Хейанке (СИ)
— Да, брат, я надеюсь все так и будет! И очень хочу, чтобы у тебя тоже все получилось!
— А куда мы с тобой, на хрен, денемся, — хмыкнул я, и в этот момент подал голос Шоджи
Старик указал рукой на показавшийся впереди лагерь и, заметно сдерживаясь, произнес:
— Они не вышли нас встречать.
В ответ на мой вопросительный взгляд, он покачал головой и, стараясь не смотреть на Нори, пояснил:
— Это унижение… Мелкая месть за сына своего друга… Князь Ивата Джиро знал о нашем приезде, и он должен был встретить князя Ясудо Нори на въезде в лагерь. Мы ведь должны сообщить ему о своем прибытии, однако сделать это можно по-разному. Заехав в лагерь и проследовав у всех на виду к дзинмаку[2] посланника Императора, мы будем выглядеть просителями. А если он к нам сразу не выйдет, а заставит подождать…
— Ясно, — я кивнул и посмотрел на лагерь посланника Императора, до которого оставалось ехать уже меньше двух километров.
Примерно в восьмистах метрах от него находилась развилка. Левая дорога уводила к Ши и дальше — к столице, правая вела к лесу и проходила около лагеря.
Вот, казалось бы, какая мелочь… Да подумаешь не встретили, и что с того? Однако после слов Шоджи улыбка исчезла с лица кровного брата, его черты заострились, на скулах заиграли заметные желваки, и мое настроение полетело к чертям. И все это из-за какого-то знатного говнюка и его мелкой мести? Ну-ну… Сейчас мы посмотрим, кто кому отомстит!
Своих в обиду давать нельзя. Стоит один раз спустить обидчику оскорбление, и можешь записываться в терпилы. Да, этот гондон из цирка впереди все хорошо рассчитал, но он не учел одного… Я не местный, и мне положить на его крысиные хитрости!
— Поворачивайте на развилке в сторону города! — зло усмехнулся я и, забрав нобори у едущего впереди самурая, кивнул в сторону негостеприимного лагеря. — Я ведь тоже Ясудо! Думаю, одного меня им там будет достаточно!
— Но… — Шоджи посмотрел на меня, потом на Нори и растерянно покачал головой.
— Поворачиваем в Ши! — встретившись со мной взглядами, холодно приказал князь. — Езжай, брат! Передай привет этим уродам!
Я кивнул и, развернув коня, галопом поскакал в сторону лагеря. Этот цирк впереди соскучился по представлениям? Что ж, их есть у меня — аж целый вагон!
Коня мне выдали роскошного, и доскакал я меньше чем за минуту.
— Дорогу Ясудо! — рявкнул я на подъезде и, не сбавляя хода, въехал на территорию лагеря.
Самураи и асигару, собравшиеся поглазеть на прибытие делегации, благоразумно разошлись в разные стороны, и я направил коня к о-ума-дзируси[3], который реял над всеми остальными флагами и мог находиться только возле шатра командира этого лагеря.
Остановить меня никто не пытался. Никто не будет преграждать дорогу официальному представителю клана. Все находящиеся здесь пришли по велению Императора, и любой эксцесс может привести к разрыву отношений или даже к войне. Где-нибудь на дороге или в той же столице, возможно, и нашлись бы желающие проучить нахального выскочку, но здесь этого делать нельзя!
На площадке возле черно-желтого дзинмаку посланника стояло человек десять самураев в дорогой броне с императорскими эмблемами на груди и надменными взглядами благородных господ. С виду — очень серьезные парни. Свита посланника… Местные клоуны, собравшиеся засвидетельствовать унижение одного из Ясудо.
Самого Джиро Иваты среди них, очевидно, не было. Старый учитель был прав — ублюдок сидит в шатре и ждет особого приглашения. Ну ничего — сейчас мы его пригласим…
Резко придержав поводья коня, я обвел взглядом хмурые лица встречающей знати и громко, разделяя слова, проорал:
— Мой брат, Ясудо Нори, скорбит о душевном недуге уважаемого Иваты Джиро и отправил меня передать соболезнования! Сам он, понимая случившееся, поехал напрямую в столицу, где доложит Его Императорскому Величеству о том, что его посланник в виду головного недуга не может выполнять возложенные на него полномочия!
Надо было видеть их вытягивающиеся, ошалевшие физиономии, и как же жаль, что кинокамер в этом мире не изобрели.
Сам Джиро появился из своего шатра в момент окончания моей проникновенной речи. Высокий, широкоплечий воин в дорогущем ламеллярном доспехе выглядел так, что его вот-вот хватит удар.
Не, ну а что еще думать, когда взрослый мужик раскраснелся, как юная девственница, встретившая в парке десяток мужиков в плащах на голое тело?
Растолкав стоящих на пути самураев из «группы поддержки», он смерил меня тяжелым взглядом и прорычал:
— Ты еще кто такой?!
— Таро Уэда! Кровный брат князя Ясудо Нори! — ударив себя кулаком в грудь, представился я. — С кем имею честь?..
— Что ты только что здесь орал?! — не обратив внимания на вопрос, рявкнул на меня Джиро. — Кто тут болен?! И почему Ясудо Нори поехал напрямую в столицу?!
— А ты кто такой? — глядя ему в глаза, спокойно произнес я. — Распорядитель князя Иваты?
— Я князь Ивата Джиро! — с усилием взяв себя в руки, холодно отчеканил Джиро. — Уполномоченный Его Величеством Императором Горо Шиджеру встретить здесь князя Ясудо Нори.
— Ах вон оно как… — в ответ усмехнулся я и, добавив в голос презрения, произнес: — Князь Ивата Джиро должен был встречать моего брата на въезде в лагерь, а не отсиживаться в дзинмаку, позоря своего Императора.
— Да как ты смеешь, щенок! — прорычал Джиро, положив ладонь на рукоять своего меча. — Да я…
— Ну! — я наклонился к нему в седле и, оскалившись, пристально посмотрел в глаза. — Вытащи клинок и объяви войну моему клану! Император это тебе поручил?!
С этими паскудами только так! Считаются только с теми, кто готов идти до конца. И понятно, что никакой войны тут бы не случилось. Я бы просто вырубил этого мудака не калеча, а мои слова были больше для тех уродов, что стоят у него за спиной. Чтобы понимали, какие тут ставки.
Джиро сдержался. Очевидно, сообразил, что Император по голове его не погладит. Видя это, я кивнул и уже спокойным голосом произнес:
— Мой брат не будет гнать коней до столицы, чтобы у тебя, князь, была возможность нас догнать и выполнить то, что поручил тебе Император. Прощай! Или… до встречи!
Произнеся это, я развернул коня и галопом погнал его в сторону выхода, чувствуя спиной десятки ненавидящих взглядов.
Своих я догнал, когда они уже проехали Ши и направлялись к горе, которую огибала ведущая к столице дорога. С таких роскошным конем мне не сложно было нагнать их и раньше, но галопом по городским улицам без особой надобности скачут только конченые уроды. Горожане не солдаты, и быстро отскочить с дороги им гораздо сложнее. Да и не сделали мне местные ничего плохого. Наоборот, они махали мне руками, а какая-то девчушка даже подарила цветок.
Догнав свадебный кортеж, я передал самураю нобори, занял свое место в строю и пояснил:
— Все в порядке. Джиро Ивата оказался отличным мужиком. Он признал свою ошибку и согласился, что одного меня для представления было достаточно.
— Князь Ивата Джиро — отличный мужик? — Шоджи повернул голову и неверяще на меня посмотрел. — Таро-сан, ты точно разговаривал с ним?
— Да, — кивнул я. — Высокий такой, широкоплечий. И шрам у него еще над правой бровью. Он, правда, немного расстроился и сказал, что постарается нас догнать, чтобы мы вместе прибыли в Хейанкё.
— Ничего не понимаю, — растерянно покачал головой старик. — Я знаком с князем, и у меня немного другое о нем мнение…
— Ты лучше скажи, там все живы? — поинтересовался Нори, глядя на меня подозрительным взглядом.
— Конечно, — серьезно покивал я. — Ну расстроились, говорю же, немного. Но ничего — догонят, обрадуются.
— И не покалечены? — не унимался упрямый князь.
— Да все с ними в порядке, — с улыбкой успокоил я брата. — Зачем кого-то бить, если до свадьбы еще десять дней? Все же пока трезвые! А вот на самой свадьбе — да. Какая свадьба без драки?
— А зачем нужно драться на свадьбе? — по ходу совершенно запутавшись в моих рассуждениях, осторожно поинтересовался Шоджи. — Я просто не понимаю…