RANDOM: В начале конца (СИ)

Я угрюмо смотрел на толстый, иссиня чёрный кабель тянущийся от устройства и скрывающийся в грязной воде. Где-то там находилась вторая часть деформатора и я понятия не имел ни о её размере, ни о массе, ни о работоспособности…
  
Глава 5. Мародёрство и партизанщина
 
Солнце уже наполовину выбралось из затмения, а я отогревался и готовил на костре перловку с тушёнкой, курил и думал. Два голоса в моей голове были «за» и один «против».
«За» были логика и здравый смысл, а «против» выступал скепсис, но, в свете нового мирового порядка, его мнение значило всё меньше и меньше.
Решение принято и теперь стоит подумать о технической стороне вопроса. Я убедил себя, что торопиться мне пока некуда, ведь сперва люди будут кучковаться вокруг еды и новоявленных лидеров, а уж с забредшими ко мне агрессивными одиночками я надеялся справиться.
Первой мыслью стала водоотводящая канава и чтобы не тянуть кота за хвост, я бросил окурок в костёр и взялся за лопату проверить — есть ли в этом смысл? Выкопав пробную, короткую траншею на метр недалеко от ручья, наткнулся на глину и облегчённо выдохнул — шанс есть!
Моя еда как раз дошла до нужной кондиции и неспеша уминая жирную, горячую кашу со свининой, я прикидывал примерное место для обводного канала. Над головой вновь прошёл косяк истребителей и вновь на север, но в этот раз с ними летели бомбардировщики, снаряжённые под завязку.
— Годзилла там что ли там вылез? — я задумчиво облизал ложку и отправился мыть посуду.
Ополаскивая в ручье котелок я непроизвольно хмыкнул и улыбнулся — давно заметил, что стоит только нормально отдохнуть и поесть в незнакомой обстановке и месте, как мозг словно переключается на новую действительность и воспринимает окружение как должное и привычное. Это я подметил ещё в школьные годы, когда только начал активно ходить в походы и связал это с тем, что инстинкт выживания в этот момент успокаивается и перестаёт мучить организм стрессом «что пожрать и где поспать». Еда есть, на голову не капает, значит всё в порядке!
После кружки кофе взялся за лопату и не спеша, экономя силы, стал копать вокруг куба, намереваясь обойти его с большим запасом по широкой дуге. Первые два метра преодолел без особых проблем, пока лопата не звякнула обо что-то, подозрительно напоминающее кубический артефакт. Не мудрствуя лукаво, просто посильнее ударил лопатой и вслушался. Из-под земли прогудело:
— Получено знание.
Это было что-то новенькое и я, закурив и устроив себе перерыв, усиленно зашевелил извилинами, надеясь обнаружить в своей памяти новую информацию. Удивительно, но я никогда не задумывался о том, что малая эпенара, в период размножения, совершенно перестаёт питаться и существует исключительно за счёт накопленных запасов питательных веществ. Эта поразительная представительница двужвальных может до нескольких оборотов искать себе партнёра, а в случае неудачи оплодотворяет сама себя.
Я потряс головой и постарался выкинуть из головы эту муть про страшную инопланетную хреновину, выглядящую как двухэтажная, лаково-чёрная сороконожка с двумя головами. Если верить тому, что запихнули в мою голову, то эта жуть вырастала до размеров электрички и жрала всё от органики до радиоактивных металлов — всё, что могло раствориться в адовой кислоте её желудков.
Следующие полтора часа я копал как заводная рукоятка и даже приловчился дышать через раз, использую халявную силу, берущуюся непонятно откуда и сравнявшую меня c экскаватором в части эффективности. Однако, не всё было настолько радужно и дядька Эйнштейн оказался совершенно прав со своим законом сохранения энергии — жрать хотелось невыносимо, а моя жировая прослойка рассосалась со всех мест. Но работа была уже закончена и я, без зазрения совести, отправился кашеварить.
После трапезы предстояло решить ещё задачку по откачке лишней воды из ямы, а её, на минуточку, было почти триста пятьдесят тонн и это только по моим грубым подсчётам. Черпать всё это ведром можно до холодов, а значит нужно придумать более простой и быстрый способ.
 
Первое и единственно здравое решение, что приходило в голову — воспользоваться законом сообщающихся сосудов и длинным шлангом, но тут не было подходящего оврага, да и толстого шланга у меня не было.
Собрать насос из грязи и палок, само по себе, было совершенно безумной идеей и мне пришлось собираться в дорогу до какого-нибудь населённого пункта, с надеждой выклянчить на время нечто подходящее. План был откровенно так себе, но других вариантов я не видел, а полагаться на кубы с их рандомом было глупо.
Оживив паровой двигатель и собрав все вещи, я не стал возвращаться на трассу, а двинулся дальше сквозь редкий лесок и выехал на поле, за которым виднелись домики дачного кооператива.
Я на полном серьёзе размышлял о том, что могу забрать насос угрожая оружием или просто пойти вскрывать дачные домики, но случай распорядился иначе и при приближении к кооперативу, я обнаружил небольшой строительный магазин. Как бы это странно не выглядело, но к его дверям я подошёл не выпуская оружие из рук.
Закрыто.
Сквозь зарешёченные окна виднелся товар, а значит это не заброшенный павильон — просто продавец ушёл на обед или ещё что… Но ждать я не собирался и в голову закралась преступная мысль, щедро поддержанная пробуждающимся во мне социопатом.
Воровато оглянувшись по сторонам и не заметив людей, я обвязал решётку буксировочной стропой и зацепил её за штатное сцепное устройство уаза. Подключил передний электропривод, дёрнул и поспешил мародёрствовать, пока меня не заметили.
Запрыгивая в окно, лишь покачал головой на халтурное крепление решётки, которую можно было выдернуть и руками. Ассортимент тут был небогатый, но фекальные насосы нашлись и я перебросил их на улицу. Туда же отправились разнообразные герметики, струбцины, коробка монтажной пены и несколько пистолетов к ней.
— Да какого хера?! — остановил я сам себя и выбрался наружу.
Отвязал стропу от решётки и подогнал буханку открытой дверью к окну. В салон полетело всё — от саморезов и болтов, до краски и тисков. Собрав почти всё, кроме сухих смесей и лопат, я вытащил из кошелька активированную, но не пользованную кредитку на двести девяносто тысяч, под двадцать восемь процентов и стодневным льготным периодом. Начеркав прямо на прилавке «Извините! 5347», я запрыгнул в машину, топча ногами награбленное, и рванул через поле обратно к яме, тараща глаза в зеркало заднего вида и не замечая ухабы, отчего вся добыча летала по салону и угрожала проломить мне голову.
Ехать на место по прямой я не решился и завернул нехилую петлю, но погони не было и я тихонько прокрался прямо по кромке ручья. Вернувшись к деформатору, выкинул всё из салона, чтобы добраться до розетки на двести двадцать вольт, ибо я был бы последним идиотом, если бы, при наличии мощного генератора, предусмотрительно не наладил электропитание для сварочника и прочего инструмента.
Перекрыв краном паропровод к движку, но оставив линию к генератору, я настроил минимальную подачу топлива. Выкидал наморадёренное на расстеленный брезент и распаковал все три насоса. Приладил к ним шланги и, подключив через удлиннитель, установил их в яму, с удовлетворением наблюдая, как из них бьют тугие струи грязной воды. Процесс обещал быть не быстрым, но это в разы лучше чем черпать ведром.
Чтобы не сидеть без дела, пока вода откачивается, решил прогуляться вдоль ручья и поискать что-нибудь интересное и кубическое, но тут же хлопнул себя по лбу и перенаправил поток воды одного из насосов прямо в яму, чтобы он размывал ил и мне не пришлось потом черпать полужидкую кашу.
Теперь можно спокойно сходить пофармить неведомую херню! Метров через двадцать, выше по течению, таки наткнулся на небольшой куб и получив из него зелёное яблоко, сочно им захрустел, после непродолжительной борьбы с каркасом. Осмотрел ближайшее окружение и даже верхушки ив, где и заметил следующий объект.