было характерным для речи этого невысокого, лысого, нервного человека, который почти все время о чем-то беспокоился и больше всего, чтобы корабль не получил какого-либо повреждения.
Постоянная обеспокоенность Киммела настолько надоедала многим лидерам наемников, что они отказывались впредь иметь с ним дело. Но Дайльюлло, давно знакомый с Киммелом, считал, что лучше иметь капитана беспокойного, нежели беззаботного. Он знал, что Киммел будет сражаться как лев против любой угрозы своему драгоценному кораблю.
— Конечно же, все в порядке,— заметил Дайльюлло.— Что с ни будет. Так что вези нас к Рукаву Персея и на обычной скорости выходи на оперативный простор Альюбейна.
— И что дальше?— спросил Киммел.— Разве вы не видели карту опасности в системе Альюбейн? Полно отвратительных пылевых течений, а радары по всей вероятности будут дурить из-за радиоэмиссии водородных облаков.
— Водород-то холодный,— перебил Дайльюлло.
— Знаю, знаю. Полагают, что эмиссия происходит только в диапазоне двадцать одного сантиметра, но если произойдет столкновение остатков газа с эмиссией электронов, тогда холодный водород взорвет радар быстрее, чем горячий. И представьте, какие будут последствия, если это случится?