3:0 в пользу Шапочки (СИ)
– Ты права. – Без малейшего признака стеснения поправил стояк в джинсах (Божечки! Я не так много стояков в своей жизни видела, но этот… этот впечатлял, да). – Неси свой крем, а то я, того и гляди из-за тебя впервые в жизни на тренировку опоздаю.
Глава 5
В Новоозёрске два зимних стадиона: «Металлург» и «Звезда Севера». Один когда-то принадлежал металлургическому заводу, второй – Красной Армии. Построили их вскоре после войны, и, как вы сами можете догадаться, когда в одном городе есть целых два хоккейных клуба, дружбы между ними не может существовать по определению. Даже если забыть о том, что ими владеют Вожаки двух враждующих стай.
Впрочем, о стаях человеческие фанаты и болельщики слыхом не слыхивали, что не мешает им вот уже почти целый век враждовать друг с другом.
Моими цветами до сего дня всегда были бордовый и белый – как форма металлургов, а теперь я сидела на трибуне в красно-жёлтом свитере с цифрой четыре и с фамилией Вольф на спине.
Ой, простите. Не Вольф, а Wolf, конечно же. Свитер был огромный, я в нём на пугало была похожа, о чём мне радостно сообщило зеркало в женском туалете, куда я сбежала, чтобы немножко прийти в себя после знакомства с командой мужа.
В «Северной Звезде» оборотней было меньше, чем людей – всего пятеро из двадцати двух человек, и только они не шумели, не возмущались, не лезли с объятиями и поцелуями, а лишь задумчиво рассматривали платочек, который я повязала на шею, неумела замаскировав липовую «метку».
А вот люди были не столь деликатны. Сначала меня раз триста поздравили и четыреста раз обняли. А сколько попыток меня расцеловать с наигранной ревностью в пылающем взгляде пресёк Серго – я вообще со счёта сбилась. А потом начались они. Обвинения.
В том, что мы зажали свадьбу.
В том, что тихони.
В том, что Серый – партизан недоделанный, молчал, как рыба. А я – такая-сякая – ни разу у любимого на тренировке не была… Короче, еле сбежала, оставив мужа отбиваться от поздравлений. Но надолго в одиночестве меня не оставили – и двух минут не прошло, как в дамскую комнату впорхнула стайка из трёх девушек в таких же свитерах как у меня.
Я сразу было подумала, что это мои коллеги по несчастью. В смысле, жёны других хоккеистов. Но присмотревшись, сразу отбросила эту идею. С чего бы другим жёнам носить свитер с фамилией и номером моего мужа? Да и не были они на жён похожи, а вот на фанатеющих по известным хоккеистам школьниц – очень. К тому же у всех троих были разные кроссовки. Чтобы поддержать родной клуб, девчонки правые ноги обули в красные кроссовки, а левые – в жёлтые.
Сильно.
– О! – воскликнула первая, и я наконец смогла оторвать взгляд от их обуви. – Тебе кто на нашу тренировку приходить разрешил?
Окинув меня презрительным взглядом, она достала из миниатюрного рюкзачка пачку сигарет и, ловко выудив сигарету, закурила. Облако табачного дыма качнулось в мою сторону, и я, помахав перед носом рукой, заметила:
– На стадионе нельзя курить.
– Тебя спросить забыли, – хохотнула вторая девица, тоже закуривая. – В женском туалете сигнализация всё равно не работает. Так кто тебя привёл?
– Муж, – честно призналась я. – А вы бы всё-таки затушили сигареты, девочки.
Читать им лекции о вреде курения я не собиралась. Пусть им родители вливания делают. Я просто не хотела дышать этой отравой. Оборотни все табачный дым не уважают, а я так просто не переношу
– Валила бы ты отсюда, – веско предложила третья девица и мотнула головой в сторону двери. – Пока не наваляли. И чтоб мы тебя здесь, курица, больше не видели.
Они переглянулись и довольно закудахтали. Я, наверное, должна была обидеться или испугаться, а я обрадовалась. Мне этих девиц наглых сам Бог послал, не иначе.
– А если нет? – вкрадчиво поинтересовалась я.
– А если нет, – первая девица всё-таки затушила сигарету о край раковину и, швырнув окурок себе под ноги, шагнула ко мне. – То мы тебя тут…
Она осеклась и вдруг часто-часто заморгала, а потом зачем-то схватила меня за рукав свитера и жалобно пролепетала:
– Это что у тебя? Это клубный свитер?.. – Оглянулась на подруг. – Девочки, у неё свитер Серенького.
– Настоящий? – недоверчиво ахнули те. – Откуда?
Я открыла было рот, чтобы объяснить, но удерживающая меня за рукав фанатка догадалась сама.
– Муж, говоришь дал? – прошептала она. – Я же тебе все патлы повыдёргиваю, курица.
И бросилась на меня. Первая. Сама. Спасибо тебе, Боженька. Калечить я идиоток не стану, но пар спущу – надолго меня запомнят. Я одна с семерыми такими справилась бы, а с тремя так и подавно. И пусть кто-то скажет, что драка в женском туалете – это пошло и банально, но с каким же удовольствием я всыпала этим дурочкам!
И за сигареты, и за курицу, и, буду честной, за то, что жизнь моя покатилась под откос. А после всех процедур, по результату которых девицы мне торжественно поклялись, что больше никогда не станут курить ни на стадионе, ни в его окрестностях, я сдала нарушительниц ошалевшему от моего напора охраннику, и без особого желания потащилась к арене, где уже во всю шла тренировка.
Я ведь раньше только на играх бывала, да и Вожак на тренировки «Металлурга» никогда не ездил,и если бы на льду была не «Северная Звезда», а моя команда, я бы даже получила от просмотра удовольствие. Ну а что? Приятно же посмотреть. Оценить силу, ловкость и красоту движений.
Признаться, я всем, кто умел хотя бы стоять на коньках, страшно завидовала. А эти двадцать два человека на льду на коньках не просто стояли, они на коньках просто какое-то волшебство творили.
Жаль только что это волшебство они вторили в красно-жёлтой, а не в бордово-белой форме.
***
Полтора часа я провела в одиночестве, хотя на трибуне было немало зрителей.
Какие-то мужики в бордовых форменных куртках таскали аппаратуру. Несколько детей в полной хоккейной амуниции, носились вокруг катка, играя в догонялки. Напротив меня десяток подростков в желтых толстовках и красных шортах бегали под надзором тренера вверх и вниз по трибуне.
В общем, я не скучала и, хоть и не хотелось в этом признаваться даже самой себе, была благодарна Серому за то, что он меня вытащил.
Тренировка закончилась. Спортсмены потянулись со льда. Серго подъехал к бортику, снял шлем и помахал мне рукой, подзывая. Я спустилась.
– Что?
Он сбросил крагу и, положив руку мне на шею, притяну к себе и, склонившись, уверенно поцеловал.
– Ты…
– В душ, переоденусь, а потом в загс съездим. В кафе меня подождёшь? Возле центрального входа в стадион?
– Не переигрывай. – Я мягко оттолкнула его. – Мы не подростки. И вот эти вот прилюдные лобзания совершенно излишни.
Он радостно оскалился и откинул назад влажные от пота волосы.
– Думаешь?
– Я подожду тебя в кафе.
Загс.
Это ведь для оборотней я теперь мужняя жена, а у людей без печати в паспорте брак браком не считается. С другой стороны, что их печать, что наша метка… один чёрт, только в профиль.
Раньше брачующимся давали три месяца на «подумать». Интересно, какие у них сейчас сроки?..
Хотя неинтересно. Мы с Серго уже выяснили, что добровольно сойти с этой лыжни у нас не получится. По крайней мене, не сейчас.
Прежде, чем зайти в кафе, я сняла с себя хоккейный свитер, но меня и без него все моментально опознали.
– И где только наш Сергуня такую хорошенькую невесту отыскал? – приняв заказ, поинтересовалась у меня буфетчица. Именно буфетчица. Назвать чужеродным словом барменша женщину с перманентой завивкой и золотыми зубами у меня просто язык не поворачивался. – В наших краях таких не водится.
– Водится, водится, – заверила я. – Мы с вашим Сергуней вообще земляки.
– Ну, какой же он наш? Теперь уж ваш. – Я старательно изобразила радостную улыбку. – Мы не претендуем. А что дурочки эти малолетние вас помяли чуть-чуть, то вы их простите Христа ради. А?