Истребитель гулей. Роман о Готреке Гурниссоне (ЛП)

Когда Готрек вышел на обдуваемую холодным ветром улицу, то едва не столкнулся с огромным зверем, которого вели сквозь толпу — облачённым в броню мамонтом, заваленным мехами и мешками, чертящим следы в дорожной грязи концами бивней. Десятки одетых в меха кочевников заполняли его паланкин, а ещё больше роилось вокруг, подгоняя зверя палками и оскорблениями, пытаясь вытащить ещё немного скорости из грузного существа.
Готрек остановился, уставившись на кочевников, и Маленет не стоило большого труда догадаться, что вызвало его раздражение. Ей не хотелось признавать это, но она начинала понимать его. Он был во многом грубым и бессердечным, но имелось несколько вещей, которые, казалось, особенно оскорбляли его примитивные чувства. Вид дикого существа, принуждённого к рабству, был одной из таких. На миг ей показалось, что он бросится на кочевников, но секунду спустя он покачал головой и потопал дальше, пропихиваясь между торговцев в сторону самого большого здания, что-то ворча себе в бороду.
Маленет изо всех сил старалась не отставать, когда он открыл дверь и погрузился в мрачную обстановку «Приглушённого барабана». Несмотря на панику, царившую снаружи, единственная гостиница Клемпа была битком набита вялыми, находящимися в ступоре клиентами — люди, которые ушли так далеко, что им в голову даже не приходила мысль попытаться спасти свою шкуру, люди, которые называли мрачные пророчества чепухой. Здесь было ещё больше кочевников во всё тех же грязных мехах, но кроме них и впечатляющее своим разнообразием множество людей иных верований и наций со всех уголков Аметистовых княжеств и окружающих их земель. Маленет заметила огромных дикарей с востока столь же татуированных, как Готрек, и выглядевших столь же неотёсанными. Были похожие на бродяг паломники, одетые в рванину и с подведёнными углём глазами и угольным же макияжем, который, правда, был несколько расплывчатым из-за пива, в лужах которого они лежали. В одном углу сидела группка путешествующих изгнанников-дуардинов, сгорбившихся над своими напитками и поглядывавшими на Готрека из-под украшенных гребнями побитых шлемов.
Готрек не стал обращать на них внимание и протолкался через весь зал прямо к центральной стойке бара, где высокая, свирепо выглядящая женщина нависла над одним из клиентов и трясла его из стороны в сторону, пока монеты не выпали из его хватки и не покатились, звеня, по стойке.
— В следующий раз, — прорычала она, — это будут твои кишки.
Мужчина отошёл от неё, а затем ошалелой грудой рухнул на пол, правда очень быстро вскочив на четвереньки и убравшись с дороги, когда мимо него протопал Готрек.
— Всё равно слабо, — сказал он, глядя на неё.
Она недоверчиво покачала головой, а затем перегнулась через стойку и посмотрела на него сверху вниз, разглядывая его впечатляющее брюхо.
— Ты всё это выпил?
Готрек ударил кулаком по своему брюху и рыгнул.
— Ничто для меня.
Женщина перевела взгляд на подошедшую Маленет.
— Он правда всё выпил?
Маленет неохотно кивнула, ощутив раздражение от того, что хозяйка выглядела впечатлённой.
Готрек изучал бутылки позади женщины.
— Есть что покрепче?
Она уставилась на него.
— Ты с ними? — спросила она, указывая на группку дуардинов.
Готрек продолжал изучать напитки, пропустив вопрос мимо ушей.
Единственным признаком того, что он был услышан, стала едва заметно напрягшаяся челюсть.
Пожав плечами, он сняла с полки бутылку и поставила перед собой. Бутылка имела форму вытянутой слезы и явно была древней — толстая штуковина из мутного зелёного стекла, покрытого пылью и пеплом. И, кроме того можно была заметить фрагменты чего-то, взвешенного в жидкости.
Готрек схватил бутылку и поднёс её к камину, который потрескивал рядом с баром, с прищуром вглядевшись в кружащийся осадок.
Женщина ухватилась за один из его похожих на ствол дерева бицепсов.
— Это недёшево.
Готрек бросил в неё несколько монет и продолжил вглядываться в напиток.
Затем он одним тычком своего толстого пальца проткнул пробку внутрь и комнату наполнила омерзительная вонь.
 
Маленет закашлялась и прикрыла лицо рукой.
Готрек принюхался, а затем поморщился.
— Это не «Багманское».
— Тогда не пей, — посоветовала Маленет, вспоминая последний раз, когда он напился. Им ни за что не удастся покинуть Клемп невредимыми, если Готрек затеет драку, как раз, когда из-за горизонта появится армия. Он бросил на неё предупреждающий взгляд.
— А как же Нагаш? — выпалила она первое, что пришло в голову.
Его хмурый взгляд стал ещё мрачнее, однако он не стал подносить бутылку к губам.
— Ты притащил нас сюда, чтобы найти его, — Маленет бросила взгляд на Трахоса. Тот стоял в нескольких футах, наблюдая за разговором, но, как обычно, казалось, ничего не замечая, погружённый в свой собственный ад. Понимая, что от грозорождённого помощи не дождёшься, она вновь повернулась к Готреку. — А теперь, когда его армии собираются напасть на нас, ты, похоже, намереваешься напиться до потери сознания. Ты можешь упустить шанс, который так искал — шанс встретиться с ним. Ну, или что бы ты там не надеялся достичь.
Готрек сердито зыркнул на неё.
— Его здесь нет. У богов нет яиц, чтобы самим вести войну. Нагаш будет где-то прятаться, как и все остальные, — с этими словами он сделал глубокий глоток из бутылки, не сводя взгляда с Маленет.
Затем он сделал паузу, после чего швырнул ещё несколько монет, прихватил бутылку, отнёс её к одной из скамей, что стояли вдоль стен комнаты, и уселся. Скамейка протестующе заскрипела, принимая на себя его немаленький вес.
На скамейке уже сидел пожилой мужчина, который с интересом наблюдал, как Готрек сделал ещё один глоток отвратно воняющего пойла. Мужчина был высок и строен, с прямой спиной и гордым видом, и, потягивая свой напиток, двигался скупыми, отточенными движениями аскета. В отличие от всех остальных в «Приглушенном барабане», одет он был безупречно. Его рубаха, плащ и брюки были вышиты золотой нитью, а зачёсанные назад волосы, несмотря на заметные залысины, были так украшены бисером и полудрагоценными камнями, что напоминали тюбетейку.
Когда Готрек опустил на стол полупустую бутылку, он наклонился к нему и прошептал:
— У вас есть дело к некроманту?
Пойло явно ещё не начало действовать на Истребителя. Его рука выстрелила с удивительной скоростью и вцепилась в тощую шею мужчины.
— Кто спрашивает?
Странный шум донёсся из груди человека. Быть может, это был смех.
Готрек выругался. Вместо того чтобы ухватиться за кожу и кости, его рука прошла сквозь шею мужчины и осталась с горсткой пепла, который ссыпался на пол, как только Готрек отдёрнул руку. Он посмотрел на мужчину.
В течение доли секунды у старика не было шеи, только оползень из тонкой пыли, падающий с его нижней челюсти ему на плечи. Напоминало песок в песочных часах. Затем пыль затвердела, и шея человека снова приобрела нормальный вид. Он пригладил свои напомаженные волосы и посмотрел на Готрека, его глаза блестели и не были сфокусированы, как будто он всматривался в дым.
Щёки Готрека вспыхнули от ярости, и он схватил рукоятку своего топора.
— Что ты? Дух? В своё время мы сжигали беспокойных мертвяков.
— Я хорошо отдохнул, спасибо, — ответил мужчина с рассеянной улыбкой.
Маленет и Трахос подошли к столу.
— Что ты? — спросила Маленет.
Мужчина проигнорировал вопрос, изучая руну на груди Готрека и шипы на обтягивающей Маленет коже. Затем перевёл взгляд на побитый зигмарит доспехов Трахоса.
— Вы не похожи на слуг Великого некроманта.
— А ты — да, — сказал Готрек, делая ещё один глоток из бутылки. — Что ты… — он колебался, глядя на бутылку в своей руке. — На самом деле весьма недурно.
Он посмотрел на хозяйку и одобрительно кивнул.
К удивлению альвийки нелепая женщина покраснела.
— Как и ты, огненный убийца, я не преклоняю колени перед богами, — заговорил меж тем мужчина, глядя на Готрека с плохо читаемым выражением.