Седьмая руна (СИ)

– Тогда я не понимаю…
– К Люси ходил ваш отец.
– Что? – Франсуазе показалось, что она ослышалась. – Но…
Отец и Люси… Вспомнив, как выглядела проститутка, она растерянно моргнула. Никогда раньше Франсуаза не думала о графе в таком ключе. Всегда подтянутый, с безупречными манерами, он того же требовал и от своих детей. С другой стороны, он редко бывал дома и почти никогда не обсуждал свои увлечения, особенно с дочерью.
– Что же касается графа де Ре, – продолжала мадам Жюйсанс, – то он предпочитает несколько другой тип удовольствий… а такое в моем доме не практикуется.
– Он мужеложец? – не сдержался Этьен.
– Фу, откуда такие мысли, – хозяйка борделя погрозила внуку пальцем. – Он просто любит… различные игрушки.
– Игрушки? – переспросила Франсуаза. Она не могла представить бывшего жениха, увлеченного лошадкой-качалкой или оловянными солдатиками.
– Плети и кнуты. Ваша интуиция вас не подвела, мадемуазель, Жильбер де Ре действительно вам не пара, – сухо пояснил Этьен, постукивая деревяшки пола там, где склонялся призрак. – А, вот он!
Не обращая внимания на девушку, опешившую от навалившейся на нее информации, полисмаг достал карманный нож и подцепил плашку. – Да, тайник!
Он убрал нож и щелкнул пальцами, чтобы осветить пространство под полом.
– Судя по следам в пыли, там лежали деньги и… а это что еще такое?
Он достал что-то, напоминающее не то мох, не то торф.
Мадам Жюйсанс ахнула и схватилась за сердце.
– Что это? – поинтересовалась Франсуаза, подаваясь вперед.
– Бханг, – Этьен выпрямился и посмотрел на бабку. – Ты едва не влипла…
– Ты же знаешь, что это не мое! – возмутилась она. – Я терпеть не могу эту дрянь!
– Знаю, как и то, что употребляй её Люси, ты бы заметила и выгнала ее гораздо раньше.
– Значит, кто-то подбросил его? – насторожилась Франсуаза.
– Вряд ли. В комнаты просто так не проникнуть. Скорее, сама Люси хранила бханг для кого-то…
– И этот кто-то и убил ее?
– Не исключено. Скажите, а другие жертвы, можно определить были ли они одурманены?
Франсуаза покачала головой:
– Боюсь, что нет. Бханг достаточно быстро выводится из организма и определить его затруднительно даже через сутки.
– Ясно, – Этьен повернулся к хозяйке дома. – Извини, но скрыть находку не удастся. Я пришлю Пьера он возьмет у тебя показания, что ты не знала о тайнике.
– Этьен, я действительно… – мадам Жюйсанс как-то поникла.
Полисмаг сжал ее руку:
– Я тебе верю, ба!
Она еле заметно улыбнулась.
– Думаю, нам пора. Поспрашивай у девочек, может, кто что вспомнит, ладно?
– Обязательно, – это было произнесено таким тоном, что Франсуаза поняла: девочки мадам Жюйсанс вспомнят и расскажут все.
– Мадемуазель д’Эгре, нам пора.
  
Глава 20
 
Бонни встретил полисмага недовольным ворчанием, сменившимся радостным повизгиванием, когда хозяйка забралась внутрь.
– Бонни, веди себя прилично, – по привычке одернула она пса. Тот обиженно засопел и свернулся калачиком на переднем сиденье.
Франсуаза откинулась на обтянутую грубой кожей спинку. В голове царил полный сумбур, и она не знала, как реагировать на то, о чем узнала.
То, что брат периодически развлекался в заведениях, о существованиях которых приличной девушке не следовало знать, ее не удивило, но отец…
Какими бы сложными ни были отношения отца с матерью, мысль о том, что граф д’Эгре является завсегдатаем подобного дома, была противна. А ведь еще был и Жильбер де Ре с его специфическими увлечениями.
Работая в морге академии, девушка была лишена иллюзий, свойственных невинным девушкам ее круга, и прекрасно понимала, зачем бывшему жениху понадобились плети и кнуты. Представив, какой могла бы быть ее замужняя жизнь, Франсуаза вздрогнула. Оставалось только, как и сказал капитан Богарне, благодарить Создателя за то, что интуиция не подвела.
Девушка поняла, что не слышит ставший привычным рев магического экипажа. Она подняла голову и обнаружила, что фиакр стоит на обочине, мотор выключен, а сам полисмаг, обернувшись, внимательно смотрит на нее.
 
– Что-то не так? – из-за внутренних переживаний вопрос прозвучал очень резко.
– Я же говорил, вам не стоит ехать, – мягко сказал Этьен, словно извиняясь.
Она тряхнула головой:
– Позволю заметить, что работа в академии…
– Делает вас умудренной жизнью? – непочтительно перебил полисмаг. – О, поверьте, на самом деле вы не знаете и половины того, что происходит за стенами вашего мира.
– И слава Создателю! – это вырвалось само.
Заметив смешинки в глазах собеседника, Франсуаза прикусила язык и сердито отвернулась.
– Может, нам лучше поехать дальше? – сухо поинтересовалась она, заметив, что коляска извозчика с трудом протискивается между фиакром и стеной дома.
– Как пожелаете, – Этьен завел мотор. Фиакр взревел, лошадь шарахнулась, и коляска все-таки задела здание. Извозчик обернулся и, проорав что-то нелицеприятное, погрозил кулаком.
– Когда-нибудь такие фиакры полностью вытеснят повозки, – полисмаг лихо вырулил на дорогу.
– Думаете? – чтобы он мог ее слышать, Франсуазе пришлось придвинуться к спинке его сидения. – Мне кажется, этим экипажем тяжело управлять.
– Глупости! Хотите попробовать?
– Прямо здесь? – ужаснулась она.
– Мы можем сделать небольшой крюк через Вилченский лес и съехать на Ронн Пуэн.
Девушка задумалась. С одной стороны, ее ужасала перспектива сесть за руль этого вечно рычащего железного монстра, но с другой…
– Ну же, решайтесь! – подбодрил ее полисмаг.
Бонни только тявкнул, поддерживая предложение.
– Ладно! – согласилась Франсуаза, дрожа от собственной дерзости. Этьен усмехнулся и крутанул руль, сворачивая на узкую улицу, ведущую к городским воротам.
Вилченский лес был излюбленным местом аристократов. Они ездили туда на пикники, прогуливались верхом или в спортивных экипажах, плавали на лодках по озерам, соединенным между собой каналами.
Франсуаза хорошо знала дорогу, ведущую туда, но сейчас не могла сидеть спокойно. Возбуждение от собственной смелости и страх перед неизведанным бурлили в крови, заставляя постоянно ерзать на сидении. Что если она не справится и разобьет дорогой экипаж? А если вдруг на дорогу выскочит кто-то из знакомых? Или, что еще хуже, белка?
Фиакр вздрогнул и остановился, Этьен выпрыгнул из экипажа и открыл дверцу для Франсуазы.
– Как? Уже? – пробормотала она, вжимаясь в сиденье.
Желая пристыдить хозяйку, Бонни громко залаял.
– Это не так страшно, как кажется на первый взгляд, – приободрил полисмаг, и, видя, что она еще колеблется, добавил, – вы станете первой женщиной, кто управлял самоходным фиакром. К тому же я буду рядом!
Последние аргументы оказались решающими, и Франсуаза без дальнейших колебаний вложила свою ладонь в мужскую. Пересев на место водителя, она с интересом рассматривала огромный руль, отполированный до блеска металлический рычаг и педали, напоминавшие педали рояля. Трепеща внутри, девушка положила руки на руль. Фиакр недовольно чихнул и снова затих, словно был живым организмом.
Этьен тем временем обошел экипаж и занял место с другой стороны, бессовестно выгнав пса на заднее сиденье.
– Фиакр завязан на мою аниму, – полисмаг прикоснулся к рулю. Экипаж вздрогнул и заурчал, будто зверь. – У вас под ногой педаль газа. Очень плавно нажмите ее, когда будете готовы поехать. Рычаг справа – переключение мощности двигателя. Его используют при наборе скорости, и, наверное, будет лучше, если я пока буду переключать его сам.
– Хорошо. А как тормозить?
– С этим, конечно, проблема, – заметив, что Франсуаза широко распахнула глаза от испуга, он широко улыбнулся. – На самом деле, никаких проблем. Левая педаль – тормоз, только жать ее надо очень резко и с силой.
– Я постараюсь, – кивнула девушка.
– Если что, не переживайте, система тормоза дублируется вот этим рычагом, я успею отжать его.