Старая сказка про принцессу (СИ)

— Отдайте чужую собственность, гады! — возмущенно закричал Шелест, порылся в карманах и запустил вослед всадникам пустой бутылочкой от зелья.
Бутылочка догнала одного из беглецов тогда, когда и Вишня, стукнула бедолагу по голове, и дальше он помчался болтаясь в седле из стороны в сторону, как манекен. Жалко только, что не упал.
— Да мы вас проклянем! — отчаянно пообещал Ленц, переборов приступ тошноты.
Вишня обогнала всадников, сделала полукруг и попыталась их остановить, пролетев над самыми головами.
До всадников, к сожалению, не дошло, что таким вот экзотическим способом от них требуют остановиться. Они благополучно доскакали до леса и попытались там затеряться. Правда, лес они для этого выбрали неудачный. Там то ли деревья вырубили, то ли где-то недалеко жили люди, любившие топтать молодую поросль и не давать ей вырасти, но лес оказался очень жидким. Бедные лошади метались от дерева к дереву, пытаясь скрыться в их тени. Ленц мрачно хохотал, перемежая смех икотой. Дамир пытался его перекричать и доказать, что лошади принадлежат школе. Шелест просто и незатейливо обыскивал карманы на предмет чего-то ненужного.
И, возможно, всадникам все-таки удалось бы доскакать до мест, где действительно можно было укрыться от дракона, но тут одна из лошадей вспомнила, что она стара и для скачек не предназначена. Она обо что-то споткнулась и рухнула, запустив наездника куда-то вперед, видимо решив, что он сможет продолжить путь на своих двух. Перед этим всадником был другой всадник. И ему стало интересно почему его приятель там так кричит. Он оглянулся и спустя мгновение обнаружил, что висит на ветке, как постиранное белье. Ощущения у него при этом были интересные. Третий похититель лошадей тоже далеко не уехал, его конь зачем-то влетел в единственный на видимом пространстве куст и застрял в нем, издавая такие звуки, словно его там сразу кто-то начал есть.
— Приземляемся! — азартно закричал Шелест.
Вишня сделал круг почета над поверженными противниками и напугала одиноко удиравшую лошадь так, что она перепрыгнула через поваленное дерево и еще больше ускорилась.
— Справа, — подсказал Дамир, первый сообразивший, что где угодно дракон не приземлится, потому что пространства нужно много.
Вишня что-то загадочное проворчала и наконец опустилась на довольно широкую и утоптанную тропу пересекавшую небольшую поляну. Сложив крылья она грузно потопала к похитителям лошадей, восхищаясь тем, как весело студентусы магических школ проходят практику.
Как потом оказалось, похитители лошадей разбежаться и попрятаться от студентусов не догадались. Они нашли себе занятия поинтереснее. Один валялся в обмороке, второй пытался выпутаться из стремян и куста, а третий подскакивал рядом и требовал забрать сумки. И они так увлеклись этими занятиями, что до последнего не замечали ни студентусов, ни Вишню, которая, как оказалось, умела при нужде подкрадываться тихо-тихо. А потом стало поздно — Дамир лучше всего разбиравшийся в разных силовых петлях, сетях и прочих связывающих плетениях их поймал и обездвижил.
— Больше никогда на драконах не летаю, — проникновенно сказал Ленц, первым сползя со спины Вишни и вцепившись в ближайшее дерево так, словно оно было его самым близким и любимым родственником.
Споткнувшаяся лошадь гонку не пережила. Когда Дамир, которому она принадлежала, к ней подошел, бедолага уже не дышала. Застрявшая в кусте, застряла там столь надежно, что ее решили не трогать, а то еще освободишь ее и она ускачет следом за своей канувшей в темноте и лесу подругой. Эту проклятую подругу даже Вишня не высмотрела, хотя летела над лесом довольно долго. То ли дурная лошадь обрела свойства хамелеона, то ли нашла овраг, в который от великой радости взяла и свалилась, свернув свою глупую голову, то ли повстречала на пути волков, которые не разобрались в ее возрасте и уже успели закусить где-то в кустах погуще.
В общем, лошадь у студентусов осталась только одна, что их совсем не радовало.
 
— Будем мстить, — мрачно сказал Ленц, подмигнул Вишне, с интересом слушающей людей, и мрачно пошел к пойманным конокрадам.
Дева-дракон пошла за ним следом, покачала головой и уверенно сказала:
— Воровать нехорошо.
Мужики, впечатленные законопослушным драконом, стали каяться и просить их отпустить. Попутно они доказывали, что иначе просто не могли, что им срочно надо было покинуть город, а лошади студентусов единственные, которых они смогли увести. Что если бы они знали о драконе, они бы никогда их не тронули, так бы побежали. Что…
— Интересно, что у них в сумках? — задумчиво спросил Дамир, вспомнив, что эти сумки мужики не бросили даже зная, что где-то рядом дракон.
— Наверняка что-то ценное, — азартно сказал Ленц и пошел проверять свою теорию.
А конокрады поскучнели еще больше и дружно стали доказывать, что ничего, что может пригодиться друзьям целого дракона, там нет. Совсем ничего. И проверять незачем.
Ленц ускорил шаг, погладил затихшую в кусте лошадь по холке и с трудом вытащил одну из притороченных к седлу сумок.
— Зеленая черепаха, — с восторгом сказал он, загляну в нее.
— Что там? — спросил Шелест.
— Ты не поверишь, но клад, — ответил Ленц и с подозрением уставился на Вишню. — А знаешь, похоже стоит тебе встретиться с этой милой девицей, как на твоем пути сразу попадается клад.
— Поэтому надо встречаться почаще, — со знанием дела сделал вывод Дамир.
Шелест хмыкнул и тоже пошел к сумке.
Клад, по сравнению с первым, казался так себе и состоял большей частью из разрозненных серебряных столовых приборов. Еще там был позолоченный чугунный подсвечник, у которого с одной стороны содралась позолота. И все это дело было смешано с серебряными и золотыми монетами, жемчужинами из разорванного ожерелья, горстью не шибко дорогих мелких овальных рубинов, явно откуда-то выковырянных, янтарными бусинами и кусочками бирюзы, вообще необработанными.
— И кого вы ограбили? — спросил Шелест, полюбовавшись содержимым сумки и поворошив его.
Конокрады переглянулись.
— Никого, — уверенно сказал один из них. — Мы нашли.
— Какой идиот в это поверит? Кайтесь, конокрады, — велел Ленц.
— А то у нас зелье есть. Языки хорошо развязывает, правда после этого не желающие каяться без зелья несколько глупеют, — сказал Дамир.
— Чаще, правда, сходят с ума, — подхватил Шелест.
— А еще у нас есть дракон, — добавил Ленц и с любовью посмотрел на Вишню.
Мужики переглянулись.
— Уважаемые магики, не воровали мы ничего! — завопил один из них.
— Врет! — уверенно припечатала дева-дракон.
— И дракон умеет отличать правду от лжи, — жизнерадостно сказал Ленц таким тоном, словно всегда это знал.
— Ну воровали, иногда, по мелочи. Мы сироты, жить на что-то надо, — заюлил все тот же мужик. — Пропадем же, с голоду помрем.
Студентусы с интересом уставились на сироту, статями похожего на грузчика и явно не собиравшегося пропадать и голодать.
— Частично врет, — обрадовала всех присутствующих Вишня.
— Ну… судьбинушка так сложилась, — проныл другой мужик, чуть поменьше первого и посимпатичнее на лицо. — И все же знают, что ночью в закоулки соваться не следует, а они совались и все тут. Словно специально.
— Да, сами напрашивались, — понятливо сказал Дамир.
— Сокровища у вас откуда? — спросил Ленц, которого эти сокровища очень волновали.
— Так нашли. Стража нас обложила, как каких-то разбойников…
— А вы конечно же не разбойники, — с фальшивым сочувствием сказал Шелест.
— Не разбойники!
— У вас судьбинушка, — издевательски подсказал Ленц.
Мужики дружно закивали.
— И куда вас загнала стража? — спросил Шелест, а любопытная Вишня нетерпеливо переступила с лапы на лапу, что очень впечатлило не разбойников.
— В сад чей-то. Мы там пометались, в дом соваться не рискнули, а потом нашли ту беседку, старую, а там доску понизу отодвинули, они там вообще плохо держатся, подгнили и мохом обросли. Ну и залезли под ту беседку, стали пережидать пока стража туда-сюда бегает.