Хозяйка Высокого замка (СИ)

— Что это? — произнесла она дрожащим голосом, но все же протянула руку и приняла свиток.
— Приказ короля, — огласил Кроули, возвращаясь на прежнее место. Опустился, откидывая плащ. Вновь переплел пальцы перед собой и выжидающе направил темный взгляд на Анну.
Она покосилась на свиток, чувствуя, как ладони будто загорелись от магии. Изумрудная восковая печать и герб означали — перед ней действительно свиток, подписанный королевской рукой.
— Почему вы привезли, — осторожно поинтересовалась, не рискуя разбивать печать, — а не отправили с  посыльным?
— Потому что то, что там написано, касается не только вас.
Аннабель сжала белоснежную бумагу и посмотрела на печать. Если сломает ее, то будет обязана изучить послание короля. Но страх сковал руки.
«А если это приказ на мое заключение? Старое дело о смерти отца подняли из архивов Магистериума, и я вновь под подозрением…»
— Что там?
— Откройте, — резко ответил Кроули и уже спокойнее добавил:  — немедленно.
Аннабель энергично закачала головой.
— Вы обязаны. Или мне придется заставить. Вам же будет лучше, если «мы» не прибегнем к моей помощи.
— Если это приказ о моем заключении, то совершите правосудие здесь и сейчас. — Аннабель подскочила на ноги. — Лучше сожгите меня в этой ужасной комнате, но не возвращайте в Герант! Второй раз накинуть петлю на свою шею я не позволю!
Маркус покачал головой. Аннабель не выдержала и швырнула в него свитком. Пусть выполняет ее просьбу. Потому что она понимала — Маркус пожаловал не просто так. Он пришел вершить ее судьбу.
Свиток полетел в сторону лорда, но неожиданно завис в воздухе, подсвеченный рассеянным светом. Аннабель засмотрелась на то, как алые до этого всполохи светлели, превращались в белые полоски, окутавшие королевский приказ. Вокруг свитка был создан полупрозрачный кокон, через оболочку которого Аннабель видела, как мерцала бумага и блестела зеленым отливом печать королевского дома.
— Я же просил вас открыть.
Маркус медленно поднялся из кресла, снимая с правой руки перчатку. Аннабель увидела, как участок кожи, спрятанный под рукавом, затянулся черными символами, исчезающими под одеждой. Словно что-то до этого момента живущее на ладони лорда, медленно растекалось и пряталось под королевской формой. Ладонь, оставшаяся без защиты ткани, оказалась самой обычной — светлая кожа, к которой редко прикасались лучи солнца, длинные крепкие пальцы боевого мага с тонкими, едва заметными шрамами и короткие ногтевые пластины. Аккуратная рука аристократа, если не знать, что искать…
— Не нужно! — Аннабель подскочила к свитку и выхватила его до того, как Маркус успел коснуться лично. Разбила изумрудную печать и развернула свиток, бегло вчитываясь в строчки. — Это шутка?!
Ее возмущение было похоже на ураганный ветер. Вот только высказаться крепким словцом она не могла, пока жадно глотала воздух и смотрела на расплывающиеся перед глазами строчки.
— Разве наш король похож на шута?
В голосе Маркуса сквозила откровенная враждебность и бесконечная злость. Он лишь притворялся сдержанным, ожидая от Аннабель ошибки. И она чуть не совершила ее, когда вознамерилась высказать всё, что думала о короле, его власти и всех лордах. Чувство страха сковало ее рот, и Аннабель проглотила слова, выдыхая.
— Нет. Но это явно ошибка, — прозвучало бормотание, не похожее на то, как должна говорить благородная леди.
— Почему? — Он играл с ней, прожигая взглядом. Ждал любую оплошность, за которую мог уцепиться, как коршун, и тогда Аннабель не сносить головы.
— Потому что такого просто не может быть! — ее голос сорвался на хрип.
— Это приказ короля, который вы должны исполнить.
Кроули был неумолим и явно забавлялся растерянностью и страхом, отразившимся на лице Анны маской мертвеца.
— А если я откажусь?
— Темницы Геранта ждут вас, леди Аннабель.
Девушка оступилась, хватаясь за спинку кресла, в котором сидела совсем недавно. Тяжело опустилась, не доверяя собственному телу. Возможно, Маркус навел на нее морок, потому что то, что она видела в королевском свитке, пугало. Но жжения не было.
 
«Значит, Маркус не применял ко мне магии», — подумала Аннабель, потирая руку.
И значит, приказ в свитке был настоящим.
— Я не верю, — прошептала она, перечитывая каждое слово дважды.
— Это решение короля, которое не оспаривается. Вы, как подданная Исоры, обязаны принять и исполнить волю Его Величества.
Аннабель опустила голову, сжимая свиток в трясущихся ладонях. Но бумага оказалась настолько прочной, что ей не удалось ее скомкать или разорвать. Плечи поникли, и на них опустился груз тяжелее того, что она готова была вынести. Если лорд Маркус Кроули пожелал бы забрать Высокий замок себе, то выдал бы ее замуж за какого-нибудь безродного и небогатого мужчину или вовсе сослал в Белые башни — место для вдов, для которых не нашлось нового мужа. Аннабель готова была носить белые одеяния, не общаться с посторонними и провести дни в одиночестве. Она даже готова была уйти в ссылку за Острые хребты — земли, где не было парящих островов. Но король отдал приказ, а Лорд-Вершитель пришел исполнить его.
— Я согласна, — прошептала, смаргивая слезы. — Но это всё какая-то ужасная ошибка…
— Первого достаточно. — Кроули натянул на ладонь черную перчатку и приблизился к ней, подавая руку.
Анна убрала на чайный столик ненавистный свиток и вложила свою ладонь в его руку. Она показалась ледяной и пугающе сильной. Жесткая ткань царапала кожу.
— Леди Аннабель, с сегодняшнего дня вы перестаете носить траурные одежды. Вы будете во всем подчиняться мне и не совершите ни одного поступка, из-за которого может пострадать моя репутация. Вы не очерните имя короля и имя дома Кроули.
Девушка согласно кивала на каждое произнесенное слово, рассматривая носы сапог — черные металлические пластины блестели в ярких лучах, заполнивших Голубую чайную комнату.
— Теперь вы моя невеста.
Аннабель вздрогнула. Последнее слово Маркус произнес так, словно ему было противно: хлестко и жестко. Сжатая крепко ладонь заставила ее отшатнуться, но Маркус не позволил отойти. Наклонился и коснулся второй рукой подбородка, вынуждая взглянуть в его глаза.
— Леди Аннабель, поздравляю вас. Вы только что спасли свою шею от петли. Вновь. Но никто не гарантирует, что вы сможете спастись от моей карающей руки. Один опрометчивый шаг, одна ложь и я лично отправлю вас на эшафот, висельная невеста.
Она ахнула и выбила руку Маркуса. Отскочила от него, скалясь, но сдерживая вырывающуюся брань. Слова, которым ее научили в темнице Геранта, так и вертелись на языке.
— Не смейте называть меня так!
— Мне казалось, вам нравилось, когда мой дядя вас так называл.
— Это было лишь раз, и он имел право. Потому что вынул меня из петли палача. А вы собираетесь туда отправить!
— Потому что имею право, моя дорогая невеста. Будьте добры, не шипите, как гремучая змея. Я возвращаюсь в столицу, чтобы сообщить Его Величеству о вашем согласии. Прибуду в замок через семь дней. К тому времени здесь всё должно быть готово к свадьбе.
— К свадьбе? Семь дней? — она ошарашенно пробормотала, уставившись в пустое лицо Маркуса. — Нет!
— Вы забываетесь, Аннабель. Через семь дней я вернусь. Все должно быть готово. И позаботься, чтобы северный склон был готов. Мой дракон будет здесь.
Анна задрожала от страха.
«Дракон? Нет! Этого просто не может быть!»
— Через семь дней, — напомнил Маркус, покидая Голубую чайную комнату.
Девушка стояла посреди ярких красок и слепящих солнечных лучей, не слыша собственного дыхания. И лишь когда дверь за спиной хлопнула, она вздрогнула и упала на колени, пытаясь вцепиться пальцами в голубые прожилки мрамора. Так ее и нашла Мира, влетевшая в комнату спустя несколько минут, однако счет им Аннабель потеряла.
— О, Святые девы! Леди, с вами все в порядке? — Служанка очутилась рядом, хватая хозяйку за плечи и тряся, пытаясь привести в чувства.