Пламя Магии. Принцесса (СИ)

Блеск жертвенного ножа ослепил его, привлекая внимания. Присмотревшись, Сен понял, что кинжал вернулся обратно из огненной чаши на свое место у подножия алтаря. Как молния пролетев над телом Рэял-Су, которая вдруг зашевелилась и огонь начал угасать. Проступило очертание женского тела, и медленно яркое пламя стало впитываться в голую кожу, озаряя ее рунами и символами. Капля за каплей впитываясь обратно до тех пор, пока остатки не засветились на руках как огненные браслеты и в следующий миг не исчезли.
Не в силах поверить в произошедшее, Сен сидел на полу и смотрел как Рэял-Су пытается приподняться. Он сам и не понял в какое мгновение бросился к ней. Не обращая внимание на то, что она говорит целовал каждую черточку лица, благодаря судьбу, что в скорбном списке нет и ее имени.
— Ты живая…
Обхватив лицо ее в ладони, Сен смотрел в карие глаза и никак не мог осознать случившееся. Чудо или древняя магия? Кажется все-таки магия, волосы снова стали светлыми. Провел рукой по кудрявым локонам и только потом понял, что все это время Рэя продолжала что-то говорить.
— Да, твою же мать, — взвыла Рэял-Су от боли и только сейчас Сен понял, что каждым движением задевал больную руку.
— Черт… Прости…
Розовая кожа казалась достаточно плотной, он и не подумал, что кость не срослась.
— У тебя был открытый перелом в локте и сломано запястье, — быстро пробормотал он, впервые наблюдая как всплеск собственной силы на грани жизни и смерти исцеляет. — Рукой можешь шевелить?
Только сейчас он обратил внимание, что девушка лежит на алтаре абсолютно голая. Понимая как ей неловко, он тут же пошел к сумке, которую срезал по указанию чужой воли кого-то из Талание и, не поворачиваясь лицом к Рэял-Су принялся доставать костюм для полетов на марле.
— Зачем ты меня раздел? Что вообще произошло?
— Не помнишь? Мы вошли сюда и ты потеряла сознание, — чувствуя, что рассматривать голую женщину на жертвенном алтаре не самое верное занятие, Сен отвернулся и сделал вид, что не может достать костюм из сумки. — Я не вижу в темноте, а по запаху смог определить только две вещи: много крови и яд василиска.
— А дальше что случилось?
Сен вздохнул и подошел к Рэял-Су, протягивая ей комбинезон.
— Загорелись факелы, а потом…
— Можешь не смотреть, как я одеваюсь? — перебила его Рэя.
Сен кивнул и отвернувшись, отошел от нее на пару шагов к жертвенному пламени.
— Потом меня сковала чужая воля, мне мерещился голос и… — он набрал полную грудь воздуха, не зная даже как рассказать об этом. — Сначала мне велели вытащить все осколки из ран, вправить сломанные кости на руке, а потом… Потом заставили вонзить тебе в сердце нож.
Рэя замерла, так и не застегнув пуговицу. Сен обернулся, рукой указав на ритуальный нож, испещренный рунами Талание. Пытаясь не обращать внимание на весьма живописную картину, он кивнул на тонкий шрам у нее под грудью.
— В тоже самое место, куда Алиф вонзил тебе свой нож за час до этого. Моими руками нож бросили в это жертвенное пламя и все вспыхнуло, а меня отбросило к стене.
— Понятно…
Сен искренне ожидал каких-то вопросов или что Рэял-Су ему не поверит, но она лишь кивнула и продолжила застегивать пуговицы.
Не зная, что еще сказать Сен снова перевел взгляд на огонь и только сейчас заметил то, что не видел до этого. Пока пламя горело это было почти не различимо, но теперь, когда он подошел к изголовью алтаря, он видел, что над местом, где было око всезнания, прямо в воздухе светились символы с карты поиска амулета Целэа. Однако символов стало на один меньше.
Именно на тот, который был в начале.
Он был на люке перед входом в лабиринт. Он был на входе сюда. Он мерцал в пламени, как ему казалось погребального костра. И как только Рэял-Су очнулась — он исчез.
Неужели путь силы — это не маршрут по карте?
*****
Сжимая зубы, я пыталась самостоятельно застегнуть костюм для полетов на марле. Приступ нежности Сена и проявление искренних чувств, выбивали меня из колеи больше чем то, что я оказалась перед ним голой. Утром он предал меня, использовал как приманку, а несколько часов спустя бросился ко мне с глазами на мокром месте, будто я самый родной ему человек на этом свете.
 
Если бы Сен не подставил меня перед Алифом, я бы поверила в его чувства. Но теперь мне еще больше хотелось от него отдалиться. Будто только стоит расслабиться и он сразу же вонзит мне нож в спину.
Раны на теле не зажили, но в отличие от моего состояния, когда я вошла в лабиринт, сейчас я явно шла на поправку. Может быть неделя без лекарств и буду полностью здорова. Если, конечно, ничего нового не случится.
Слушая его рассказ, невольно я бросила взгляд на подножие алтаря, где лежал отполированный до блеска ритуальный нож для жертвоприношений. Испещренный рунами нож лежал в одной из двух форм и я готова была поклясться, что два часа назад такой же под ребра мне вонзил Алиф.
Глядя на нож, я задумалась. Огненные жрецы Талание действительно всегда использовали два жертвенных ножа для посвящения, совершая два надреза.
Правда обычно резали запястья, перерезая вены. Порез первым ножом означал намерение и согласие встать на путь освоения силы, как бы не было тяжело. Второй порез — означал подтверждение, что ты с этого пути не свернешь. Дальше на запястья надевали широкие золотые браслеты, украшенные рунами и в общем-то основная часть обряда завершалась. Ну, и между этим горела кровь, подтверждающая наличие огненного дара. Это было очень больно, но таков ритуал. Пламя в целом считается самой жестокой и мучительной стихией. Одно обучение у огненных жрецов до сих пор страшилка для детей.
Но чтобы мои предки дважды вонзали ритуальный нож в сердце? О таком я, пожалуй, не слышала.
Забыв о существовании Сена, я обернулась только когда он второй раз меня окликнул.
— Можешь зажечь пламя в воздухе, пожалуйста? — попросил Сен.
— Зачем? — не поняла я, видя несколько десятков факелов по периметру комнаты.
Сен указал на жертвенное пламя, над которым мерцали символы поиска амулета Целэа.
— Они появились, когда ты вспыхнула как спичка. Но я так был убит горем, что и не обратил внимание на образы, которые мерцали в пламени.
— Признайся, ради этого ты затащил меня в Виа-Грацию, да? — прямо спросила я. — Ты же говорил, что однажды нам придется заехать сюда, чтобы разгадать путь к амулету Целэа…
Сен наклонил голову будто я несу какой-то бред.
— Еще скажи, что я с Алифом договорился, что мы встретимся с ним у "портала" в лабиринт, который возник сразу же после того как он вонзил в тебя ритуальный нож, — Сен недовольно покачал головой. — Но, в том, что я говорил, что однажды нам все равно нужно было сюда когда-нибудь прийти ради поиска амулета Целэа — ты права. И раз уж это случилось против нашей воли, странно будет дойти до центра лабиринта и не разобраться, согласна?
Вместо ответа, я зажгла в воздухе пламя прямо перед его лицом. Сен лишь усмехнулся и слегка дунул на пламя, поднимая его высоко над головой, пока оно не рассыпалось на тысячи искр. Направляя их магией ветра так, чтобы они превратились в огромный огненный купол над головой.
Впервые я так остро почувствовала магию места вокруг меня, как сила наполняющая лабиринт переплетается с моей магией огня и магией ветра Сена.
Я на миг закрыла глаза, наслаждаясь тем как свободно магия течет по венам. Будто больше нет ни одного барьера, который бы ее сдерживал.
Это было похоже на тот самый момент, когда ветер раздувает паруса и корабль скользит по волнам бескрайнего синего моря. Казалось я и правда стою на палубе корабля. Ветер уводит его мимо таинственных берегов, сквозь невообразимые шторма и полный штиль, когда вода до самого горизонта похожа черное зеркало. А потом подхватывает корабль и поднимает его высоко-высоко в небеса. Сквозь пушистые облака и при свете звезд, мерцающих над головой, уносит далеко-далеко. В неизведанные края, где кажется заканчивается мир — к последнему храму огня.