Старую деву вызывали? Нет? Сочувствую (СИ)

Сад поздней осенью, конечно, выглядел уныло и очень тоскливо, словно это не он всего месяц назад радовал глаз яркими осенними красками. Теперь уже цветы осыпались, трава пожухла, деревья скинули листву. Никакого былого великолепия и близко не осталось.
— Нирья Арина, а расскажите сказку вашего мира, — попросила грустным тоном Алиса.
Ну прямо несправедливо обиженный ребенок, переживающий сильнейшую душевную боль из-за того, что его только что выгнали из родного дома. Не знала бы я, на что способен этот ребенок, особенно когда ему скучно, может, и поверила бы. А так только усмехнулась про себя: артисты с них погибают, в обоих.
Мы тем временем дошли до одной из немногочисленных лавочек, уселись на нее — я посередине, дети — по бокам.
— В прошлый раз, после очередной такой сказки, в доме появились голограммы огненных монстров. И сдается мне, кое-кто хотел таким образом создать жар-птицу, — насмешливо заметила я.
Дети синхронно вспыхнули. Обормоты малолетние.
— Мы больше не будем, нирья Арина, — соврал Джонни и даже глаза не отвел.
Не будут они, как же. Им только идею подай — вмиг родной дом спалят. Еще и станут клятвенно уверять, что он сам загорелся.
Но развлекать их надо было. А потому…
— Ладно, — покладисто согласилась я. — Пусть будет сказка про Ивана-дурака и царевну лягушку.
— Лягушка — оборотень? — сразу же влез Джонни, деловито уточняя то, что ему непонятно.
Я, честно сказать, зависла. Никогда не думала о знакомом книжном персонаже в подобном ключе. Но да, получается, что оборотень…
— Вот сейчас все вместе и узнаем, — весело ответила я. И добавила с явным намеком. — Особенно если я наконец-то начну ее рассказывать. Итак, жил-был старик. И было у него три сына…
Сказка вышла короткой — минут на десять, не дольше, прямо как и задумывалось изначально. Мне банально было холодно. И потому я стремилась сжать повествование и побыстрей вернуться в замок. Там хоть и было не особо тепло, но имелась кухня с горячим чаем. Я, может, и быстрее уложилась бы. Но пришлось объяснять подопечным, что такое хоромы 2, палаты 3 и прочие устаревшие слова, которые так и лезли в голову.
До того скучавшие дети сейчас слушали с горящими глазами, несколько раз въедливо уточнили, в чем именно проявлялась магия Кощея и куда действительно была спрятана его смерть.
Я рассказала. Мне не жалко. Но что-то подсказывало мне, что несчастный дом ждут новые неприятности. Осталось только угадать, какие, чтобы заранее спрятаться.
Но вот наконец-то мое мучение закончилось — Василиса счастливо соединилась со своим мужем. Кощей помер своей смертью. И даже шкурка лягушки осталась каким-то образом нетронутой и сохранилась супругами на память детям и внукам. Теперь можно было со спокойной совестью возвращаться и нам. В доме я первым делом вызвала слуг, передала им на руки непоседливых детей и решительным шагом отправилась на кухню.
Мне нужно было согреться, и как можно быстрей. А из всех помещений для слуг только на кухне было протоплено, почти жарко.
Я зашла в кухню и уселась поближе к печи. Благо, кроме повара и двух поварят, никого в комнате не было. Красота. Тепло. Нет, скоро и слугам включат отопление, и можно будет больше не мерзнуть в спальнях. Но пока что мы все жили исключительно на внутренних ресурсах.
Хорошо хоть амулеты, развешанные по дому, не давали нам заболеть. Пока служили здесь, мы были полностью здоровы. Хоть и уставали частенько до потери сознания.
— Ланис, налей мне чаю, — попросила я поваренка, смеска оборотня и вампира.
Тот стрелой метнулся к печке, поставил чайник. И совсем скоро я прихлебывала из чашки горячий травяной чай и заедала его ароматным сдобным печеньем с изюмом.
Альтунис, повар, небольшого роста гном, непонятно как управлявшийся с готовкой и огромными кастрюлями, добродушно фыркнул, посмотрев на меня.
— Опять раздетая из дома выскочила?
Мы с Альтунисом были хорошими приятелями. Он, любитель тепла и уюта, не понимал моей привычки выходить за двери дома, не надев на себя сразу несколько слоев одежды.
 
— Так я ж ненадолго, — пожала я плечами и сделала очередной глоток ароматного и вкусного напитка. Холод постепенно отступал. Сейчас мне было почти что тепло. — Там дольше одеваться, чем вот так вот…
Я не договорила. Но Альтунис и так меня понял.
— Рисковая ты девка, Арина, — выдал он. — Ведь подхватишь какую-нибудь гадость, и ослабленное тело выдаст тебе по полной.
— Так это когда будет-то.
— Будет. И это главное.
Я спорить не стала. Допила чай, поднялась. Нужно было идти к двойняшкам. Посмотреть, чем они заняты. Может, заранее надрать им уши, фигурально выражаясь. А то не нравился мне блеск глаз Джонни, когда я сказку про Царевну-лягушку рассказывала.
  
Глава 4
 
Я никогда не верила в интуицию или шестое чувство, предпочитала доверять исключительно логике и здравому смыслу. Понятия не имею, что именно сработало сегодня, но я ни капли не удивилась, зайдя на господский этаж и увидев там нечто. Существо серого цвета, высокое, мощное, словно слепленное из глины, надвигалось на меня молча. Голем 4. Точно голем. А ведь я им ничего подобного не рассказывала! Или эти обормоты так Кощея изобразили?
Времени на раздумья у меня не было. Существо придвигалось все ближе и ближе ко мне. Я понятия не имела, каковы его намерения. А потому быстро выдала:
— Джонни, лишу сладкого на месяц.
Существо резко остановилось, замерло и… Рассыпалось на частицы из песка и глины. Теперь ковры на полу были «украшены» кучками грязи, которые убирать придется все тем же уставшим служанкам. Я бы на их месте давно насыпала в еду молодым господам слабительное за подобное «развлечение».
Перешагивая через такие небольшие кучки, я наконец-то добралась до детской. Оба малолетних мага сидели в удобных креслах у горевшего камина и делали вид, что усиленно что-то читают. Угу, я бы поверила, да, если бы не знала об их нелюбви к чтению.
— Итак, — зловещим тоном начала я. Дети заранее напряглись, не ожидая от меня ничего хорошего. Правильно делали, собственно говоря, — пальма первенства по каверзам переходит к Джонни. И он на трое суток лишается сладкого.
Тишина несколько секунд. Затем — негодующий возглас Джонни и победная улыбка Алисы.
— Будешь оспаривать наказание, отправлю до конца дня в оранжерею — станешь цветочки нюхать, — предупредила я недовольного подопечного.
Оранжерея находилась на третьем этаже здания. В закрытом магическим куполом помещении росли и цвели растения со всего света. Дети там откровенно зевали. Ни одному, ни другой не нравилось прогуливаться по аллеям и рассматривать ценные экземпляры цветов.
Активные, почти что боевые, и Джонни, и Алиса считали ссылку в оранжерею худшим наказанием, так как там нельзя было ни шуметь, ни драться, ни баловаться магией.
А потому Джонни быстро сник и только недовольно зыркал на меня изредка из-под насупленных бровей.
Впрочем, я легко пережила подобное к себе отношение. Мне вообще было все равно, что думают и в каких выражениях обо мне мои непоседливые подопечные. Работу я выполняла качественно, в срок, за детьми старательно следила. А чем они там недовольны… Ну… Пакостить меньше надо. Я уж точно не виновата, что они ни читать, ни учиться не любят. А вечно их развлекать я точно не нанималась. Были бы мы в сельской местности, там можно было бы гулять на природе и хоть чему-то учиться. В городе же, когда нужно на каждом шагу соблюдать этикет… В общем, пусть бабушка с дедом радуются, что их внуки живы-здоровы и дом пока не разнесли.
Обедала я, как и было указано в моем расписании, вместе с детьми. Накрыли нам в гостиной, небольшой уютной комнате, расположенной возле детской. Там мы втроем и расположились, в удобных креслах с изумрудной обивкой.