С волками жить (СИ)

Он внимательно на меня посмотрел.
— Ты именно так и поступаешь да? Отпускаешь ситуацию?
Пожав плечами, мысленно застонала, я же завтра встать не смогу. Может Кирилл именно этого и добивался?
— У меня нет другого выхода. Если буду думать о всех неприятностях, которые свалились мне на голову, то моя жизнь станет просто невыносимой, и я сама пойду к тем кто жаждет меня убить.
Губы Макса сжались в тонкую линию.
— Даже не думай об этом.
Подавшись в мою сторону он осторожно, словно боясь спугнуть притронулся к губам, слегка оттянул нижнюю, обвел по контуру и тут же убрал руку, так, словно это была мимолетная слабость с которой он уже справился.
— Знаешь, рядом с тобой я чувствую себя человеком.
— А раньше кем чувствовал?
Его взгляд был холодным и темным.
— Зверем.
Я поежилась, мне стало крайне неуютно под его изучающим, мрачным взглядом.
— То что ты говоришь, меня пугает.
Макс усмехнулся.
— А меня пугает то, как ты заставляешь меня меняться. Все вокруг становится неважным, главное что ты рядом.
Он склонился ко мне, медленно провел носом по шее, вдыхая запах. Я даже представить боюсь, что он там надышал, после моего часового истязание спортзале. Поэтому постаралась аккуратно отодвинуться, но он не дал, надежно зафиксировав меня руками.
— Неважно что случается вокруг, главное чтобы ты была рядом. Меня просто выводит из себя то, что другие смотрят на тебя, заявляют свои права, я готов их просто разорвать.
Поднапрягшись, я все же смогла оттолкнуть его ровно настолько, чтобы взглянуть в глаза, наполненные непонятной тьмой.
— Ты же меня не знаешь, Максим. Что если я ужасная, падшая женщина? Что если у меня слишком много тайн, которые я не собираюсь открывать? Может я вообще не та, за которую ты меня принимаешь. Ты также будешь относиться ко мне?
Он не отрываясь смотрел в мои глаза.
— Это похоже на сон, и я не могу проснуться. Каждое мгновение с тобой — это необходимость, сводящая с ума. Твое лицо, твой взгляд, твой запах, мне необходимо знать что ты рядом.
Нагнувшись, он осторожно прижался к моим губам.
— Ты — единственная для меня.
Он ненормальный, и кажется сводит с ума и меня. Как же еще объяснить то, что я сама потянулась к его губам, а руки сами собой обвили крепкую шею. Макс застыл, словно не веря в происходящее. Я же прошептала:
— Я обещала сотню поцелуев.
Этот поцелуй не был нежным. В нем была дикость, жажда и голод. Макс не позволял мне отступить, сжимая волосы на затылке и запрокидывая голову назад, углубляя поцелуй. Это уже больше напоминало эротическую прелюдию, чем просто поцелуй. Но вот еще миг, и он остановился — тяжело дыша, с предвкушающим огнем в глазах, но все же остановился.
— Отдыхай.
Встав с кровати и поцеловав, словно маленькую девочку в лоб, он накрыл меня покрывалом. Я не могла поверить, внутри меня все вопило: «И это все? А где же то, что это самое?» В голове еще не до конца прояснилось, и я бессмысленным взглядом блуждала по его фигуре, пока не наткнулась на довольно большую выпуклость, выпирающую в районе ширинки.
— Если ты и дальше продолжишь так смотреть, мне будет еще сложнее уйти.
Вопреки своим же словам он ушел, оставив мне совершенно растрепанные чувства и неудовлетворенное желание. Закутавшись в плед, и слегка пошатываясь от слабости в ногах подошла к окну в надежде увидеть как Макс будет уходить. Но вместо него напоролась взглядом на Кирилла. Он не скрываясь смотрел в мою сторону, его лицо исказила довольно странная гримаса — смесь эдакого снисходительного презрения, и ленивого превосходства.
Сил не было смотреть на эту мордаху, поэтому поскорее задернула штору. Может Кирилл гей, и сейчас он просто ревнует Макса ко мне? Нужно будет обязательно его спросить. Вот сейчас быстренько душ, потом отдохну и сразу спрошу.
Глава 22
Когда открыла глаза на улице уже царила ночь, а круглая оранжевая луна вольготно расположилась напротив окна. Никогда не любила ее холодный свет, а сейчас глаз не могла оторвать. Я слышала, как она негромко меня зовет, словно мать ласково нашептывала на ухо. Вот только слов я не могла разобрать, пока не могла, но внутри зрела уверенность, что очень скоро я пойму эту песню.
 
Словно в трансе подошла к окну и распахнула тяжелые створки впуская внутрь прохладный ночной воздух, своевольный ветер тут же растрепал и без того растрепанные волосы. Стрекот ночных насекомых оглушал, хотя совсем недавно его даже слышно не было, и в этом слаженном стрекоте выделялся один звук, которого не должно было быть — едва слышный хруст гравия под чьими-то ногами. Я прислушалась, но все уже стихло, а еще через пару мгновений раздался странный хлопок и правую руку обожгло болью.
Ноги подкосились, и упав на колени услышала еще один хлопок и звон разбитого зеркала на противоположной стене.
Я не решалась выглянуть наружу, но отчетливо слышала где-то рядом звуки борьбы, потом снова сухой хлопок, и все затихло. Не прошло и минуты как в дверях моей комнаты стоял Кирилл, и сумасшедшими глазами взирал на распростертую на полу меня. Могу себе представить картину — длинная ночная рубашка, растрепанные волосы, из плеча натекло уже столько крови, что верхняя часть рубашки была красного цвета, но я ничего не чувствовала, видимо сказывался шок.
Он подскочил ко мне, быстро разорвал ворот и внимательно осмотрел рану.
— Прошла навылет. Ты как?
Голос отказывался подчиняться, но я смогла выдавить:
— Что это было?
Он жестко усмехнулся.
— Те кто открыл на тебя охоту никак не могут успокоиться.
Еще раз внимательно осмотрев рану вынес вердикт:
— Тебя нужно везти в больницу, я не могу зашивать человека, а ты пока что не можешь сделать оборот, чтобы все зажило.
Подхватив меня на руки он стремительными шагами, практически бегом помчался к выходу. В доме царила суматоха, но все что я смогла увидеть — это окрававленного человека, которого тащили куда-то вниз, и при этом он жутко стонал от боли. Попыталась вырваться из крепко держащих меня рук.
— Ты чего?
— Там человек. Куда его потащили?
Кирилл бросил взгляд в ту сторону, куда я указывала.
— Так это один из киллеров, второго не поймал.
В его голосе слышалась досада.
— Я его знаю.
Он даже шага не замедлил.
— Давай потом, а то подохнешь у меня на руках, Макс с меня три шкуры спустит.
Я силилась еще что-то сказать, но силы, а потом и сознание покинули меня.
Очнулась я от острого медикаментозного запаха.
— Вставай спящая красавица. — надо мной склонился пухлощекий мужчина в очках с круглой оправой. — Даже когда зашивал не дернулась, у меня впервые такое.
Уже хотела огрызнуться, что была без сознания, а не просто спала, но пухляш опередил став серьезным, и обращаясь не ко мне.
— У нее большая потеря крови, восстановиться быстро, но нужен отдых и никаких стрессов.
Не удержавшись скептически хмыкнула.
— Понял, док.
Кирилл сидел рядом на неудобном и наверняка очень твердом стуле.
— Максиму Геннадьевичу сообщил?
Кирилл отрицательно качнул головой.
— Его сейчас нельзя отрывать
— Тогда ты за нее головой отвечаешь.
Лис нахмурился.
— Сам знаю. — и уже обращаясь ко мне. — Сама идти можешь?
Я кивнула. Очень медленно приподнялась с кушетки на которой лежала, голова кружилась и слегка побаливала, но встать я смогла.
— Отлично. Ладно, док мы домой. Счет пришлете Максу.
Пухляш кивнул головой.
— Конечно.
Кирилл следовал на шаг позади прожигая взглядом спину.
— Слушай, можешь так не пялиться?
Послышался смешок.
— Я уже понял что ты девочка-катастрофа, и стоит отвести от тебя взгляд как ты попадаешь в неприятности.
Вот накаркал, по другому сказать не могу. Когда выползли на улицу, шла я ооочень медленно, и до парковки было довольно таки далеко, прямо на нас поехал черный байк. Он несся на огромной скорости, и не тормозя снес Кирилла. Мне кажется я слышала хруст костей. А потом сдав назад, водитель схватил меня за руку, и без лишних церемоний закинул на своего железного коня.