Свет из тени (СИ)

- Судя по вашим грустным, как у щенков, глазам, направленным в мою сторону, – нервно сглотнув, продолжил я, – то великодушная королева, решила посмотреть на единственного оставшегося мага тени, вместе с его хранительницей?
- Ты крайне проницателен, друг мой, – тяжело вздохнул Экган, – зря он про тебя написали, может бы тогда и обошлось бы без коронованного визита.
- А что все так плохо, – подумав начал я, – понятно, что, все будут вести себя по сценарию, без какого-либо своевольничества, что все будет украшено по вашему разряду, что праздничный стол будет состоять явно не из риса и буженины, а из чего-то по приличнее, но разве это проблема?
- Танцы, хоровые песни после пары кружок крепкого рома или вина, – начал загибать пальцы Ранард, – драки, конкурсы, соревнования, все прелести этого праздника, теперь под строжайшим запретом. Все будет так, как будто ты празднуешь с родителями, сел, попил, поел, крикнул ура, в нужный час, посмотрел представление циркачей и магов, послушал музыкантов с бардом и все, спать, ведь больше делать нечего нельзя, заругают.
И вправду, во все времена, королевская особа требовала к себе такого почета и уважения, что запрещалось чуть ли не дышать без разрешения, не говоря уже о простых забавах, на таких больших и шумных вечеринках.
- И это еще пол беды, – подхватил Бертал, беря тарелку из рук пришедшей официантки, – ответственными за подготовку к новому году и приезду королевской свиты, подрядили Савилу и Камирта, двух настолько ответственных и щепетильных людей, что аж тошно.
- В позапрошлом году, – вклинился Экган, судя по красным щекам, тоже пришедший с улицы, – когда их попросили подготовить зал ко дню рождения господина Ракатори, мы всю ночь и утро, создавали его каменную скульптуру, чтобы преподнести ему, но так как им нужно чтобы все соответствовало до малейшей детали, чтобы каждое пёрышко было на своем месте и соответствовало размерам оригинала, переделывали мы ее столько раз, что и со счета сбились, а про украшение замка и всех прочих мелочах я и во все молчу. А на утро, после вручения презента и общего поздравления, весь замок отправился спать, поэтому на подготовленную вечером вечеринку, никто не пришел, чем ввели господина Ракатори в полное недоумение.
И все-таки был небольшой плюс, что подготовку мы начинаем не за день, а за три, даже если весь замок завтра будет с утра и до утра трудиться в поте лица, под руководством двух садистов надзирателей, у нас еще будет время отоспаться к приезду королевы и к новому году. Был правда одни нехороший вариант, что нас будут муштровать для встречи с этой самой королевой и ее свитой, ведь я очень сильно сомневаюсь, что она приедет только в сопровождении рыцарей и ее личной охраны, с ней как минимум будет пол двора, к которым надо будет обращаться по-особенному, кланяться, и все такое прочее, и вот это процессия может уже затянуться на очень и очень долго.
***
- Руку, руку выше, – покрикивала Меррита, – ты собрался в пол стрелять, или в центр?
- Я собрался отрезать себе руки, – поднимания на нужное положение лук проговорил я, – ведь они у меня болят так, что лучше будет отрезать, чем мучатся, может и ты от меня наконец отстанешь.
- Ногами будешь стрелять, – подзадоривала разведчица, – попай на земельку сядешь, и будешь пятками целиться и ими же в мух стрелять.
Стоявшая рядом Кора, доедающее выданное нам за обедом большое и кисло яблоко, тихонька хихикала, смотря на то, как ее хозяин мучается. Любимое упражнение разведчице, было расщепление стрел, пущенных точно в центр одна в одну, но так как лук я держу относительно недавно, то получился у меня такой трюк всего один раз, да и то абсолютно случайно, в отличие от Мерриты, которая благодаря своим волчьем генам и зоркому глазу, умудрилась положить двадцать стрел в одну точку за крайне короткое время. Кора же, под изумленный свист стоявших неподалёку подопечных разведчице, гордо прошагала мимо меня, а когда она так же мастерски уложили семнадцать стрел, и смазав буквально на пару миллиметров восемнадцатой, то вызвала неподдельно восхищение Мерриты.
 
- Вот, бери пример, – похлопывая по плечу хранительницу, бросила мне разведчица, – четыре дня отроду, а стреляет лучше, чем ты за полгода обучения.
 После такого, как солнца уже почти ушли за горизонт, а руки одеревенели до того, что их было даже поднять трудно, не говоря уже о чем-то большем, было решено прекратить тренировки с луком, отложив их до следующего года. Зайдя в комнату и рухнув на кровать, ощутив блаженное расслабление, даже руки, отдали какой-то мягкой вибраций, что говорила, о полном восторге моего организма.
- Ты книжки отнести не хочешь, – сказала Кора, заходя в комнату с двумя тарелками крабового салата, и двумя кружками наполненными черничным соком, – скоро Шуралим будет за тобой хвостом ходить, и как неприкаянная душа, стонать о возврате его сокровищ.
- Корачка, душа моя, – слабым голосом простонал я, – сегодня я подвергся пыткам двух безжалостных девушек, поэтому не в состояние куда-либо идти, а уж тем более что-то нести, поэтому не могла бы ты их сама отнести, а я тебе завтра фруктов твоих любимых с кухни принесу.
- И флягу наполнишь, – помотав пустой тарой прищурилась она, – а то еще позавчера все вино кончилось.
- Ладно, ладно, – тяжело вздохнув ответил я, – ваши желания, для нас закон.
Кора взяла довольно большую стопку книг, и двинулась в белую башню, бесцеремонно закрыв дверь ногой, а я же, разваливавшийся на куски, из-за усиливавшихся с каждым днем тренировок, развалился как пельмень, в своей мягкой кроватки, и провалился в сон.
***
Каменные стены, покрытые паутиной и большим слоем грязи, на них весят картины, изображающие разные события, портреты незнакомых мне людей, и все это формирует длинный коридор с многочисленными дверьми по обе стороны, похожими одна на другую. Сделав пару неуверенных шагов, как мне казалось, в нужном направление, коридор, постепенно выплывающий из мрака, был абсолютно одинаковый, через какое-то время начали повторяться картины, и до меня дошло, что я хожу по кругу. В друг, одна из ближайших ко мне дверей открылась, и в ней проявилась комната, с маленьким круглым столом, возле которого стояло два деревянных стула, с большими спинками, обитых явно дорогим мехом. У стены, напротив, стола был большой камин, с полыхающим в нем огнем, на его бортиках стояли маленькие старинные часы, а возле них круглая рамка с фотографией, но она, будто подернутая невидимой пленкой, из-за чего было невозможно разобрать кто там изображен.
Заходить туда я не решался, лишь просунул голову и аккуратно отсмотрел помещения, кроме выше описанного, больше ничего не было, дальше были лишь голые стены и покрывающая их тьма.
- Мирор, проснись ты, – кто-то бесцеремонно толкал меня в плечо, – да проснись ты, тетерев сонный, он нашел.
Открыв глаза, которые тут же начали неприятно болеть, будто в них насыпали песка, я уставился на орущею мне в ухо хранительницу.
- Ты мне дашь сегодня отдохнуть, – бросил я Коре, когда наконец сонная пелена сошла с глаз, – завтра вроде как нас ждет трудовой день, хотелось бы поспать.
- Это подождет, – бросила она и подбежала к столу, – Шуралим нашел книгу, косвенно указывающую на присутствие сына в семье Гислана.
Подстегнутый такой важной информацией, я соскочил с кровати, тут же позабыв о ноющем теле, и чуть ли не в секунду оказался возле стола, с открытой на нужной странице книге.
- Записки астролога Журува, – пояснила Кора, – сделанные седьмого числа в месяц Войдерака, в тысяче двести семьдесят шестом году, в тот год, когда якобы родился тот самый ребенок.
 
- Записи астролога, – удивился я, – как звездочет мог что-то знать?
- Ты читай давай, – злобно бросила Кора, – а не вопросы глупые задавай.
- Седьмое число месяца Войдерака, – начал я вслух, – я находился в северной башни, замка Калькульт, что в южной части Макдии. Наблюдая за прохождением метеорита, имевшим название драконий хвост, мной было замечено странное явление. Со стороны мертвого острова, в сторону острова Назрал, направлялось три довольно крупных, заметных не вооруженным глазом объекта. Посмотрев через увеличительную трубу, мной было установлено, что данные объекты являлись небывалых размеров нетопырями, с отчетливыми человеческими чертами на мордах. Через небольшой промежуток времени, со стороны океана, в том же направления направлялись еще около дюжины точно таких же тварей. Через четверть часа, когда на темном небе взошло красный диск Юнитора, почти со всех сторон света, в сторону все того же Назрала, летели уже твари самой разной квалификации, по моим подсчетам, сделанных в полном ужасе и страхе, было насчитано около девяти особей виверн, пятидесяти нетопырей, шести василисков, и еще около дюжины аспидов. Ровно в полночь, со стороны острова Назрал, прошла волна небывалой магической силы, которая даже такого как я, не обладающего магическим даром, заставила содрогнуться и впасть в неконтролируемый ужас.