Дожить до весны (СИ)
Ксюша разочарованно кинула журнал на стол и скрестила руки.
– Да, я с огромным удовольствием возьму в библиотеке книги, которые вы считаете очень полезными, – томным голоском сказала блондинка.
– Похвально с вашей стороны, – Даниил Владимирович нахмурился и постучал пальцами по столу. –Так, насколько я помню, я веду практические занятия в вашей группе, верно?
– Да! Я так рада, что вы будете не только нашим лектором, – девица нагнулась ещё ниже, пытаясь поймать взгляд социолога. Её глаза горели от самодовольства, она гордилась своим успехом. Ещё бы, не каждая сможет в первый же день привлечь внимание нового преподавателя.
– Отлично, – кивнул Даниил. – Тогда у меня есть вариант получше: вы приготовите реферат по моему предмету. Сдать нужно через месяц, объем – двадцать печатных страниц, защита устная с ответами на мои вопросы. Тема очень интересная, запоминайте: "Культурные черты постсовременной эпохи". Особое внимание уделите философскому трактату Бодрийяра "Симулякры и симуляция".
Староста выпрямилась, побледнела, её глаза округлились от удивления, а фальшивая улыбка медленно сползла с лица. Девица наконец пришла в себя и попробовала изобразить смешок. Получилось паршиво: хриплый искусственный звук нарушил тишину аудитории.
– Вы шутите? – спросила она в отчаянной надежде. – Разве это интересная тема? Я не понимаю. Все будут писать рефераты?
– Реферат будут готовить только те студенты, которые стремятся изучать социологию культуры так же сильно, как и вы, – социолог ослепил девушку доброжелательной улыбкой. – Тему запомнили?
Староста поникла и в последний раз попыталась выкрутиться:
– Но, Даниил Владимирович, я не уверена, что успею подготовить реферат.
– О, не волнуйтесь, в интернете много полезной информации о культуре постсовременности. Однако моё главное условие – даже полностью скопированный текст вы должны рассказать своими словами, без заучиваний и подглядываний. Я надеюсь, изложения в школе вы сдавали на “отлично”. Что ж, с нетерпением жду вашу работу в середине марта.
Староста поняла, что проиграла: она схватила сумку с ближайшей парты и нервным шагом утопала в коридор, нарочито громко хлопнув дверью.
Ксюша балансировала на грани нескольких эмоций: бешеное удивление, отчаянное любопытство, взрывоопасная радость и даже странная гордость за поступок социолога. Она напряженно покусывала губы, чтобы не заржать во весь голос.
– Может, вам тоже книгу посоветовать? – спросил Даниил Владимирович.
– Нет уж, не дождётесь, – хрипло пробормотала Ксюша, мысленно вспоминая самое несмешное событие в своей жизни.
– Кажется, вам понравилось моё задание для прошлой старосты, – весело заметил препод. – Признаюсь, никогда раньше не заставлял филологов писать рефераты.
Тут эмоции взяли верх над здравым смыслом и Ксюша заливисто рассмеялась. Давно она не теряла самообладание на глазах у посторонних. Такое в последний раз случалось ещё в школе: тогда Ксюша с подругой сидела за первой партой, прямо перед носом учителя, и надрывалась от смеха по любому поводу. Даже термин специальный придумала: смехорг (смеховой оргазм) – такой убойный ржач, когда мышцы живота сводит от боли, но остановиться и нацепить мину серьёзности выше твоих сил. Учитель гневно кричит, выгоняет с урока, а ты бормочешь нелепые слова извинения, держишься за живот и продолжаешь хохотать со слезами на глазах. Эх, хорошие были времена.
– Простите, – робко прошептала Ксюша, когда приступ смеха закончился. Препод безмятежно сидел за столом и улыбался уголками губ.
– Не за что извиняться. У вас очень заразительный милый смех.
– Спасибо, – Ксюша засмущалась, услышав неожиданный комплимент в свой адрес. Она горячечно думала, что же сказать дальше, но вовремя вспомнила про журнал посещаемости и протянула его социологу. – Вот, распишитесь здесь, пожалуйста.
Даниил бегло взглянул на список группы и оставил размашистую подпись.
– Вы староста группы? – зачем-то спросил он.
– Нет, я её заменяю.
– И как же вас зовут?
– Ксения.
– Красивое имя, звонкое, жизнерадостное, терпкое, – отстранённо произнёс Даниил, как бы пробуя слово на вкус. – Почту написали?
– Нет, – Ксюша растерянно замотала головой, но быстро придумала выход из ситуации: – А откройте заметки в своём телефоне, я оставлю вам почту. Двадцать первый век за окном, зачем вам ненужную бумагу собирать?
– Держите, – Даниил, улыбаясь, протянул ей смартфон. – За все годы преподавания вы единственная не принялись судорожно выдирать листочки из тетради, чтобы написать адрес почты.
– У людей плохо с воображением, и в ногу со временем мало кто идёт, – хмыкнула Ксюша. – Знакомые до сих пор у меня дорогу спрашивают вместо того, чтобы открыть гугл-карты. Про бесконтактную оплату я вообще молчу – многие не знают, как воспользоваться технологией, и по старинке снимают наличку. А я уже не представляю мир без PayPass, особенно в троллейбусе удобно: поднёс телефон к терминалу – и получил электронный билет, не нужно искать мелкие деньги и забивать кошелёк монетами.
Ксюша прикусила кончик языка, когда поняла, что болтает слишком много. Слова так и лились беспрерывным потоком, ей хотелось говорить обо всём на свете, не только о современных технологиях. Волнение бурлило в крови, подстёгиваемое любопытством, а пристальный взгляд Даниила Владимировича трепетной волной отзывался в сердце.
– Меня из подобного раздражают очереди в кинотеатрах: можно купить билеты за несколько дней до премьеры, но всё равно на кассах толпятся люди и очень нервничают, когда им достаются первые ряды либо боковые места, – поддержал разговор социолог.
– Вы часто ходите в кинотеатр?
– Раз в месяц точно, я всё-таки преподаю социологию культуры, должен быть в курсе современного искусства, – усмехнулся Даниил, внимательно рассматривая рыжеволосую девушку.
Ксюша потупила взгляд, избегая зрительного контакта. В руке она всё ещё держала телефон социолога, но оба, кажется, совсем забыли об электронной почте.
– Я тоже часто в кино бываю, – зачем-то сообщила Ксюша. Без задней мысли, без игры и намёков – просто сказала первое, что пришло в голову. – И концерты ещё обожаю.
– Классической музыки? – иронически спросил Даниил.
– В основном рок-концерты, но иногда слушаю мировые хиты в исполнении симфонического оркестра.
– А на скучных парах читаете современное фэнтези, например, романы Аберкромби? – в глазах преподавателя переливались смешливые огоньки.
– Ваши лекции точно нельзя назвать скучными, – пылко воскликнула Ксюша, поднимая голову и прямо смотря Даниилу в лицо. От его близости горели внутренности, а дыхание то замедлялось, то становилось громким и рваным.
Ксюша заглянула в его глаза – и утонула в их оливково-золотистой глубине. Словно зачарованная, наблюдала за тем, как расширились его зрачки, как дёрнулся уголок губ и напряглась челюсть. У неё и самой происходили непонятные реакции в организме: тело стало будто пустым и ватным, горло пересохло, сердце защемило от затянувшегося, тягуче-сладкого молчания.
Но проклятый звонок всё испортил. Он противно задребезжал, нарушая волшебство момента, прокатился громкой волной по аудитории, оставляя после себя горькое разочарование. Ксюша спохватилась, напечатала адрес электронной почты и протянула телефон Даниилу.
Он еле заметно вздрогнул, будто очнувшись от дурманящего сна, и поднял руку, чтобы забрать смартфон. Их пальцы случайно соприкоснулись. По телу девушки пробежала мелкая дрожь, она быстро захлопала ресницами, не смея отнять руку, опасаясь чёртовой реальности, в которой нет места таким сильным эмоциям от одного лишь прикосновения, нет приятного волнения в груди и сбитого дыхания – всё заведомо известно, определено, и оттого банально до отвращения.
Живительное тепло чужой ладони, непривычно-мучительное покалывание в груди и тревожные мысли означали только одно – пора бежать. Ксюша выдернула руку одновременно с Даниилом. Смартфон с грохотом упал на деревянный стол.