Эльванор (СИ)

Никс отвлеклась, рассматривая зал. Вниз простиралась устеленная клетчатым ковром лестница, а впереди зиял проход, уводивший влево, к трем широким аркам, открывающим вид на светлый коридор, по квадрату огибающий комнату, где они стояли. Красующиеся здесь картины и статуи превосходно освещались благодаря прямому потолку, выложенному из стеклянных квадратов, и широких окон вдоль стен, отчего помещение буквально купалось в дневном свете.
Вдоволь налюбовавшись, Никс перевела взгляд на спутниц. Арла о чем-то щебетала с экскурсоводом, а вот Лишер стояла в стороне, глядя перед собой пустым взглядом. Казалось, мыслями она присутствовала где-то вдалеке, вне досягаемости Никс.
 — С тобой все в порядке? — участливо осведомилась девушка. — Ч-что?? — Лишер моргнула несколько раз, пока взгляд не сфокусировался на одной точке. — Ты выглядишь немного потерянной, вот я и… — Знаешь, а мне и впрямь нехорошо, — произнесла Лишер дрожащим голосом. Не таким, как у человека с плохим самочувствием или слабостью, но голосом, в котором присутствовало лихорадочное возбуждение. Обернувшись к Хильнару, она осведомилась: — Прошу прощения? Милорд? Мне нехорошо, могу я воспользоваться туалетом?
И, будто в подтверждение этих слов, Лишер схватила Никс под руку. Девушка опешила: прежде наставница избегала каких бы то ни было касаний, строго соблюдая свои личные границы.
 — Туалет? — Брови Хильнара сошлись на переносице, исчезнув за толстой оправой очков. — Хм-м, что же… Да, пожалуй, я не вправе вам отказать. Следуйте за мной.
Они свернули налево. Пройдя коридор насквозь и оказавшись в узком проходе, увешанном картинами, экскурсовод махнул рукой в самый конец — туда, где виднелась небольшая дверца с позолоченной ручкой и пастельно-голубой окраской.
 — Там находится дамская комната. Если нужно, я могу вызвать врача или… — Нет, спасибо, мне вскоре станет легче. Можете не ждать меня.
Лишер поспешно направилась к указанной двери, зачем-то задержав взгляд на Арле прежде, чем скрыться в туалете.
 — О нет, миледи, я не могу оставить вас здесь одну, поэтому мы подождем!.. — бросил вдогонку Хильнар. Смущенно улыбнувшись, он повернулся к Никс и Арле. — Полагаю, нам придется обождать…
Поскольку ничего занятного в том месте, где они оказались, не было, все трое стояли в молчании, каждый рассматривая определенную точку на стене. Арлы хватило лишь на несколько взмахов.
 — Давайте продолжим нашу экскурсию, Хильнар! — умоляюще протянула она. — Лишер может застрять там надолго, жаль терять столько времени из-за нее одной! — Боюсь, миледи, я не в силах ничего сделать. Вы отлично знаете правила, и я не могу… — Хильнар, — проникновенно сказала Арла, схватив экскурсовода за ладонь. Та дернулась в ее цепкой хватке, но не вырвалась. — Уверена, начальство вам простит, если вы покажете нам этот чудесный особняк. Моей подруге нездоровится, и она сразу направится к выходу, зная, что не может находиться здесь без вашей опеки. Ведь вы не заставите нас ждать ее одну, правда, Хильнар? — Я н-не… — экскурсовод выглядел столь несчастным, что Никс собралась вмешаться. Мысль о том, что они собираются бросить Лишер, казалась ей неприемлемой.
Однако сделать ничего она не успела, так как Хильнар растерянно моргнул и ответил:
 — Да, пожалуй, мы и впрямь можем продолжить экскурсию. Пойдемте, сейчас я покажу вам самый прекрасный зал поместья.
Он развернулся на пятках, поспешив куда-то вглубь особняка.
 — Я не уверена, что вот так оставлять Лишер будет правильно, — шепнула Никс, схватив Арлу за локоть. — Что, если ей действительно нездоровится? — Не бери в голову, — отмахнулась рыжая. — Верь мне, Лишер будет нам благодарна за это. — Почему ты так говори… — Тс-с! Не мешай слушать! — Арла высвободилась от хватки Никс, нагнав экскурсовода и о чем-то с ним заговорив.
Вздохнув, девушка покорно поплелась за ними.
Залов и покоев в поместье оказалось невероятно много, все они сверкали изобилием. Хильнар много чего рассказывал, но Никс слушала вполуха, прислушиваясь лишь к рассказам о заинтересовавших ее картинах и реликвиях. Одним из таких оказался герб семейства Веннейро, висевший в богато обставленной гостиной.
 
 — Издревле символом семьи госпожи Аалналор был морской змей. Говорят, Веннайо, основатель рода, мог подчинять себе воду и превращаться во владыку морских пучин — страшного левиафана. С тех пор существует легенда, будто все наследники рода переняли у него этот дар и по ночам превращаются в морских змеев. Правда, при этом многие упускают из виду то, что Эльванор расположен далеко от морей, а Кристальное озеро — ближайший водоем к городу — хоть и масштабно, но с морем не сравнится.
Герб был исполнен в сине-зеленых тонах, изображая грозные волны, из которых выныривало огромное морское чудовище. Кольца его проступали из воды, сильные плавники опускались ко дну. Ярко-голубой глаз грозно смотрел на присутствующих. Никс почувствовала, как спина покрывается мурашками.
Какое-то время спустя они оказались в помещении, служившим чем-то средним между библиотекой и читальней. Чтобы зваться библиотекой, ему не хватало количества книг, а вот для читальни все подходило как раз: мягкий свет, удобные кресла и серия картин на стене. Всего их было двенадцать: выполненных в мрачных, гротескных тонах, заключенных в толстые обрамления.
 — Как вы можете знать, наши предки веровали в определенное мироустройство, базирующееся на мифических существах. Согласно одному из них, Тьма создала двенадцать тварей, призванных сеять хаос и смерть.
Они двинулись вдоль картин.
 — Двенадцать ужасных существ, порожденных с целью уничтожить род человеческий. Первый из них — виверна.
Картина изображала грозное существо, вскинувшее два крыла и цепляющееся за скалу сильными задними лапами. Мышцы бугрились под толстой шкурой, демонстрируя силу твари. Из разинутой пасти виднелся двойной ряд острых зубов.
 — Гарпия.
Полуптица-полуженщина с хищным лицом и перьями вдоль тела. Она грозно нависала над жертвой-зрителем, изготовив длинные когти для смертоносного броска.
 — Грифон.
Знакомая химера, что обычно занимает нейтральную сторону в легендах. На картине грифон стрелой несся к своей добыче. Острый загнутый клюв был угрожающе раскрыт.
 — Василиск.
Длинный змей с красными глазами, свернутый кольцами в недрах темной пещеры.
 — Келпи.
Морской конь, которого Никс повстречала на гербе из «Таверны». Плавники, белые глаза и блестящая черная шкура. Сардонически оскаленная конская пасть доверия не внушала.
 — Мантикора.
Еще одна химера с красным шипастым телом, львиной головой, перепончатыми крыльями и скорпионьим хвостом, метящим прямиком в сердце жертвы.
 — Гиппогриф.
Круп лошади, голова и передние лапы птичьи, на голове оленьи рога. Так же, как и грифон, этот гиппогриф не походил на доброжелательное существо из сказок, в которых часто выступал в роли защитника заплутавших в лесу детей.
 — Левиафан.
Уже знакомый змей, на сей раз более детально прорисованный, разламывающий сильными челюстями корабль.
 — Кракен.
Главный соперник левиафана в морской пучине. Ужасающее существо, состоящее из разинутой пасти, окруженной множеством толстых щупалец.
 — Феникс.
Птица, огненной стрелой пролетающая над крестьянскими полями. Вдалеке виднелся охваченный пламенем город.
 — Гидра.
Грузная тварь с множеством голов. Некоторые из них глядели на зрителя, капая слюной на каменный пол пещеры, пара боролась между собой за кусок оторванной плоти, остальные пожирали чей-то труп.
 
 — И, наконец, король всех вышеперечисленных существ — дракон.
Массивная крылатая рептилия, покрытая темной чешуей, вздымалась над степью, извергая из пасти языки алого пламени. Хвост опасно занесен, шипы вдоль хребта воинственно топорщатся. Глаз с вертикальным зрачком смотрел с угрозой, в его глубине затаился ум.
 — Какой же он король? — хмыкнула Арла. — Уверена, тот же левиафан задаст ему жару на морских просторах. Или кракен. Что дракон может им противопоставить? — Ну-у… — Хильнар смутился. — Не знаю, миледи, но похоже, наши предки веровали в то, что дракон их превосходит, раз поставили его во главе тварей Тьмы. — Возможно, он главенствует, потому как люди живут на суше, поэтому дракон был для них большей опасностью, нежели морские чудища, — предположила Никс. — Левиафан и кракен были страшны лишь для кораблей и моряков, а дракон мог уничтожать целые города и селения. — Любопытное наблюдение, — улыбнулся Хильнар.