Истребитель гулей. Роман о Готреке Гурниссоне (ЛП)

Шум разговоров стих, когда все увидели обезумевшего, превышающего размером обычного убийцу, покачивавшегося на столе.
Маленет закрыла лицо рукой.
— Я пришёл сюда за Нагашем! — заорал Готрек, размахивая топором. — Вы, трусливое отродье, можете убегать и прятаться, где захотите, но я собираюсь похоронить это никчёмное лезвие в его никчёмной черепушке, — он бросил топор вниз и тот расколол стол надвое, сбивая на пол напитки и самого Готрека.
Последовал взрыв воплей и ругательств, когда разъярённые люди вскакивали на ноги, вытаскивая оружие и обрушивая на Готрека потоки брани, возмущённые от обвинения их в трусости.
Вокруг Истребителя собралась впечатляющая толпа, когда он, наконец, поднялся на ноги и подобрал своё оружие.
Маленет вытащила свои ножи и одним прыжком заняла место рядом с Готреком, всё ещё бурча проклятья себе под нос. Трахос в свою очередь так же достал свои молоты из-за пояса и встал с другой стороны от дуардина. Трио являло собой яркое, впечатляющее зрелище и пьяные посетители заколебались.
Дуардины, которые наблюдали за ним с того самого момента, как Готрек зашёл в таверну, дёрнулись было присоединиться, но Истребитель ожёг их разъярённым взглядом.
— Даже не думайте, жалкая насмешка над гномами, — прорычал он, обходя ближайшего из них.
И тут раздался хор задыхающихся вздохов и вся толпа, как один человек, отхлынула от Готрека. Вены под их кожей внезапно набухли и заизвивались подобно змеям. Некоторые упали на колени, хватая ртом воздух и всхлипывая, пытаясь дышать, в то время как другие поковыляли к дверям.
— Подождите! — закричал Курин, поднимаясь со скамьи и стряхивая ошмётки стола с рукавов своей мантии. Пройдя через комнату, он, с доброжелательной улыбкой на лице, вытянул руку. Линии на его ладони снова поднялись в воздух, превращаясь в миниатюрный торнадо, кружась и скручиваясь между его пальцев. — Опустите оружие, друзья мои. Нет необходимости в раздорах. Я заплачу за любые издержки.
Он сжал кулак, и из десятков лёгких вырвался хрип, когда люди снова смогли дышать.
Последовала ещё парочка недовольных криков, но никто не сделал попытки напасть. Они смотрели на Курина с ещё большей опаской, чем на Готрека. Когда все, наконец, начали расползаться по своим местам, приглушённо бормоча проклятия, Маленет вспомнила, что, пока к нему не подсел Готрек, старик сидел совершенно один. Никто не осмеливался сесть рядом с ним.
— Ты украл у меня драку, волшебник, — Готрек приподнял топор и предупреждающе посмотрел на Курина. — А здесь и без того так мало чем можно заня…
— Я могу добраться до Нагаша, — улыбнулся Курин.
Готрек застыл.
Присутствие Курина нервировало даже самых крепких воинов в зале. Пока он медленно подходил к Готреку, они поспешно убирались у него с дороги, отходя в тёмные уголки. Маленет сотни раз видела то же самое. Мало кто из смертных жаждал вызвать гнев колдуна.
Курин кивнул в сторону выхода.
— Мы можем поговорить в моих комнатах, — он аккуратно положил несколько монет на стойку и подошёл к двери, махнув Готреку следовать за ним.
Истребитель подозрительно посмотрел на него, затем пожал плечами и вышел во мрак. Маленет и Трахос бросились за ним.
  
Вторая глава. Костяной дождь
 
Волшебник неожиданно остановился на середине улицы, уставившись на что-то. Мамонта уже не было, но толпы людей, сновавших туда-сюда и укладывавших повозки, никуда не делись. Некоторые последовали примеру Курина и, остановившись, развернулись и устремили взгляды в сторону городских ворот.
— Бог Убийства, — чертыхнулась Маленет. — Что теперь?
— Ещё один дар богов, — ответил Курин, спокойный, несмотря на расползавшуюся по небу мерзость.
Позади ворот облака начали меняться — набухая и дрожа, сливаясь в чёрный грозовой фронт. И они явно не были обычными грозовыми облаками. Они вспучивались и вытекали из пустого неба, подобно дыму из раны.
Чем больше людей замечало изменения в небесах, тем сильнее становилась паника. Раздались крики, полетели на землю брошенные в отчаянии пожитки, что мгновением раньше запихивались в телеги. Свирепый ветер усилился и сорвал висевшие на стенах домов костяные клетки, гоня их по улице, кружа в пыли и расшвыривая по сторонам пальцы и перья их наполнявшие.
 
Маленет закашлялась и прикрыла рот, вдохнув полную глотку пыли. В воздухе повис ужасный запах — тяжёлый густой смрад смерти. И шёл он от облаков, что формировались на горизонте.
Из «Приглушённого барабана» вывалились пьянчуги, бледнея и изрыгая проклятья, стоило им увидеть наползающий шторм.
— Сюда, — махнул им Курин, указывая на здание вниз по улице в направлении противоположном облакам.
Готрек проигнорировал его, вместо этого широко расставив ноги и вперев взгляд единственного глаза в надвигающуюся бурю.
— Готрек! — закричала Маленет, — Что бы это ни было… — её слова резко оборвались, когда оторвавшийся гостиничный знак едва не влетел ей в голову. Она отскочила в сторону и прикрыла глаза, когда знак ударился о мостовую и разлетелся на части, осыпав их дождём из щепок.
Готрек по-прежнему стоял грудью против ветра, улыбаясь и проверяя пальцем остроту своего топора.
— Не стоит умирать здесь, — заговорил Курин, — в этом унылом городишке. Не трать свою энергию на место, о котором уже можно забыть. Я могу показать тебе, как добраться до Нагаша.
Готрек оглянулся на него одновременно с тем, как ему в грудь врезались ошмётки разбитой святыни — осколки кости и проволока, перевязанная волосами. Он нахмурился.
— Расскажи-ка ещё раз, почему ты хочешь мне помочь?
— Я вижу в тебе что-то, дуардин. У меня такое ощущение… — Курин попытался сказать что-то ещё, но из-за ветра стало уже трудно дышать. Из чего бы не был сделан колдун, его тело не было связано физически так же, как тело любого другого. Он начал дробиться и рассеиваться, разрываемый яростно бьющим зловонным ветром. На миг показалось, что он полностью развеялся, унесённый ветром, но затем снова восстановился и его величавые черты вернулись на место. — У нас нет времени! — его наполненный неестественной силой голос разнёсся по улице.
Ноги Маленет против её воли понесли альвийку за ним, и она выругалась, когда поняла, что волшебник околдовал её.
Трахос стоял рядом с Готреком, подняв боевые молоты, его тяжёлые доспехи позволяли ему устоять под напором ветра, когда все остальные были отброшены вниз по улице. Шторм был теперь настолько мощным, что перевернул несколько повозок, и кое-где вырвал двери и закружил их в пыли.
Готрек всё ещё смотрел на Курина, который удалялся прочь, то появляясь, то вновь скрываясь в поднявшейся пыли, а затем пожал плечами и пошёл вслед за колдуном. Трахос, спотыкаясь, побрёл следом.
Ветер вырвал крыльцо неподалёку от Маленет, и одна из балок болезненно ударила её по икрам. Она упала и покатилась по улице, задыхаясь и глотая пыль. Наконец, она врезалась в стенку магазина и сумела зацепиться.
Дура, сказала госпожа. Ты упустила свой шанс. Я же говорила, что так и будет.
Маленет зарычала, пытаясь возразить, но к этому моменту уже едва могла разглядеть Готрека. Он был просто мутным коренастым силуэтом в пыли, а над ним возвышался Трахос, массивный и непоколебимый.
— Готрек! — воскликнула она, но в этот момент облако взорвалось, с оглушительным треском расколовшись по середине, и извергнув дождь на дорогу, ведущую в Клемп.
Нет, не дождь — это было больше похоже на град, твёрдые белые блестящие осколки, которые, падая, поднимали небольшие облачка пыли.
Град ринулся к городу и несколько человек, всё ещё находившихся на улице, быстро нырнули в дома и захлопнули за собой двери и ставни.
К этому времени Маленет не видела ни единого признака Готрека или Трахоса.
— Нет! — зарычала она, вздёргивая себя на ноги и бросаясь в окно магазина. — Я не потеряю благословенную руну! Не после всего этого!