Апокалипсис начнется в 12.00. Часть 2 (СИ)
Новых наших бойцов я предупреждал, чтобы они не рассказывали своим оставшимся в части приятелям про мое умение. Они, конечно, обещали, но, на каждый роток не накинешь платок.
Но, кажется, информацию о моем умении Старшие получили именно от перебежчика из поселка и сразу засуетились с утренним выездом.
Понятно, что они догадались про мое участие в смерти своих братьев - таких умельцев совсем мало, я точно и есть тот лазутчик, который кидал гранаты и расстрелял кучу народа в части.
УРОВЕНЬ 13
НАВЫКИ:
СИЛА - 8/8
ЛОВКОСТЬ - 8/8
ЭНЕРГИЯ – 8/8
ВОСПРИЯТИЕ 9/16
РЕГЕНЕРАЦИЯ 7/16
ПОЗНАНИЕ 6/16
УМЕНИЯ:
НЕЗАМЕТНОСТЬ 8/8
СКОРОСТЬ 4/8
Скоро мне выходить, но я не тороплюсь, сидеть лишнее время, дожидаясь рассвета, лучше здесь, в комнате со спящей девушкой. Чем, где-то прятаться около штаба, а так мы дадим поспать по паре часов друг другу.
Глава 20
Все-таки всех, кого можно, оставшиеся при власти Старшие не погнали стоять в секретах вокруг штаба и охранять свою жизнь.
Возможно, просто не подумали, что я могу вернуться, возможно – побоялись вызвать еще большее недовольство у и так подумывающих о смене руководства в сложившихся условиях местных служивых.
Ничего пока не предпринимающих, но, уже понимающих, что сила у Старших осталась на самом возможном минимуме.
Как рассказали мне новички, причем - достаточно охотно, после начала апокалипсиса Старшие несколько дней планомерно забирали власть в части в свои руки, без особых эксцессов. Понятно, что сплоченная на редкость происхождением и понятиями треть оставшейся части легко привели к покорности оставшиеся две трети разобщенных местных парней. офицеры или обратились или разбежались по квартирам и образовавшийся вакуум власти, с небольшим насилием и принуждением, заполнили сплоченные характерные мужчины.
Как то, тем более, при любом споре и в каждом месте, где возникали вопросы, у джигитов оказывалось численное преимущество и учитывая их гораздо более высокий силовой авторитет, как самых решительных парней, местные отступали, пока не оказались полностью в подчиненном положении.
Все наряды и караулы легли на местных, все несение службы и обеспечение жизнедеятельности части.
Это оказалось неприятно, но, еще терпимо в условиях апокалипсиса, только,и жизненных перспектив у местных не оказалась никаких. Свои семьи или подруг перевозить в часть им запретили, тогда как Старшие забили знакомым женским полом весь штаб и самое благоустроенное общежитие в части.
В основном, те местные, у кого оказались семьи в городе, сделали ноги из части в первый же день, прихватив с собой автоматы или просто так, многие не смогли вернуться из города, оказавшись в захваченных зараженными районах.
Когда же Старшие в гордом одиночестве занялись прокачкой самих себя и несколько раз показали, как на глазах становятся сильнее и быстрее, местные совсем приуныли, понимая, к чему все это приведет.
К полностью бесправному рабскому положения и одной только возможности - умереть по приказу.
Поэтому теперь, после разгрома в штабе, Старшие уже не могут так легко припахивать и заставлять беспрекословно выполнять свои приказы оставшихся тридцать служивых. Ну, если пятеро теперь на нашей стороне и четверо стали уже серьезно приближенными к Старшим, значит, в части в состояние оппозиции понемногу переходят еще двадцать шесть парней.
Тем более, что, имея связь с нашими новичками – они слюнями захлебываются, слушая рассказы про крутую прокачку своих приятелей, уже обгоняющих джигитов по уровням.
Поэтому, стоять в засаде тройным кольцом вокруг штаба всю ночь местные не согласятся, а вот поехать на БТРах помародерить богатый поселок вполне могут.
Мародерка всем интересна, тут спорить и пререкаться никто не будет и не откажется.
В каждую боевую машину заберутся по двое Старших, и они вполне смогут управлять четырьмя-пятью бойцами на борту. Оставят своих раненых под присмотром пары приближенных и своих подруг , вооружив и тех огнестрелом.
Оружие пока у всех местных осталось на руках, но, рано или поздно его попробуют забрать и выдавать только для несения службы и только своим доверенным людям.
Надеюсь, что до такого развития событий дело не дойдет и мешающие мне сейчас конкретно заниматься любимым делом с любимой женщиной – недолго будут землю коптить.
Да и бронетранспортерам выезжать из части ни к чему в сторону поселка.
Поселок этот - наш и ездить туда будем мы сами, такие нежданные гости на хрен не сдались.
Всего-то придется снова пробраться в часть и пристрелить, хотя бы, трех-четырех главарей банды, об остальном позаботятся местные вояки. Показать наглядно, что прокачанные навыки и умения гораздо козырнее подавляющей огневой мощи крупнокалиберных пулеметов и большой толпы вооруженных мужиков.
Впрочем, если удастся совсем решить вопрос, еще лучше получится, через пару часов ставшие свободными служивые выйдут на контакт и попросят забрать под свое крыло.
Возможно, что попросят. Могут и сами в свободное плавание отправиться, только, надеюсь, что с ними таких проблем не возникнет.
Я выхожу из квартиры примерно в четыре часа ночи, поспав пару часов, конечно, по идее - не выспавшись, но, нормально освежившись.
Как-то эта самая полностью прокачанная ЭНЕРГИЯ все же не делает меня роботом, хотя, я стал гораздо выносливее и еще неутомимее. Бегаю на ногах с пяти утра до десяти ночи, серьезно выкладываюсь при этом, физически и психологически, и только к вечеру чувствую усталость. Если, успеваю хорошо пообедать и поужинать, после часового отдыха, снова как заряженная батарейка – готов на подвиги всегда.
Восьмой уровень навыка реально чувствуется и ощущается, как и сейчас.
Я собираюсь проникнуть снова в часть, пробраться в штаб и там просто пострелять всех джигитов. Через старый лаз не полезу и вообще, прогуляюсь вдоль части в поисках часовых или секретов, тем более, в Росгвардии должны остаться собаки.
Вот собак оставшееся начальство и вывело на охрану территории, мудро рассудив, что против невидимки это первое дело. Да, шесть бдительных охранников привязаны за штабом на равных промежутках друг от друга и я в неком затруднении. Пробраться мимо них незамеченным мне почти невозможно, еще по периметру части ходит наряд из двух бойцов, вооруженных автоматами, проходя каждые пятнадцать минут мимо штаба и перекидываясь парой слов с дежурящим перед дверями служивым.
Какая-то дисциплина все же поддерживается, служба несется достаточно исправно, поэтому – вариантов у меня не так много, но они есть.
Между штабом и собаками расположены две казармы и пусть там есть свои дневальные, вряд ли они услышат меня. Поэтому я привычно разрезаю колючку и без труда перелезаю через забор, когда начинает едва-едва светать и я могу рассмотреть, куда ставлю ногу. Потом замираю, ожидая проходящий наряд, уже совсем расслабившийся и активно болтающий между собой, стоит им немного удалиться от штаба.
Как раз напротив меня они приложились по разу к небольшой бутылке, спрятанной возле казармы и пошли в казарму, то ли погреться, то ли, на пересменку.
Я сразу же припустил по асфальту, обходя казармы и приближаясь к штабу, радуясь про себя образовавшемуся окну в патрулировании. Уже смотрю на местных служивых, как на своих сторонников в будущем и поэтому не собираюсь наносить им ощутимый вред. Не всем, конечно.
Пройдя мимо приветливо ждущей меня лестницы и двери на втором этаже, я обхожу штаб с другой стороны и из-за угла неслышно шагаю к часовому, о чем-то задумавшемся и уставившемуся на носки своих берцев.
На такой ответственный пост - охранять штаб и жизнь вождей ставят только доверенных товарищей, которых можно и нужно как следует оглушить и разоружить, что я и делаю, выбив сознание из часового ударом по затылку деревянной колотушкой.
Наверняка, кто-то из тех же женщин поставлен присматривать за дверью и лестницей с тыла штаба, а вот спереди, вряд ли кто будет дублировать часового.