Это не орочий Рон! (СИ)

Спустя несколько часов они стояли над закопанной могилой у надгробного камня. Не стали тянуть и устраивать какие-то церемонии, Дольф сам об этом попросил.
Рон достал фляжку из нагрудного кармана и сделал большой глоток, в конце которого даже не поморщился.
— Как мы узнаем, что Гриндевальд подох в мучениях? — поинтересовался Фред.
— Будем следить за новостями, — пожал плечами Перси. — Они не смогут скрывать это слишком долго. В Германии всё держится на его персоне. Мы поймём всё по наступившему хаосу.
— Ещё остались ублюдки из Аненербе, — напомнил Рон. — Я могу прыгнуть на координаты их бункера.
— А давай вместе? — предложил тогда Перси. — Что-то вроде последнего залпа в честь Дольфа. Он, сколько мог, боролся с наследием своего альтер-эго, уничтожал и выжигал. Будет символично поставить точку. Тем более, что Аненербе собрали вокруг себя всех недобитков, которые до этого скрывались в разных точках мира.
— Лучше не откладывать, пока опять не расползлись по норам, — кивнул Рон. — Вооружайтесь, выходим в течение часа.
//Альпы. Подземное убежище неподалёку от руин деревни Гриндельвальд//
Совместная аппарация — это нечто новое из того, что Рон испытал в своей жизни. Они оказались в каком-то тёмном помещении, но свет был рассеян заклинанием «Люмос» из палочки Джорджа.
Рон сразу узнал это место: та самая камера, где его пытали недобитые нацистские маги.
— Вот здесь меня и пытали той самой мерзкой песней «Ахтунг бэби», — сообщил Рон остальным.
— «Ахтунг бэби»? — возмутился Фред. — Больные ублюдки…
— Дальше тихо и аккуратно, мочим всех, кого встретим, — дал указание Рон. — Сначала стреляем, а потом думаем.
На дело они пошли вчетвером: Рон, Перси, Фред и Джордж. Экипировались скопированной заклинанием «Джеминио» каср’кинской бронёй Рона, а вооружились таким же путём умноженными болт-карабинами. Боеприпасы умножили тысячекратно, поэтому никто не будет страдать от нехватки патронов. Пусть это не навсегда, но век болт-выстрела и без того короток. Совсем неважно, что случится с осколками болта после того, как он сделает своё чёрное дело.
Дверь оказалась закрыта на встроенный замок.
— Алохомора… — взмахнул палочкой Джордж. — Нихуя. Зачаровано от хитрожопых.
— Ну-ка отойдите, — попросил Рон.
Три выстрела из болт-карабина поставили точку в существовании замка как такового. Пусть шумно, но они и не собирались прятаться. У противников едва ли есть что-то, способное преодолеть каср’кинскую броню и защититься от активно-реактивных болтов.
Они вышли в освещённый электрическими лампами бетонный коридор.
— Контакт! — Рон первым заметил группу людей в мантиях и разрядил в них половину магазина.
Болты порвали тела своих жертв на крупные куски, забрызгав часть коридора кровью и требухой.
— Ох, жестя… — Фред приподнял аврорский шлем и опорожнил желудок. — Бу-э-э! Ох… Плакали баварские сосисочки…
Цвет уцелевших частей мантий и несколько характерных значков позволили Рону определить принадлежность жертв: сотрудники Аненербе. Им просто не повезло оказаться в нужном месте в нужное время.
— То ли ещё будет, — усмехнулся Рон. — Вперёд!
Коридор, в котором был десяток дверей с камерами для заключённых, вёл в большой зал лаборатории.
Вчетвером они ворвались внутрь и обнаружили около двадцати магов в белых мантиях, являвшихся местными сотрудниками лаборатории. Без раздумий они открыли огонь по нацистам.
Гулкий и протяжный болтерный рёв разносился по высоким стенам вверх, отражаясь от потолка и возвращаясь назад.
Скорость болтов была настолько высока, что они ещё до непосредственно активации содержащейся взрывчатки, возникала огромная временная пульсирующая область, больше, чем у классических пороховых боеприпасов эквивалентного калибра, что, в принципе, убивала незащищённых жертв даже раньше, чем сам взрыв заряда в болте, это объясняется феноменом временной пульсирующей области [45], о котором Рон, всегда склонный хорошо изучать матчасть, прекрасно знал. Скорость болта на средней дистанции, уже после выхода из ствола, достигает фантастических на текущем технологическом уровне 2200 метров в секунду. А калибр её 19,9 миллиметров. По мнению Рона, взрываться такой пуле, после попадания в тело противника, несколько излишне.
 
Очень скоро лаборатория, где исследовали какие-то органические материалы, превратилась в кровавую баню, где первичные образцы сложно было отличить от сотрудников.
— Бля, Рон, это пиздец! — поражённо прокричал Фред. — Я просто не верю, что с людьми можно сделать такое!
— А это и не люди, Фред, — спокойно ответил Рон.
Сам-то он прекрасно помнил про другие образцы оружия, с коими ему довелось иметь дело. Волкитные разрядники, мельта-ружья, плазменные бластеры, высокотехнологичное стаб-оружие, а прометиевые огнемёты, плавящие ДОТы как масло…
Болтерные пушки, можно сказать, далеко не самое худшее, что можно было привезти из тех мест. По крайней мере, они убивают пусть и кроваво, но зато очень гуманно.
Удостоверившись, что от противников ничего не осталось, Рон перезарядил магазин и дал сигнал двигаться дальше.
— Рон, как эта хреновина вообще стреляет и почему нам не отрывает руки? — поинтересовался Джордж, подняв толстую гильзу с пола.
— На самом деле, всё довольно просто, — усмехнулся тот. — Из ствола карабина болт вышибается сравнительно слабеньким зарядом, скорость при выходе из гладкого ствола не превышает двухсот метров в секунду, но сразу же после покидания ствола активируются масс-реактивные микродвигатели, которые раскручивают сам болт и разгоняют его до умопомрачительных скоростей. Причём на дистанции от ста метров и выше он мчится со скоростью около 2000 метров в секунду, а на дистанции километра достигает максимальной скорости, правда, к тому моменту всё, что могло сгореть, уже сгорает и в противника летит 90-граммовая адамантитовая болванка с зарядом взрывчатки. И вообще, это оружие не совсем против людей. Точнее против людей, но очень необычных. В другой раз расскажу.
— Вот же ж… — Джордж уронил гильзу и двинулся дальше.
Рону вспомнились космодесантники Хаоса, с которыми он столкнулся во время уничтожения замурованных в ДОТы охотников на танки…
Ужас, который он испытал тогда…
Он очень надеялся, что больше не столкнётся ни с кем подобным. Ведь после встречи с этими тварями его «рецепторы» страха перегрузились и отключились напрочь. После этого встреча с Шелоб, воплощённая квинтэссенция его былых страхов, не вызвала особых негативных эмоций. Просто очередное насекомое на его пути…
Наконец, деятели из Аненербе соизволили отреагировать: в очередном коридоре на пути к жилым помещениям их встретил покрытый толстой бронёй тяжёловооружённый отряд.
Толстой эта броня была только для современного оружия, но никак не для болт-карабинов.
Плотная формация, укрытая стальными рунифицированными щитами, от огня из четырёх стволов превратилась в груду окровавленной рваной экипировки и не менее окровавленного металлолома.
— Чума… — Джордж перезарядил болт-карабин.
Перебравшись через рукотворный завал, они прошли остаток коридора, по пути пристрелив пару недостаточно расторопных бедолаг, а затем вышли в атриум крыла для персонала.
Их сразу же встретил огонь из потолочных турелей, которые Рон уничтожил, выстрелив по разу.
— Это всё?! — прокричал он, выйдя вперёд. — Где же хвалёная мощь… какого там по счёту рейха?! Вы никогда не задумывались, присоединяясь к очередному рейху: а что стало с предыдущими?!
Джордж и Фред рассмеялись. Перси неуверенно улыбнулся.
— Ты кто такой?! — донесся из-за гранитной статуи Гитлера знакомый скрипучий голос.
— Я кто такой?! — удивился Рон. — Я ужас, летящий на крыльях ночи! Я кошмар, преследующий все дрожащие нацистские жопы на планете Земля! Чувствуешь?! Твоя жопа дрожит, а значит — я рядом!