С волками жить (СИ)

— Я сказала отпусти.
Когти царапнули по спине Кирилла, оставляя следы. Оборотень вздрогнул, но шага так и не сбавил. Быстро пробежал к первой же машине, оказавшейся раздолбанным и грозящим развалиться в любой момент фольксвагеном, и сбросив меня на пассажирское сидение с силой захлопнул дверь. Я не успела даже сделать движение, как он уже был рядом в соседнем кресле, и остервенело копошился пытаясь завести машину. В это время из гостиницы вышел еще один оборотень. Я не могла не узнать его, холодный высокомерный взгляд был направлен прямо на меня. Он сделал шаг в нашу сторону и черная тень тут же сбила его с ног, громко зарычав.
— Да я блядь пытаюсь.
От громкого крика Кирилла я вздрогнула, но так и не отвела взгляда от волка, который всего лишь мимолетно посмотрел в мою сторону. Наконец развалюха завелась и с громким скрипом шин рванула к выезду. А я все также смотрела на гостиницу, на то, как где-то там мне вырывают сердце.
— Не дрейфь, малая, прорвемся.
Голос у Кирилла был наигранно бодрым, что уже изрядно настораживало. Лучше бы он как обычно язвил, хамил, и вел себя как последний мудак. Внутри что-то замерло, отключая все чувства, я даже не заметила, что у пеня распахнут халат и я свечу голым телом. Мне было безразлично, совершенно. Но как оказалось только мне. Кирилл резко затормозил, склонился надо мной, и резко запахнул полы халата с силой затянув пояс. Снова трогаясь с места уверенно сказал:
— С ним все будет в порядке, он справится.
— Я тебе не верю.
Словно не расслышав мои слова, Кирилл показал себе на спину.
— Это позволено делать только в постели, а так как это не наш с тобой вариант, то лучше придержи при себе коготки, если конечно не хочешь их лишиться.
Пропустила колкость мимо ушей.
— Отвези меня обратно.
— Нет, я же сказал что он справится, ты только будешь мешать.
Меня начало ощутимо потряхивать, перед глазами все поплыло.
— Я сказала верни меня.
Кирилл одну руку удерживая на руле, второй резко перехватил меня за горло, сдавливая.
— Не смей сделать оборот в машине, я пытаюсь спасти твою жопу, так что сядь ровно и не рыпайся.
Сквозь зубы прорвался рык и он сильнее сжал пальцы, так что воздух едва попадал в легкие.
— Я сказал тебе успокоиться.
Он оттолкнул меня от себя настолько насколько это позволяла машина, и с брезгливым выражением лица вытер руку и джинсы, словно испачкался. Но что удивительно, я действительно немного успокоилась. По крайней мере мне уже не хотелось вцепиться ему в глотку и рвать до тех пор, пока он не сдохнет.
— Что там произошло? — голос был хриплым и горло больно саднило, еще немного и этот больной просто бы переломал мне шею, спаситель блин.
— Произошло то, что Лугара ублюдочные сукины дети.
Прокашлявшись, и попытавшись растереть шею попросила:
— Можно поподробнее?
— При всех тебя признали частью семью Ликаон, но кое-кто очень обиделся за отвергнутую дочь и позволил еще одному клану вступить в игру. Так что на тебя снова идет охота, малышка.
Голова пошла кругом, это все началось из-за той мелкой мрази, которая облизывалась на Макса? Когда увижу эту тварь я ей кишки выпущу.
— Эй, эй, потише. У тебя снова оборот начинается, если не хочешь чтобы я тебя покалечил, возьми себя в руки.
— Как такое вообще возможно? Макс меня укусил, сказал что теперь свадьба лишь формальность.
Может все же нужно было надеть тот ошейник? Возможно именно он играл решающую роль, а я как дура уперлась.
— Пока альфа официально не представил тебя своей стае на тебе имеет право претендовать другой, даже если на тебе метка.
— Даже если мы истинная пара?
Кирилл рассмеялся.
— Все немного сложнее чем ты думаешь, малышка, ты можешь быть истинной как для одного волка, так и для двоих, а то и троих, поэтому раньше было многомужество, а сейчас, когда чистых самок осталось слишком мало, данный вопрос стоит очень остро, всем нужен наследник, и еще чистые девочки для стаи.
Мои глаза удивленно расширились, воздух проникал в организм мелкими толчками, а все потому что у меня просто перехватило дыхание.
 
— Я что, живой инкубатор по производству волчат? — вспомнился смехотворный контракт Алекса, где особым пунктом было прописано количество детей, которых я должна произвести на свет, чтобы обрести свободу.
Он ухмыльнулся.
— Что-то вроде того. После представления стае, ты должна была надеть определенное украшение, которое подтвердило бы твою покорность и фактически закрыться в доме. Наши женщины редко появляются без сопровождения, и вообще без надобности на улицу не выходят. — он посмотрел в мою сторону. — А ты думаешь почему твою мать так легко простили после предательства? Потомство важнее обид, правда она не оправдала ожиданий, и больше не произвела на свет ни одного волчонка. До сих пор загадка как это удалось абсолютно здоровой волчице детородного возраста. Наверняка из нее будут вытрясать и эту информацию.
Переварить подобное было сложно, однако я только утвердилась в решении никогда не надевать ту штуку.
— Как вижу на тебе еще нет ошейника, значит Макс все же решил помедлить и это сыграло на руку белым.
Сжав руки так что побелели пальцы, а ногти больно впились в ладони, прошипела.
— Макс просил надеть, я не стала.
Кирилл повернулся ко мне всем корпусом, напрочь игнорируя дорогу.
— Что ты сказала?
— Что слышал.
— Ты хотя бы понимаешь что натворила? Если бы ты надела эту чертову цацку Максу не пришлось бы доказывать свое право, он бы просто сказал что раньше представил тебя стае, и все бы подтвердили.
Я виновата, но вины за собой почему-то не чувствовала. Они неплохо так устроились, пользуясь женщинами для своего удовольствия и воспринимая их как некое всегда доступное приложение.
— Я его не надену даже когда вернется Макс.
Кирилл резко ударил по тормозам, и мне стало жаль машину. Просто такой визг шин не пройдет бесследно для многострадальной резины.
— Ты наденешь его и преклонишся перед альфой.
Все эти слова он едва ли не выплевывал мне в лицо, щурясь от злости.
— Иначе тебе придется доказывать свое право быть рядом с альфой, и поверь мне на слово, это не самое приятное занятие.
Робкая Марина на миг пробилась в мое сознание убеждая подчиниться и согласиться, что так будет проще, пускай все решают сильнейшие, но я решительно затолкала ее подальше.
— Значит буду.
Кирилл натурально зарычал сквозь зубы и выскочив из машины, обошел ее, открыл дверь с моей стороны, и вытащил меня наружу. Вокруг был лес, возле меня обозленный мужчина, но страха я не чувствовала, вообще. Внутри крепла уверенность что я справлюсь.
— Смелая значит да?
Я молчала, решительно глядя в темнеющие от ярости глаза. Тем временем этот извращенец отросшим когтем провел по моему бедру, оставляя краснеющий след.
— Ты готова к тому, что каждый будет облизывать на тебя? И однажды не сдержавшись попытается трахнуть, и тогда Максу придется его убить.
С ледяным спокойствием глядя в глаза этого психа, хотя в своей нормальности я тоже уже сомневалась, с брезгливостью отбросила его руки. при этом не особо осторожничая и оставляя глубокие царапины.
— Это ты о себе?
Кирилл усмехнулся, с шальным видом слизал кровь с раны, и одним смазанным движением сковал мне руки за спиной.
— Макс мой друг, единственный близкий человек, и при этом я хочу то, что он так бережет. Ты наденешь все что он скажет, и сделаешь все что велит, и я больше никогда тебя не увижу, так будет проще.
Халат снова распахнулся и голая грудь упиралась в стальные мышцы оборотня.
— Иначе что?
Развернув меня к машине, Кирилл одной рукой больно сдавил грудь, и нагнув уперся в бедра.
— Иначе я тебя трахну, а Макс меня убьет. Ты же не хочешь крови, малышка?
Он облизал мне шею в том месте где красовалась метка Макса, я дернулась вырываясь и он отпустил, отступив на шаг. Лихорадочно запахнув халат, со злость посмотрела на мужчину.