Низвергнутый 2: кланы высшей школы (СИ)
Облизнув губы, она медленно вдавила лезвие ножа мне под ребро. Я едва не завыл — чувство, как металл входит в тело, царапает кости и перерезает мышцы, было таким ярким, что даже боль отошла на второй план.
— Давай же, Рэйджи... — подначивала она. — Говори... или пой!
Не в силах больше сдерживаться, я закричал. Бетонная коробка задрожала от криков, с потолка посыпалась пыль, а воздух завибрировал в такт моему голосу.
Я был прав, Ямано — конченая садистка. Эта сука кайфовала от вида моих страданий. Ловко орудуя ножом, она делала во мне всё новые дырки, едва не доставая до органов. И улыбалась так, словно попала в Диснейленд на день рождения.
Сумасшедшая мразь вонзила нож напротив печени и повела им в сторону. На пол хлынула кровь, а Цубаки сунула ладонь в рану и обхватила мою печень.
— Рэйджи-и... — сладко протянула она, расплываясь в улыбке. — Внутри ты такой теплый, обволакивающий и мягкий... как же я хочу насладиться этим подольше! Но дядя дал всего сутки на допрос. Может, просто скажешь мне то, что он хочет, а остальное время мы будем развлекаться, а?
— Ты долбанутая, — кое-как переведя дыхание, прошептал я. — Хренова больная сука...
— Как же тут хорошо... — Цубаки сжала пальцы, её дыхание участилось. — Ты чувствуешь то же самое, когда трахаешь девчонку Могами? Или вы ещё ни разу? Чёрт, как же это возбуждает!
Она вытащила руку и, тяжело дыша, медленно облизнула пальцы один за другим. Прижав нож к моему животу, она повернула лезвие плашмя и повела вниз.
— Твоя регенерация удивительна, бог. Ты так быстро восстановился! А если я отрежу тебе кое-что другое?
Держа нож правой, она дрожащими от возбуждения пальцами расстегнула мои джинсы и стащила их. Цубаки посмотрела мне в глаза с похотливой улыбкой.
— Как погляжу, не только я возбуждаюсь от этого, — её ладонь ловко юркнула в трусы и обхватила налитое кровью естество. — Тебе ведь тоже хочется...
Я забился от боли, пронзающей всё тело. Чёртов токсин делал любое прикосновение неимоверной пыткой, и чем чувствительнее была часть, которой она касалась, тем хуже. Меня будто растаскивали по мускулу на дыбе, заживо вытягивали жилы из тела.
— Ты ведь ещё не можешь использовать свою силу? — девушка прижалась к моему уху и жарко зашептала. — Я ослабила тебя достаточно, чтобы ты не смог пошевелиться. Так что могу снять эти оковы.
Я попытался дернуться — и лишь вяло трепыхнулся. Эта дрянь снова ввела какой-то яд?.. А Цубаки, закусив губу, торопливо открыла кандалы сперва на правой, а потом и на левой руке. Я рухнул на пол как подкошенный, тело практически не слушалось.
Цубаки окончательно слетела с катушек. Отбросив нож, она стянула с себя бельё и уселась на меня сверху. Тяжесть и жар её тела стотонным прессом вдавили меня в пол, я изогнулся и застонал.
— Хочешь правду, Рэйджи? — сдернув мои трусы, она прижалась ко мне и двинула бёдрами. — Здесь нет прослушки, так что я скажу тебе.
То ли у Цубаки вся голова дерьмом была забита, то ли я недооценил степень её сумасшествия. Если бы не чёртов токсин, превращающий каждое касание в пытку каленым железом, я бы обалдел от ощущения жара и влаги внизу. Хотя чего жаловаться, я же хотел снять напряжение с девчонкой? На, блин, снимай на здоровье! Если только эта больная похотливая сука не прирежет меня в порыве страсти. Ох ё!..
Помогая себе рукой, она направила моё естество в себя и со стоном опустилась. Я заскрежетал зубами — нихрена это не приятно! Даже сравнить не с чем, если только не пытаться изнасиловать шредер. А дрянь начала изображать из себя наездницу, ускоряясь с каждым движением.
Надо сбросить её с себя, пока она меня до смерти не заездила! Токсин Хираты уже должен был ослабеть, а с двумя сфиротами я ее по всем стенам размажу.
— Боже... я овладела богом! — застонала она, ложась на меня. — Как ощущения, Рэйджи? Больно? Тяжело?
Я с трудом поднял руки и вцепился в ее плечи, но она лишь усилила натиск. Получается, яд отпускает!
Девушка куснула меня за ухо и с неистовством зашептала.
— Ты не выйдешь отсюда, пока я не получу ответ. Мне плевать на Хирату, разведку и ваши войны. Мне нужна твоя сила.
— Зачем? — прошептал я.
— Твоя сила в обмен на мое молчание о тебе, — повторила она, прижав палец к моим губам. — Ты выйдешь, только дай мне хоть что-то для Хираты. Это договор, Рэйджи...
Цубаки нависла над моим лицом, её глаза были холодны как лёд. Она серьёзна как никогда.
Я выдавил улыбку сквозь боль.
Эта коварная мразь хочет договора! Попользоваться мной для своих целей взамен на мою свободу? Она всерьез рассчитывала, что Имперцы меня отпустят? Тут было что-то ещё, куда глубже дрязг с разведкой. Что может быть важнее? Разве что... дела клана.
Если всё, что она сказала о своей семье, правда, росла девчонка под жесточайшим гнётом. Если у неё есть старшие братья или сестры, шансов на главенство в клане у неё нет, а властолюбивая стерва этого не стерпит. Она хочет выйти на первые роли в клане, и ничем не побрезгует. А ручной бог даст ей колоссальные возможности. И плевать, что он враг, если его можно использовать.
Нельзя оставлять её в живых. Она и так знает слишком много.
Я снова пошевелил руками — боль понемногу притуплялась, а в мышцы возвращалась сила. Один взгляд в астрал подтвердил, сфироты заработали на полную катушку. Змея недооценила мою регенерацию, иначе ввела бы куда больше яда.
Хочешь обмануть и использовать бога, Ямано Цубаки? Тогда не думай, что тебе так легко это удастся.
— Двое, — прошептал я в ответ, обнимая ее талию. — Убить Императора.
Она вздрогнула — а я начал двигаться ей навстречу. Получив ответ, она с улыбкой проскребла пальцами по моей груди и полностью отдалась близости. По бетонной коробке плыли уже не мои крики, а её стоны пополам с влажными звуками. Наездница возбудилась настолько, что не продержалась и минуты — задрожав всем телом, она исторгла высокий вскрик и уткнулась в меня, неистово сжимая лоном мой член.
Тяжело дыша, я оскалился в улыбке: будь она хоть трижды хитрой гадиной и эспером, обратная волна сомы от секса с богом смоет и её! Пока она выпала из реальности, надо пользоваться этим. А заодно и проверить кое-что новенькое.
Приподняв её одной рукой, я быстро начертил плетение "молот". По нервам во всем теле прокатилась огненная волна, плетение активировалось. Она даже вскрикнуть не успела — девчонку сдуло с меня и приложило об стену с такой силой, что потрескались плитки.
Она рухнула на пол, теряя сознание.
Удалось... я использовал силу магов. Разрази меня Вселенная, я маг!
— Вот и договорились, — тяжело дыша, я медленно поднялся и натянул испятнанную кровью одежду. Перед глазами встала странная картина: после активации плетения весь мир будто разделился. Лежащая на полу девушка мягко светилась бледно-голубым светом с маленькими искорками. А лежащий рядом нож из энергоплатины тускло мерцал золотистым сиянием.
Я поднял руки: между ладонями пробегали вспышки желтых разрядов, а в глубине, под кожей, виднелась тонкая сеточка ручейков голубоватой энергии, повторявшая нервные окончания.
Что это вообще такое? Мана?
Золотые и голубые частицы отталкивались друг от друга, как магниты. Они вытесняли друг друга, лишь изредка сливаясь и исчезая во вспышке. Если золотое — сила бога, а голубое — магия, то они противоположны друг другу?
Сейчас думать об этом точно не было времени. Торопливо собрав вещи, я сунул нож в карман и примерился к двери. Если с той стороны меня ждет Хирата, это будет занимательный бой...
Выдохнув, я прикрыл глаза — сфироты вовсю прокачивали сому через себя, потихоньку вытягивая её поток к третьей дыре, чернеющей на месте Сфирота Защиты.
Мои силы вернулись. Пора пустить их в дело.
* * *Надо отдать должное Имперской Разведке, так просто сбежать мне от них не удалось.
Когда выбитая дверь вылетела в коридор, смяв стоящего рядом охранника, по всему зданию прокатилась тревожная сирена. Я рванул по коридору к лестнице наверх. Навстречу мне начала открываться дверь, но мощным пинком на ходу я вогнал её обратно вместе с тем, кто за ней был. За дверью вскрикнули, послышался глухой звук удара чего-то тяжелого о стену.