Старая сказка про принцессу (СИ)
А вот как получилось, что Лост рассказал о своей способности следопыта и согласился проследить за ежом, не понял сам птицелов. Просто поговорил с хорошими людьми о чужой придури. Поспорил о какой-то ерунде. А потом стал вязать на ежа нить и обещать передать дурной зеленоперке послание, если она догадается до ежа дотронуться.
В чем Лост сомневался.
Дурная же птица.
Да еще и невезучая.
— И почему я пытаюсь ее спасти? — спросил сам у себя Лост и услышал тихий женский смех за спиной. А когда обернулся, никого там, естественно, не увидел. И даже статуэтки судьбы там не было. Хотя, говорил когда-то отец, что это именно она любит посмеяться за спиной, особенно когда заставляет людей делать то, что они делать не желают. — Зеленоперке все равно хуже.
Еж, не пытаясь избавиться от нити, дошел до ямы, плюхнулся вниз и исчез в щели.
А Лост и дознаватели остались ждать пока одна глупая девица догадается, что на ежах просто так бантики не вяжут. А догадаться она могла только сутки спустя.
Дурная же птичка.
Умные птички держатся от подозрительных компаний, а тем более подземелий, как можно дальше.
глава 25
Глава 25
Идите, сидите тихо и никуда не лезьте!
Нить привязанную к ежу Томия заметила совершенно случайно и в первый момент подумала, что она ей чудится. В этом мире никто такие путеводные поводки протягивать не умел. Вроде бы.
Ошарашенная девушка пихнула в бок Льена и спросила у него о нитях и поводках. Он в свою очередь задал его же телохранителю и ближайшему дознавателю. И оказалось, что Томия абсолютно права. Нити не то что не умели вязать, а еще и не видели их, даже когда девушка ежа пихала под самый нос.
Смирившись с тем, что никто ей с нитью не поможет, Томия решила все-таки развязать ее. Хотя понимала, что тот, кто нить привязал к ежу, скорее всего явился по ее душу. Видимо, какой-то излишне упорный жених сумел отыскать даже здесь. И утешало только то, что из завала он ее точно вытащить хочет, иначе как предъявлять претензии и пытаться жениться?
— Мы тебя не дадим в обиду, — пообещал Шелест, правильно истолковав сомнения на лице Томии.
Остальные, даже дознаватели и медведь, его поддержали.
Томия глубоко вдохнула и потянула за кончик.
Узнав, что пленники обвала могут еще некоторое время там посидеть, дознаватели развили бурную деятельность. Распотрошили все сумки, как свои, так и коллег, собрали все найденные накопители и отгородили щитами завал от целых частей тоннеля. Просто чтобы случайно не завалить еще и тех, кто остался в грото-зале и, похоже, тоже не мог выйти на поверхность.
После этого к удивлению Лоста маги занялись банальным тяжелым физическим трудом — с помощью магии стали вычерпывать землю, камни и изломанные деревья из ямы. Дело шло так себе, не очень быстро, потому что магов было немного. Потом, правда, к ним присоединилось несколько коллег из тех, кто оставался с пойманными преступниками. После встряски грото-зала и падения трех камней из свода, они поняли, что где-то произошел обвал, нашли где, а после нашли и еще один путь к выходу. Их помощь приняли с благодарностью. Правда сильно она дело не ускорила.
Лост наблюдал и удивлялся. Он бы на месте этих людей сначала послал гонцов в город, чтобы прислали помощь, а эти копают.
Впрочем, как потом оказалось, помощи они попросили. Просто гонцов им для этого отправлять было не обязательно. У них для этих целей были какие-то амулеты, способные куда-то послать тревожный сигнал. И шкатулка была с крохотным порталом, с помощью которой отправили уточняющее письмо. Так что ближе к вечеру стали подтягиваться маги со всей округи. И Лост понял, что даже бегство в дальние дали не поможет создать здесь сильный птичий дом. И что не зря придурочные любители невинных девиц прятались под землей. И...
Да, маги в этом мире были другие. Среди них было множество слабаков, которые в родном мире Лоста вообще бы не рискнули называть себя магами, чтобы не вызвали на поединок и не убили. Но местные маги были организованы и умели создавать сильные вещи, способные любого слабака с мозгами сделать сильнее кого-то не шибко умного, но одаренного. И с ними в любом случае придется договариваться. Так или иначе. А учитывая, что возвращаться домой Лосту было незачем, особенно без зеленоперки...
— Интересно, в эти их школы в любом возрасте берут? — спросил Лост сам у себя и решил пока не сбегать. Сбежать он всегда успеет, если сильно надо будет. А пока сбегать глупо. Пока он здесь в статусе помощника и благодаря этому можно попробовать что-то получить взамен.
И продолжить изучать столь интересный мир.
В конце концов, ему тоже есть чему научить местных магов. Нити и силу они ведь не видят вовсе не потому, что не способны. Они просто не умеют смотреть, не знают как это делается.
— А значит, можно поторговаться, — решил повеселевший Лост и пошел смотреть, как продвигается дело с раскопками.
Оказалось, прибывали в основном специалисты по левитации. Так что дело продвигалось хорошо. Гора земли, камней и измочаленной древесины росла между деревьями. Яма углублялась. И ближе к утру пленников обвала должны были откопать.
— Шуршит, — задумчиво сказала баронская дочь, боязливо прижимаясь к отцу и глядя на нависающий над головой завал, удерживаемый невидимым щитом.
Умом она понимала, что шуршат там скорее всего люди, пытающиеся ее спасти. Но воображение упорно рисовало огромных кротов, страшных мышей и прочих чудовищ. И именно поэтому она не могла заснуть. Несмотря на то, что спал даже медведь.
Спали пленники завала сидя на сумках и камнях, которые Льен сделал теплыми с помощью какого-то не закольцованного плетения, слабенького и постепенно затухающего. Медведя вообще использовали как большую грелку. Впрочем, он и не возражал. А всю ночь над головами людей что-то шуршало, хрустело и тихо пощелкивало. И Белочке было страшно. Хотя она и понимала, что пугаться надо будет если шуршать и пощелкивать перестанет.
— Шуршит, — еще раз прошептала баронская дочь и решительно закрыла глаза.
Вроде бы на мгновение.
А когда открыла, обнаружила, что больше ничего не шуршит. И что над головой теперь не что-то черное, страшное и тяжелое даже с виду, а серое утреннее небо в разводах грязи. А если скосить взгляд вправо, то видно еще и людей, смотрящих сверху вниз и что-то беззвучно кричащих.
Или не беззвучно. Просто их не слышно, потому что находятся достаточно далеко для того, чтобы щит не пропускал их слова.
— Папа, нас откопали, — с нелогичным испугом прошептала Белочка.
Барон на эти слова не отреагировал. Зато проснулась собака, потревоженная резким движением девушки, задрала ухо, а потом разразилась звонким лаем, разбудив почти всех, кто спал на дне глубокой ямы.
Ближе к обеду хаос недалеко от грандиозной ямы удалось более-менее упорядочить. Пленников бывшего завала извлекли из ямы при помощи все той же левитации. Даже медведя, хотя его и опасались. Его, впрочем, сразу же отпустили в лес, кто-то даже дал подзатыльник умнику, вспомнившему о шашлыках из медвежатины. Неправильно оно — убивать зверя, который помог, спас, пускай даже не без помощи человека, обладающего странным даром.
Людей и ежей извлеченных из ямы расселили по трем палаткам. Лекари оказали им помощь, напоив дочь барона успокоительным, всех остальным противопростудным, а Ване еще и перетянув грудь полосками специальной ткани, потому что у него кроме не особо впечатляющей царапины на боку обнаружилось две трещины на ребрах.
Барон от помощи лекарей величественно отказался, зато сразу же согласился поучаствовать вместе с псом в поисках следов загадочно пропавшего подземного оратора. Правда, ни он, ни пес, ни маги-поисковики никого так и не нашли. А Деньки, способного по утверждениям Льена найти вообще кого угодно, рядом не оказалось.