И жили они долго и счастливо (СИ)

— Дорого же вы нас оценили, — хмыкнул Кощей.
— Речь шла об очень хорошей медовухе, — не согласился Баюн. — Что же касается остального… Буян проявил к нам неожиданно пристальный интерес. То и дело требуют для проверки какие-то документы. Мы высылаем, в ответ — тишина. Впрочем, думаю, тебе будет интересно узнать, что среди требуемого то и дело встречаются отчеты о ваших с Василисой совместных вылазках.
— Полагаешь, Лебедь копает под меня? — задумчиво потер подбородок Кощей.
— Судя по остальным запросам — под меня. Только вот я никак не пойму, с чем это связано. Разве что она узнала о нашем небольшом ночном приключении, но кто бы ей рассказал? Не думаю, что Финист работает на Лебедь, да и как бы он обошел мой приказ?
Кощей вгляделся в хмурое небо за окном, лицо его стало жестче.
— Что ж, некрасиво заставлять Финиста ждать, — наконец сказал он. — Береги когти, Баюн. Они могут тебе скоро понадобиться…
В ответ Баюн лишь хмыкнул, но когда Кощей вышел из кабинета, мирт на окне поднял, а затем плавно опустил листья, словно вздохнул с облегчением.
Сокол нашелся у себя в кабинете, правда, пробираться к его столу пришлось через сложенные прямо на полу стопки с делами и бумагами.
— Что это? — недоуменно осведомился Кощей вместо приветствия.
— Результат моего двухнедельного отсутствия и внезапно обрушившейся на нас проверки с Буяна, — пояснил тот, тоже не спеша здороваться. — Я ждал тебя. Пока меня не было, мои ребята еще раз прочесали квадрат леса, на котором нас сцапала Марья. И вот, что нашли.
Он открыл ящик стола, вытащил оттуда зип-пакет и кинул Кощею. Тот поймал его и прищурился, рассматривая содержимое. В пакете лежал клок серой шерсти. Кощей открыл пакет и принюхался.
— Оборотень, — уверенно сказал он.
— Да, — кивнул Сокол. — И судя по всему он следил за битвой. Нашли в кустах недалеко от основного места действия.
— Что, впрочем, ни на шаг не приближает нас к цели, — вздохнул Кощей. — Это может быть кто угодно.
Сокол откинулся в кресле, покрутил в пальцах шариковую ручку.
— Полагаю, чтобы решить эту задачку, нужно понять, зачем ему это, — задумчиво произнес он. — Зачем он стал помогать Марье? Может быть кто-то из ее соратников, если у нее таковые были? Можешь кого-нибудь вспомнить?
— Скорее кто-то из моих недругов, — вздохнул Кощей, запустил руку во внутренний карман пиджака и вынул оттуда открытку с изображением города. — Это положили нам в почтовый ящик. Полагаю для тебя не секрет, что список тех, кому я не нравлюсь, стремиться к бесконечности.
Сокол взял протянутую ему открытку и хмыкнул.
— Ты издеваешься?
Кощей педантично удалил с открытки весь текст, оставив только то, что никак не могло его скомпрометировать. В левом верхнем углу отрывистым почерком было написано: «Здравствуй, Василиса! Известно ли тебе…» А над нижним краем значилось: «Твой друг».
— Там было то, что касалось меня, — пояснил Кощей. — И она была предназначена Василисе, это все, что тебе нужно знать.
— С тобой как всегда приятно иметь дело, — вздохнул Финист и прищурился, повертел открытку так и сяк. — Почерк какой-то знакомый, словно где-то уже видел… — пробормотал он. — Ты не думал о том, чтобы приставить к Василисе охрану?
— Я подумаю об этом. Но мы с Василисой приняли решение уйти в Навь. Я думал сделать это в конце октября, но теперь намерен приблизить дату отбытия.
— В Навь? — Сокол оторвался от созерцания букв и вскинул бровь. — Ты хочешь утащить ее в Навь?
— Я никуда ее не тащу, — хмуро отозвался Кощей. — Это ее решение.
— Ты сам в это веришь? — скривился Финист. — Женщины делают так порой. Говорят, что все нормально, а потом ты тянешь ее из реки, а она сопротивляется, и в переднике у нее — камни…
— Чего? — не понял Кощей.
— Да так… — тяжело вздохнул Сокол. — Мой страшный сон последние пятьдесят лет. Настя тоже улыбалась мне и соглашалась с тем, что я говорил, а потом оказалось, что не так уж и счастлива она была. Просто хотела быть мне хорошей женой и была уверена, что единственный способ сделать это — потакать всем моим желаниям. Василиса явно не создана для Нави, это очевидно для любого, кто ее знает, хотя ты должен стоять первым в этой очереди. Ты потеряешь ее. Впрочем, решать, конечно, тебе. Кто я такой, чтобы давать тебе советы?
 
От Сокола Кощей вышел крайне раздраженным. Финист не имел право полагать, что понимает про Василису что-то, чего не понимает он. И все же… На самом деле ведь Кощей знал правду и именно поэтому без конца задавал своей жене один и тот же вопрос. Неделя, проведенная с ней в Нави, ему безусловно понравилась. Но нужно было быть честным: Василисе нечего было делать в его мире. Но как заманчиво было поверить в возможность того, что он сможет наконец сложить с себя половину дел и при этом она будет рядом. Какое жгучее удовольствие доставила ему возможность видеть ее на троне рядом с собой!
— Константин Иосифович! Константин Иосифович, постойте!
Кощей остановился и обернулся. По заметенной желтыми березовыми листьями дорожке наперерез ему бежал Демьян. Он приблизился и остановился, уперся руками в колени и согнулся, тяжело дыша.
— Секунду, — прохрипел он. — Пожалуйста… поговорить…
— Здравствуй, Демьян, — кивнул Кощей. — Я слушаю тебя.
Демьян наконец отдышался и распрямился перед ним по стойке смирно.
— Меня послала Агата. Сказала, что вы можете знать… — начал он, но не закончил, замялся, сжал в кулаке край кофты.
Кощей вздохнул.
— Раз уж пришел — говори. Не хочешь говорить — иди. Времени у меня немного.
Демьян вскинул голову.
— Агата говорит, вы знаете, как исправить рубаху, чтобы я вылечился, а ей не нужно было больше молчать.
— Допустим, — согласился Кощей. — А почему она только теперь решилась спросить?
Демьян насупился. Пожевал губы.
— Да все из-за этого, — наконец выдавил он сквозь зубы и то ли выплюнул, то ли проблеял имя, вложив в него всю возможную неприязнь. — Елисея. С тех пор, как он тут объявился, Агата только о нем и думает. Ведет себя как дурная: прячется от него по Архиву, а потом из-за стеллажей подглядывает. А тут вот взгрустнулось ей, что она с ним поговорить не может. Да еще и недавно заявила мне, что вообще ей вся эта магия не нужна. Забирай, говорит, я читала, есть такой ритуал, а ты мой брат, все легко пройдет!..
Демьян сник, сморщил нос, явно обиженный на сестру.
— А тебе-то что не нравится? — недоуменно вскинул бровь Кощей. — Ну и забери, сильнее будешь.
Мальчик вскинулся, задохнулся от возмущения.
— Да вы что! — воскликнул он. — Она же умрет! Я же вообще один останусь. Они же все…
Он снова не договорил, но Кощей понял. Они все умерли: его родители, их бабушка, ведьма, что жила с ними на болоте. Все вокруг Агаты и Демьяна умирали, и сам Демьян тоже едва не умер от проклятья.
— Вопрос не в том, насколько длинную жизнь проживет тот, кого ты любишь, а насколько счастливым ты сможешь его сделать, — медленно произнес Кощей. — Маг может умереть не только от старости. Твоя сестра влюблена. В человека. Вовсе не факт, что он тоже полюбит ее, и что они будут жить вместе долго и счастливо, но я понимаю, почему она заранее винит в этом свои силы.
— Но ведь она умрет, — в отчаянии повторил Демьян. — Как я без нее…
— Это произойдет нескоро, человеческий век может и короток, но все же занимает куда больше, чем пару дней.
— Вы не понимаете! — закричал мальчик.
— Правда? — спокойно спросил Кощей.
Демьян замер, пытаясь сообразить о чем он, и вдруг смертельно побледнел. Плечи его опустились, подбородок упал на грудь…
— Но как же вы… — пролепетал он. — Ведь вы бессмертный, а она…
— Ловлю каждый момент и стараюсь, чтобы она была счастлива, — ответил Кощей.
Счастлива. Василиса никогда не будет счастлива в Нави. А ведь он обещал, что она не пожалеет о том, что решила быть с ним. Но разве сейчас они вместе? Сколько действительно у них было общих моментов? Если бы можно было реже наведываться в Навь…