Свет из тени (СИ)

- Значит она где-то спрятана, – чуть обдумав сказанное мне сказал я, – и никто даже примерно не знает ее место расположение?
 - Где она находится, и кто это сделал, я до сих пор не знаю, – грустно покачав головой сказал первородный, – кого бы я не посылал, на поиске хоть какой-то ниточки, все возвращались ни с чем, кроме одного, Окилапа Гислана.
- Мой отец, – воскликнул я, со всем позабыв о том, у кого нахожусь в гостях, – темный бич прошлого столетия?
- Мальчик мой, я же уже говорил, не все правда, что говорят и пишут чернилами, – Эратори вдруг замолчал, уставившись в потолок, а после трехсекундной заминки продолжил, – прости меня за грубость, но тебе уже пора, твои друзья места себе не находят.
- Что, – я тоже начал смотреть на потолок, думая, что там что-то показывают, – вы меня оживите?
- А ты и не умирал, – рассмеялся Эратори, – ты кажется меня со всем не слушаешь, я же говорил, ты был всего лишь на грани, но не бойся, когда ты вернешься, ты все будешь помнить и чувствовать себя относительно хорошо, просто слегка помятым.
- С чего мне начать, – вставая заговорил я, – где мне начать искать эту жилу?
- Для начала, разберись с войной, которая на вас идет неумолимым шагом, – с доброй улыбкой ответил первородный, – а после, вернись в свое гнездо, откуда ты выпал, там тебя ждут друзья и соратники, а после, узнай о том, где закончил твоей отец, это и будет твоим началом.
Спросить, что это значит я не успел, Эратори коснулся моего лба рукой, его глаза полыхнули фиолетовым, а мои налились тьмой.
***
Во дворе замка начался откровенный переполох, когда на полном галопе, в пыли и в пене влетели трое всадников, а в след за ними кричащие, перепуганные до смерти люди. Когда обезумевшую, бегающие по всем углам толпу, начали брать в оборот гвардейцы со стражниками, люди начали успокаиваться и говорить что-то членораздельное. Из башни выбежал Ракатори, и не взирая на статус, побежал к человеку, осевшему возле нефритового коня, с рогами на голове.
- Экган, – сидевший никак не отреагировал на громкий оклик возле самого уха, – Экган, демон тебя дери, что случилось?
- Бросил, – бормотал он себе поднос, при этом сам как-то нервно вздрагивал, – нельзя было, нужно было остаться, я же его друг.
Взяв за отворот плаща, Ракатори рванул Экгана вверх, а когда тот оказался на ногах, в его щеку прилетел звонкий удар.
- Что случилось – крикнул во все горло архимаг.
- Химера, – чуть придя в себя, но почти без эмоционально ответил Экган, – напала на деревню.
- Вы всех успели спасти, – Ракатори быстро осмотрел двор, – а где Мирор и Кора?
- Там, – рука плетка указала в сторону дымящийся деревни, – они остались отвлекать ее, чтобы мы с Харимом могли вывести людей.
- Вы оставили его одного – удивленно воскликнул архимаг.
Экган ничего не ответил, он смотрел куда-то чуть выше плеча Ракатори, с полностью отрешённым лицом.
- Эмар – отпустив отворот и развернувшись к бегающим людям крикнул архимаг.
Через пару секунду из, казалось бы, огромной толпы, к нему подбежал невысокий кот, с серым окрасом и обликом похожим на барса.
- Да, господин Ракатори, – кот, одетый в одежду сине-красных оттенков, выпрямился по стойке смирно.
- Собирай свой отряд, – тут же проговорил Ракатори, – на деревню напала химера, там остался Мирор, ему срочно нужно помочь.
Не прошло и пяти минут, а уже десять человек, на оседланных конях, во главе с архимагом Ракатори выезжали из замка, пропуская отставших людей внутрь.
- Господин Ракатори, – один из магов, одетый в цвета школы природы, привстал на стременах и указывал в небо, – там, черный знак.
- Кора – архимаг уставился на расплывающеюся в небе голову мантикоры – нужно спешить, на галоп.
***
Когда всадники вернулись с двумя еле дышащими телами, которых били нервные судороги, во внутреннем дворе замка уже не было людей, по всему его периметру стояла огненная гвардия, вместе с двумя богато одетыми людьми, дожидающимися, когда ворота полностью опуститься и впустят всадников обратно.
 
- Что там произошло, – не успели всадники остановиться, как к ним тут же подошел лорд Жамар, – это все же была химера?
- Она самая, – спрыгивая с коня проговорил один из магов, – когда мы туда прибыли, она уже догорала черным пламенем.
- Они же здесь не водятся, – чуть задумчиво заговорил спутник Жамара, невысокий щуплый мужчина, лет пятидесяти, с маленькими очками на носу, одетый в теплый плащ, из-под которого просматривалась синяя туника, черные меховые штаны и высокие сапоги, обитые медвежьим мехом, – они водятся куда южнее, где тепло почти круглый год.
Пока мужчина, явно научной закалки, рассуждал в слух, трое здоровых парней снимали с коня, тяжело дышащего парня, одетого в полу обгоревшие одежды и с посиневшей, а в некоторых места уже почерневшей, левой ступней, раздувшейся до огромных размеров.
- Святые пророки, – ужаснулся ученый, – неужели его укусила гадюка химеры?
Вопрос был проигнорирован, так как остальная часть отряда, во главе с архимагом, снимали с коня изувеченное тело юной девушки, не старше тридцати пяти, с разодранным животом, обогревшими руками и ногами, с чуть дымящимися, а кое где и оплавившимися сапогами.
- Мать моя демон, – в этот раз уже ужаснулся лорд Жамар, и судя по побелевшему лицу, видел он такое зрелище в первые, – она вообще жива?
- Она хранительница, – без эмоционально проговорил архимаг, аккуратно придерживающий голову девушки, – она жива, пока жив ее хозяин.
Подниматься на четвертый этаж южного крыла, где располагалось больничное крыло, никто не стал, не успели пострадавших занести в главный зал, как их тут же взяли под свое крыло дежурившие там алхимики, и аккуратно уложили на ближайший стол, простерилизованный и укрытый белой простыней.
- Мамочки, – визгнула юная девушка, чуть старше восемнадцати, в красном балахоне, – что с его ногой?
- Укус змеи, – констатировал алхимик лет сорока, что приступил к осмотру стопы, которая уже больше напоминал ствол баобаба, – но какой-то необычный, – он аккуратно прощупал ее, и услышав хлюпающие звуки тут же отстранился, – чтоб меня, трупный яд.
- Не может быть, – воскликнул Аркели, идущий бодрым шагом со стороны лестнице, – трупный яд выделяют не так много существ, к которым химера никак не относиться, ее змея — это гадюка, лишь у альфахимер, бывают кобры, но даже они, выделяют самый обычный яд, а не трупный.
- Мертвецы, – робко проговорила девушка, – мертвецы, созданные магией, выделяют такой яд, чаще всего он выделяется на зубах, в редких случаях, на когтях, но он лишь довольно болезненно разъедает кожу, в некоторый случаях мясо жертвы, но только поверхностно.
- А если его впрыснуть внутрь и в довольно большой дозе, – алхимик, облаченный в серебристый балахон, довольно уверено сделал надрез вдоль всей стопы, откуда почти тут же вытекла едка-зеленая жижи, бурлившая под ногами едва успевшего отпрыгнуть алхимика, – змея выделят куда больше яда, чем какой-то обычный мертвец, а если предположить, что и химера была уже воскрешенной?
- Аркели, – заговорил Ракатори, смотревший на все это с ужасом в глазах, не говоря уже об отпустивших его магах, что ездили с ним, – если вспомнить показания Жака, о специфичности войска Камерти, то…
- То Милиса права, – заговорил склонившейся над ногой Аркели, с щипцами в руках, – демон, мясо все уже в желе превратилось, кость тоже почти рассыпалась, это и вправду трупный яд, запах у него чертовски специфический, его не перепутаешь, – алхимик замолчал на какое-то время, а после с выражение полной искреннего сожаления посмотрел на архимага, – Ракатори, среди твоих подопечных есть маг огня?
 
- Да, – архимаг подозвал мужчину, лет сорока пяти, облаченного в атласную тунику алого цвета, в коричневые чуть широкие штаны из ангоры, и жёсткие кожаные сапоги, – Кирип, прекрасный маг, но Аркели, зачем тебе…
Ракатори замолчал на полу слове, ему было достаточно глянуть в глаза своего старого друга, чтобы понять его замысел, который поломает парню жизнь, но который спасет его от неминуемой смерти.