Конечно, это не любовь (СИ)

Потом люди о чем-то зашушукались, двое вышли и спустились вниз, пройдя совсем рядом с Шерлоком, а еще двое остались. Шерлок сумел издалека заглянуть внутрь. Возле небольшой глубокой ванной на кафельном полу лежал труп худощавого мужчины. Он был полностью раздет, если не считать плавок. Двое полицейских — грузный седой старик, говоривший про отравление, и молодой коротко стриженый мужчина лет тридцати склонились над ним, у обоих на лицах было написано выражение глубокой задумчивости, из чего можно было сделать вывод об ограниченности их мозгов.
— Надо вызывать медиков, здесь больше нечего смотреть, — сказал, наконец, старик.
— Десять минут, — ответил молодой.
Старик с кряхтением разогнулся и вышел из комнаты. Шерлок подошел ближе и присмотрелся к инспектору, кажется, Лестрейду. Похоже, до детектива дослужился недавно. Состояние кольца на левой руке и подбородок свидетельствовали о неудачном браке, который шел ко дну, губы и пальцы правой руки — о любви к курению. Добросовестный служака, но недалекий — это следовало из того, что он уже как минимум двадцать минут медитирует над трупом безо всякого результата.
Разобравшись с инспектором, Шерлок перевел взгляд на того, кто уже точно никуда не денется, то есть на труп, и разочарованно вздохнул — усилия, потраченные на проникновение на место преступления, не имели никакого смысла из-за отсутствия самого преступления.
— Все очевидно, не так ли? — сказал Шерлок вслух. Инспектор подскочил на месте и резко развернулся.
— Кто вы такой? — спросил он.
— Цвет его лица, состояние вен на руке и пальцы дают вам полную картину произошедшего, — продолжил он.
На лице инспектора появилось выражение серьезной задумчивости, явно для него нехарактерной. Еще бы, ему приходилось сделать очень сложный выбор: разобраться с тем, что посторонний делает на закрытой территории, или же, возможно, узнать, как раскрыть дело.
— У нас есть версии, — сказал он в конце концов.
— Да, я слышал, отравление. Наверное, кто-то подлил ему в воду синильную кислоту. Или отравил его виски, — с иронией заметил Шерлок, но на всякий случай подошел к стоящему на столе бокалу и понюхал его — никаких посторонних запахов. В другой ситуации он предпочел бы сделать химический анализ, но здесь картина была слишком очевидной.
Потом прошелся по небольшой комнате сауны и, разумеется, нашел то, что пропустила полиция — за трубой был припрятан пустой шприц. Шерлок салфеткой вытащил его и положил на стол.
— Ну, как? — уточнил он. — Теперь ясно?
— Это, — нахмурился инспектор, — улика.
— Глубокий анализ ситуации. Проверьте шприц, скорее всего, в нем будет клонидин или препарат с аналогичными свойствами.
— То есть, это было самоубийство? — переспросил инспектор. На лицо была деградация лондонской полиции — старые детективы могли хотя бы держать лицо и грозно рычать на манер сторожевых собак.
— Как я и предполагал, вы идиот, — констатировал Шерлок. — Посмотрите на руки, на позу трупа, еще раз взгляните на шприц и сделайте уже верный вывод! Парень решил расслабиться при помощи сауны, выпивки и наркотика, но просчитался. Препарат вызвал гипотермию, и тогда он решил отогреться в горячей воде, в сауне. Результат перед вами.
Инспектор моргнул и перевел взгляд на труп, потом на шприц на столе, на остывающую воду в сауне и на Шерлока, а потом сказал:
— Если подтвердится, что он принимал наркотик… Но с чего вы вообще решили, что все было именно так? И кто вы?
Шерлок наклонился над трупом, убеждаясь в правильности своей теории, и ответил:
— Благодаря тому, что ваши сотрудники не затоптали пока весь пол, мне сразу стало ясно, что в эту комнату с момента последней уборки входили только два человека, он, — Шерлок кивнул на труп, — и работник центра, который сначала вытащил тело и попытался оказать первую помощь, а потом вызвал полицию. Что у парня проблемы с наркотиками, очевидно — его руки красноречиво на это намекают.
Шерлок, разумеется, не стал говорить этого вслух, но руки наркомана он мог отличить сразу — слишком хорошо помнил, как выглядели его собственные после нескольких месяцев постоянных инъекций.
 
— Если бы он пришел уже в состоянии наркотического опьянения, его бы вряд ли пустили в сауну, так что я сразу стал искать шприц. Он — наркоман со стажем, так что не выбросил его, а припрятал. Но шприц слишком маленький, морфин или анальгетик в такой дозе не подействуют, так что из того, что можно найти в открытом доступе, остается клонидин, а гипотермия — один из самых частых симптомов отравления им. Так что ваше дело закрыто, инспектор.
Шерлок развернулся и уже собрался было уходить, но его остановило резкое:
— А вы-то кто такой?
Шерлок обернулся и не без гордости ответил:
— Шерлок Холмс, консультирующий детектив. Если будут проблемы с раскрытием дел — ищите меня по адресу Сент-Джон-стрит, двести тринадцать. Бывайте, инспектор!
И, не дожидаясь ответа, он пошел на выход. Его никто не остановил — инспектор был слишком занят обдумыванием информации, а остальным не было до него никакого дела.
Шерлок хмыкнул, покинув место якобы преступления: «консультирующий детектив» звучало неплохо. Он сам точно не знал, почему назвался именно так — у него пока было несколько вариантов представления, причем «частный сыщик» еще этим утром нравился ему больше. Правда, «консультирующий детектив» было более солидным и сразу поднимало его на ступень выше всех остальных тупиц. Консультирующий — то есть тот, кто высказывает экспертное мнение, дает заключение, консультацию. Подходя к дому Гермионы, Шерлок окончательно утвердился во мнении, что, если он когда-нибудь заведет себе визитные карточки, на них будет написано именно «консультирующий детектив».
Разумеется, Гермионы еще не было дома, и Шерлок, решив подождать со сбором вещей до ее возвращения, углубился в книгу по анатомии — сегодня раскрыть дело ему помогло знание того, как выглядят руки наркомана, но что будет завтра — неизвестно, так что стоило загрузить в Чертоги побольше информации о человеческом теле. Читая, Шерлок создавал у себя в голове подробную модель человека, проверял свое знание расположения всех внутренних органов и добавлял информацию о свойствах крови, типах и структуре кожи и разнообразных внешних признаках болезней.
Видимо, он слишком увлекся, потому что, закрыв книгу, он понял, что стемнело, и Гермиона уже пришла.
— Невероятно, — заметила она, выглядывая из кухни, — ты снова в этом мире.
— Я был занят, — отмахнулся Шерлок.
— Я заметила, когда ты не обратил внимание на хлопок аппарации и на двадцать моих окриков «Шерлок».
Гермиона снова скрылась на кухне, и Шерлок понял, что, пожалуй, голоден.
— У меня для тебя есть подарок, — произнесла Гермиона, когда он зашел к ней и принюхался к готовящейся с помощью волшебства еде, — даже два.
Она махнула палочкой, от чего посуда на столе подпрыгнула и полетела к плите, и протянула Шерлоку объемный бумажный сверток.
Шерлок взял его, взвесил и нахмурился — очевидно, это было что-то тканевое, мягкое, но не подушка. Он сказал бы, что это одежда, если бы не ощущение, что внутрь, в слои ткани, завернут тяжелый предмет. Он сжал сверток и нахмурился еще сильнее — предмет однозначно не был книгой.
— Открывай, — сказала Гермиона.
— В честь чего подарок? — спросил Шерлок, чтобы потянуть время. Он гордился тем, что всегда угадывал, что именно ему дарила Гермиона, и ошибиться сейчас было бы обидно.
— В честь пропущенных дней рождений и Рождества. Открывай, ты все равно вряд ли угадаешь.
К сожалению, в этот раз она была права. Шерлок резким движением разорвал бумажную обертку и с недоумением уставился на предмет, который держал в руках. Однозначно, этот предмет был ему знаком. Плотная шерсть, темно-серый, почти черный цвет, крепкая двойная строчка — это было его любимое пальто, так некстати потерянное во время многочисленных переездов в Штатах. Он осторожно развернул его и надел — оно село точно так же, как старое. В кармане же лежал еще один предмет, по всей видимости, второй подарок. Уже не тратя время на дедукцию, Шерлок сунул руку в карман и вытащил оттуда вещь, возвращение которого можно было объяснить исключительно магией — это был тот самый пистолет, который он когда-то стащил у Майкрофта, а потом, повинуясь его требованиям, вернул назад. Даже легкая потертость на рукояти была на месте. Шерлок повернулся к Гермионе, но ничего не сказал, а начал быстро проверять остальные карманы. И, разумеется, во внутреннем нашел недостающую деталь — разрешение на хранение и применение оружия на его имя. Гермиона всегда умела доводить дела до конца.