Куплю твою любовь (СИ)

  
Глава 15
 
Марианна
В ответ Адвокат разводит руками, мол, не знаю.
— Врешь.
— Если бы врал, то не стал бы предъявлять счет тебе за оказанные услуги. Бекетов обещал расплатиться сам и задолжал мне за оказанную услугу. Я помог ему подчистить следы, прибрался. По официальной версии, Леонид погиб в автокатастрофе, хорошенько нажравшись от радости после воссоединения с молодой женушкой. От самого Бекетова нет вестей.
— От Бекетова нет вестей, — повторяю замогильным голосом.
— Я не люблю, когда тянут с оплатой! — объясняет Адвокат и подталкивает в мою сторону лист с астрономической суммой.
Жирно, я бы сказала.
Ровно час назад сказала бы именно так и спросила, а ничего ли у него не слипнется?
Но сейчас, зная, сколько у меня денег, опускаю планку до другого предложения:
— Недурная комиссия. Ты перевозил эти деньги вручную, по подземным тоннелям?
— Можно сказать и так, — усмехается. — У нас с Бекетовым был уговор. Я выполнил свою часть сделки, однако мне не заплатили за услуги. Итак.
Он делает длинную паузу и спрашивает с вежливой улыбкой:
— Ты заплатишь мне, Марианна?
Адвокат улыбается вежливо. Ему безумно идут оттенки, которые на других мужчинах смотрелись бы вычурно, но ему лиловый к лицу и смотрится по-королевски.
Впрочем, он и сам выглядит, как богатый наследник. Наверняка отец Глеба хотел бы, чтобы Бекетов выглядел хотя бы приблизительно так же, как выглядит Адвокат. То есть внушительно, грозно и в то же время с шиком.
Только Глеб — другой, он не возносит деньги на пьедестал, в то время как Адвокат с удовольствием демонстрирует свою состоятельность. Точно не знаю, сколько может стоить массивный перстень с черным бриллиантом на указательном пальце левой руки, но могу поспорить, что на его пальце — целое состояние!
— Ты мог бы просто взять эти деньги с моих счетов, я бы даже не заметила. Потому что не знаю, сколько денег было на счетах.
В ответ он лишь сердито сверкнул глазами и поправил свои очки.
— Намекаешь, что я запустил руку в твои деньги? Если бы ты не была девушкой Бекетова, я бы тебя сейчас на ремешки пустил. Вот этим, — вытаскивает нож для бумаг с винтажной резьбой на рукоятке. — Не смей ставить под сомнение мои рабочие принципы.
Я интуитивно ощущаю, что он не врет.
Лев Эдуардович, при всей вальяжности и любви к дорогой, люксовой одежде не станет церемониться, если я вдруг заупрямлюсь. Он меня размажет, как масло по горячему тосту. Зная, чем занимается Бекетов, я была уверена, что он меня не обидит, не причинит вреда ни мне, ни малышне, ни любой другой женщине.
У Адвоката таких принципов нет. Он акула в денежном мире и откусит голову любому, кто не хочет платить ему по счетам. Слабый пол и прочие женские привилегии для него — пустой звук.
— Ты плохо слушаешь. Я сказала, ты мог бы взять деньги. Не сказал, что взял. Интересно, почему ты сразу не взял причитающуюся долю из моих денег, но говоришь сначала об этом.
— Потому что я так не работаю! — говорит оскорбленным тоном. — Ты заплатишь?
По какой-то причине Бекетов не рассчитался с Адвокатом.
Значит, я должна ему заплатить. По правде говоря, у меня не возникло ни одной мысли отказаться платить по счетам.
— Заплачу, разумеется. Но! Только после того, как ты расскажешь мне все, что знаешь, о Бекетове!
— Я знаю мало. Он успел передать тебя в этот центр и спешно кинулся путать следы. Кажется, встрял в большую заварушку. Это слухи, ничего конкретного.
— Заварушка? Какая? Кто участвовал? Его отец?! Брат? Враги? Рыжая ведьма?
— Не верь сказкам, ведьм не существует, — говорит снисходительным тоном.
— Мне не до шуточек.
— Так и я не шучу, кудряшка. Я ничего не знаю! Лишь слышал отголоски большой заварушки. Все подчистили. Следов Бекетова нет.
— Если ты кое-что слышал, то слышал так же и о том, кто принимал участие.
— Бекетов в открытую плюнул в лицо брату, украл у него невесту. Это лишь мои догадки. Ничего конкретного. В любом случае, он не дает о себе знать вот уже… с тех пор, как ты находишься в этом центре. Если Глеб не дал о себе знать, значит, у него есть веские причины скрываться.
 
— Пожалуй, так и есть.
— Если не думать худо.
— Я не рассматриваю вариант, что Бекетов мог погибнуть. Такого просто быть не может. Он для меня как супергерой, который всегда выходит сухим из воды! — выдаю горячо и краснею.
Опять не сдержалась, а так хотела выглядеть взрослой и серьезной…
Однако Адвокат и не думал смеяться.
— Значит, настал момент расплаты.
Он поворачивает в мою сторону ноутбук.
— Введи в нижнюю строку указанную сумму. Счет я уже вбил.
— Я отправлю тебе в полтора раза больше.
— Не беру лишнего.
— Я не договорила. Я отправлю тебе в полтора раза больше, если ты будешь на постоянной основе следить за моими счетами и недвижимостью.
— Я тебе не бухгалтер, девочка. И не риэлтор.
— Ты управляешь финансами! Бухгалтер и есть.
— Могу и отказаться, — перекатывает между пальцев дорогой Паркер.
— Можешь. И отказался бы. Думаю, Бекетов попросил тебя не только о том, что ты уже сделал, но и о кое-чем еще. Именно он сказал тебе, где меня найти. Может быть, он знал, что придется залечь на дно и заранее сообщил тебе адрес этого центра. Значит, доверяет. Если доверяет он, могу доверять и я.
— Логично. Думал, ты этого не скажешь. Да, у нас был разговор. Но ничего конкретного. Я пообещал, что подумаю. Мне важно, чтобы можно было сработаться с клиентом.
Быстро вбив сумму, поворачиваю ноутбук к нему.
— Мы сработаемся.
— Я сделаю точные расчеты и сообщу, сколько будут стоить мои услуги. Будем считать, что ты внесла на мой счет несгораемый депозит. Я взвешу все за и против. Если откажусь, верну его целиком в тот же миг.
— Ты не откажешься! — сверлю его взглядом.
Адвока начинает собирать свои вещи, аккуратно складывая их обратно в дипломат. Потом вынимает коробку с новым телефоном, двигает на середину стола.
— Твой. Бекетов просил достать тебе такой, чтобы нельзя было отследить. Я внес в него свой номер. Звонить кому попало…
— Не рекомендуешь. Ясно. Мне, в целом, некому звонить, а ты не самый подходящий кандидат на то, чтобы поболтать перед сном.
— Если только не о сортах винограда. У меня свой виноградник, — говорит с явной гордостью.
— Занятно.
В полном молчании Адвокат завершает сборы, щелкает металлическими замками на дипломате, и встает, неторопливо, уверенно направляясь на выход.
У него тоже военная выправка и боевые точки за плечами, думаю рассеянно, смотря на его мощную спину и широкие плечи, спрятанные под кроем пиджака, сшитого на заказ.
— Всего хорошего.
— И тебе.
Он почти закрывает дверь, но оборачивается в последний момент со словами:
— Ты держалась очень уверенно. Только в следующий раз, девочка, сделай маникюр, не дергай заусеницы. И смени носки, — морщится. — Тебе девятнадцать, а не пять.
— Тебе не нравятся мои носки? — разглядываю веселые носочки с облаками.
На выбор были однотонные, без принта, но я взяла именно такие, с облаками и звездочками.
— Категорически не нравятся!
— Зато тебе нравятся мои деньги. Потерпишь и носки.
— Мне плевать на твой внешний вид. Можешь хоть голой с широко раздвинутыми ногами передо мной сидеть. Но то впечатление, которые ты производишь на других, может оказаться фатальным. Встречают по одежке. И именно она иногда не дает шанса оценить ум, характер и прочий потенциал.
*** Бекетов ***
Шорох колесиков кресла по полу словно скрежет внутри меня, а не снаружи. Еще не открыл глаза, но точно знаю, кто в очередной раз пришел в палату и присел возле моей постели.
Тот, кого я видеть желаю в самую последнюю очередь. Тот, кого бы придушил…
— Ты не спишь, — покряхтывает отец, усаживаясь поудобнее в кресле. — Почему даже в самой дорогой клинике такие неудобные кресла и стулья?