Отблеск величия (СИ)

— Ладно… а что еще?
Продолжавший бездельничать Хасин удивленно покосился в мою сторону, но я не обратил на него внимания — выбор новой способности оказался чертовски увлекательным занятием. Слабых мест у меня хватало, усиливать нужно было чуть ли не все подряд, но в первую очередь следовало выстроить некую систему. А для системы требовался определенный фундамент.
— Диверсант… диверсант…
— О чем ты там шепчешь?
— Не обращай внимания…
По идее, фундаментом вполне мог стать некий собирательный образ универсального бойца — сильного, быстрого, ловкого и способного выживать в любых обстоятельствах. К этой основе имело смысл добавить несколько специфических умений аскетов, а уже после этого как следует заняться магией. Однако первоначальный вопрос все еще оставался подвешенным в воздухе — выбрать один из множества путей развития было чертовски сложно.
— Интересно… Хасин, скажи, а как здесь солдаты вообще занимаются?
— Чем занимаются?
— Я о тренировках. Есть какие-то специальные занятия? Чтобы сильнее стать, ловчее?
— В городе есть, там гвардейцы тренируются. У нас тут раньше лучники по мишеням стреляли, но полковник велел не портить стрелы. Теперь мы только разминаемся иногда.
— Ясно…
Подготовка нашей могучей армии совершенно точно хромала на все четыре копыта, но сейчас это заботило меня в самую последнюю очередь — я внезапно осознал, что могу добиться очень серьезного прогресса, выпросив у Лакарсис повышенную чувствительность организма к различного рода физическим упражнениям. Собственно говоря, в случае успешной реализации этой идеи мне достаточно было лишь время от времени таскать тяжести, отжиматься и делать растяжку, а затем наслаждаться растущими бицепсами, рельефным прессом и гимнастическим шпагатом. По крайней мере, с теоретической точки зрения все выглядело именно так.
— Идем на ужин, — прервал мои рассуждения заглянувший в палатку командир. — Только не обжирайтесь перед работой.
Остаток вечера прошел чрезвычайно уныло — посетив столовую и вернувшись домой, мы еще долго прислушивались к шелесту начавшегося дождя, рассматривали давным-давно подготовленное снаряжение, а также обменивались пустыми односложными репликами. К счастью, это томительное безделье в конце концов закончилось.
— Время, — вздохнул сержант, поднимаясь с места. — У всех все есть? Шен, ты…
— Я взяла стрелы, не беспокойся.
— Хорошо. Идем.
Начало вылазки оказалось вполне стандартным, но сегодня принявшая нас повозка двинулась уже не на север, а на юг. Вряд ли от этого изменения имелась хоть какая-то реальная польза, однако лезть в чужой лагерь два дня подряд с одного и того же направления в любом случае стало бы ошибкой. Вот мы и не лезли.
— Мало вас сегодня, — заметил возница, когда перегораживавший дорогу блокпост оказался позади. — Потери?
— Да, — неохотно ответил сидевший рядом с ним сержант. — Они самые.
— Пополнения не будет?
— Не знаю.
— Что-то новеньких мало совсем. У владетеля деньги заканчиваются?
— На твоем месте я бы держал язык за зубами.
— Да я же так, просто.
— Палачу будет все равно.
Чересчур общительный мужик примолк и в течение следующих тридцати минут не проронил ни слова. Но затем все-таки не сдержался:
— Как думаете, когда они в атаку полезут?
— Не знаю.
— Вы же на разведку ходите.
— И что?
— Ну, я думал…
— Думай меньше. У тебя есть дело, занимайся им.
Достаточно жесткая отповедь вынудила-таки возницу заткнуться и остаток пути мы преодолели в молчании. Дождь за это время усилился, но я был этому только рад — предыдущая ночь яснее ясного показала, насколько важную роль в нашей работе играет погода. Собственно, это и так не вызывало особых сомнений, но одно дело знать что-либо в теории, а совсем другое — прочувствовать все нюансы на собственной шкуре.
— Приехали. Можете выходить.
Мы без лишних слов скинули верхнюю одежду, покинули телегу, а затем отправились к текущей где-то неподалеку реке. Висевший на шее одной из лошадей фонарик быстро растворился в ночи, вокруг сгустилась тьма и возглавлявший отряд сержант тут же начал снижать скорость. Зато я в очередной раз похвалил себя за предусмотрительность — ночное зрение позволяло не только ориентироваться в пространстве, но и различать мелкие предметы вроде отдельных кустов, пней или коряг. Одним словом, идти сквозь ночь мне было на порядок удобнее, чем моим спутникам.
 
— Сюда… кажется, сюда.
Небольшая лодка вынырнула из мрака и причалила рядом с нами. Мы осторожно перебрались на борт, успешно доплыли до другого берега, а затем продолжили движение, постепенно забирая все больше и больше к северу. Согласно моим расчетам, до позиций вражеской армии оставалось километров семь, так что путь должен был занять как минимум два часа. А вот дальше…
Мысль о грядущей схватке и новых победах серьезно улучшила мне настроение, пробудив дремавший в глубинах души азарт. Более того, случайно вспомнив о своих колебаниях во время предыдущей вылазки, я недовольно хмыкнул и ускорил шаг — как будто желая поскорее реабилитироваться за минутную слабость.
— И куда ты бежишь? — тут же спросил командир. — Ноги переломать хочешь?
— Не переломаю.
— Спокойнее. Они никуда от нас не денутся.
Когда вдалеке возникли первые огоньки, обуревавший меня азарт сменился болезненной жаждой деятельности. Я чуть ли не физически ощущал потребность в новой схватке, вспоминал о близкой награде, жаждал испытать прикосновение божественной силы…
— Стой. Шен, видишь часовых?
— Плохо. Нужно подойти немного ближе.
Следующие пять минут мы занимались подготовкой. Точнее, подготовкой занималась Шенна, менявшая на луке тетиву и выбиравшая удобную позицию для стрельбы, а все остальные банально следили за ней и ждали отмашки.
— Могу начинать.
— Давай.
Лучница выпрямилась во весь рост, на мгновение замерла, а потом принялась методично уничтожать оказавшихся в зоне прямой видимости врагов… Я насчитал четыре выстрела, увидел, как свалился один из гулявших за оградой часовых, но затем до моих ушей долетел глухой стук от вонзившегося в сырое дерево железа и чей-то удивленный возглас.
Шенна тут же прошипела негромкое ругательство и еще дважды выстрелила.
— Все.
— Отлично, — кивнул сержант. — Жди здесь, готовься прикрывать. Если что, общий сбор возле трех сосен. За мной!
Дойти до ограды и проникнуть сквозь нее удалось быстро и незаметно, однако сразу после этого я увидел чуть в стороне слабо подергивающееся тело и направился к нему.
— Твою мать, — прошипел за спиной сержант. — Не отвлекайся!
— Я сейчас…
Стрела угодила в левую часть груди, нанеся воину абсолютно несовместимые с жизнью повреждения. Но умирающий человек до сих пор отчаянно цеплялся за существование, пытаясь сделать вдох, тихо хрипя и шевеля ногами — душа явно была при нем.
Божественный холодок непринужденно стек в мою ладонь и прикоснулся к вымазанному грязью лицу, а сквозь меня хлынул ручеек спутанных чувств и образов. Потом все закончилось.
— Идем, — позвал командир. — Не разделяемся.
С чего вдруг наша тактика изменилась, было не совсем ясно — возможно, таким образом сержант планировал сократить угрозу для каждого отдельно взятого члена команды. В любом случае, теперь мы двигались тесной группой, подчиняясь непосредственно старшему по званию. Хорошо это или плохо, я пока что не решил..
— Сюда. Зайдем внутрь…
Вылетевшая из темноты стрела чиркнула меня по щеке, еще две пробили грудь крадущегося рядом Хасина, а мгновение спустя из-за стоявших впереди палаток на нас бросилось штук десять солдат. Вспыхнул факел, где-то неподалеку прозвучал громкий сигнал рога и я очень четко осознал, что мы залезли в самую настоящую ловушку.
— В атаку, — рявкнул сержант, бесстрашно бросаясь вперед. — Бой!
Его самоотверженный поступок выглядел максимально идиотским, но тут из-за наших спин начали вылетать стрелы, ближайший враг кулем свалился на землю и баланс сил чуточку изменился.