По профессии Маг (СИ)
— Евген, а сколько в вашей партии было народу?
— Поступило девяносто шесть. Из них только десять Боевых Магов, человек пятнадцать Стрелков, и целая куча простых Волшебников. Я думаю, они будут единственные, кого разобьют на несколько групп. Если третья партия Боевых Магов будет человек десять, или максимум пятнадцать, то нас не будут разбивать, и оставят одну большую группу. По крайней мере, я на это надеюсь. Целой толпой проводить время гораздо веселее, чем мелкой группой. Не желаешь кстати посмотреть на третью волну первашей?
— Не получиться. У нас нет доступа на вход в зону инициации. Пропуск был одноразовым. Поэтому нам придется ждать. Мне интересно, будут еще редкие классы, или нет?
— Меня зовут Маша Куликова.
— А я Наташа Куликова.
Мне стало скучно просиживать в четырех стенах, и я созвонившись с Глефой, вытащил ее на улицу. Ну и за компанию прихватил Евгена, хотя тот и пытался сопротивляться. А вот Глефа пришла в компании девушек-близняшек, которые тоже только поступили на Боевых магов. Миниатюрные, светловолосые, с чистыми серыми глазами. Они походили друг на друга, как две капли воды, одевшись абсолютно одинаково, и даже надев одинаковые серьги. Поменяй их местами, и я уже не отличу, кто из них Наташа, а кто Маша. Их поселили втроем в одной квартире. Правда она была двухкомнатной и имела пусть небольшую, но гостиную. Сестры Куликовы почти беспрерывно болтали, и вызывали этим легкое головокружение у меня и Евгена одновременно.
Мы сидели на траве перед нашим общежитием и пытались угадать, как же начнется учеба. Первая половина первого сентября по расписанию занимала физическая подготовка, и что она будет из себя представлять, было совершенно непонятно. Те же упражнения, что и в школе? Хм… Марс, хоть и взял трубку, но таинственно пообещал, что нам понравиться наш первый день, но не стал объяснять, что он будет из себя представлять. Более того, он даже не стал присоединяться к нам, даже ради знакомства с новыми девушками.
— Я предлагаю, отпраздновать наше знакомство. А так как место есть только у нас, то можно зависнуть в нашей гостиной. Мы с девочками, приготовим что-нибудь вкусное, а с вас будет горючка, — прервала наступившее молчание Глефа, — кто за?
— Странная ты Глефа, предложила пойти к нам, а нас с Натой, даже не спросила об этом, — проворчала одна из близняшек.
— Но в твоих словах есть резон. Уж лучше у нас в гостиной, где довольно чисто, чем в общей комнате парней, с разбросанными трусами и носками. Поэтому, я за! — ответила ей сестра.
— ЭЙ! Какие носки и трусы?! Мы только въехали, и еще не успели насвинячить! — возмущенно заголосил Евген, — но раз вы обещаете нас покормить, то я согласен. А ты Акр?
— Ну… На счет того что носки мы не успели раскидать, я согласен. Да и носки я каждый вечер привык стирать… А на счет того, чтобы встретиться и посидеть, я согласен пожалуй. У меня как раз припасено кое-что неплохое.
— Ладно, раз уж вы все за, то и у меня выбора нет, не прятаться же от вас в комнате? Ната меня все равно вытащит. Поэтому предлагаю тогда часа через два Акру и Евгеше прийти к нам. Естественно не с пустыми руками. Отец передал для подобных случаев всяких вкуснях. Правда он же сказал, с парнями не пить, иначе он члены обещал оторвать всяким не туда лезущим…
— Эй! Ты реально хочешь притащить эту бурду к девчонкам? Это же…
— Не боись, мой друг Аркадий. Сейчас я тебе покажу фокус, который уже меня спасал.
Вначале Евген достал из большого рюкзака большой пакет вина, причем весьма бюджетного класса. А затем достал три пустые стеклянные бутылки вина, из более высокой ценовой категории и ловко перелил в них вино из трехлитрового пакета.
— Давай, хвастайся, что у тебя. Это девоньками. А у тебя надеюсь, найдется что-то повкуснее для нас.
Я вначале думал возмутиться, но… В итоге я достал литр домашнего самогона, который отец настаивал на кедровых орехах. Даже за вычетом этого, у меня оставался неприкосновенный запас, в виде пары бутылок неплохого вина, и еще примерно четырех литров самогона, но уже настоянного на какой-то магической траве. Этот самогон, был разлит в небольшие бутылки, так как, несмотря на неплохой вкус, выпить много было невозможно, и в голову он ударял просто чудовищно.
— На кедре. Мощная штука. Поэтому закусывай получше. Если конечно девочки что-то приготовят толковое, а не пачку чипсов…
— Акр! Вы охренели!? Мы с девочками значит наряжаемся, красимся, наводим красоту, а вы заявляетесь в той же одежде, что и были? Джинсы и футболки!?
При взгляде на Глефу, я невольно сглотнул слюну. Она надела обтягивающее фиолетовое платье чуть выше середины бедра, и схватила свою копну рыжих волос резинкой на затылке. Близняшки же надели платья еще короче. И на этот раз даже разные. У одной платье было голубое, с вырезом на груди в виде буквы М, а у второй, платье было красное, и вырез был в виде буквы Н. И на их небольших, но хорошо сложенных фигурках, они сидели просто офигенно.
— Эм… Я надеюсь, что закуска будет, столь же превосходна, как и вы дамы, с легким поклоном сказал я.
— Да и вообще, джинсы снять всяко быстрее, чем ваши красивые платья. С ними пока настрадаешься, все желание поеба… АЙ!
Я не дал Евгену договорить, и ткнул его локтем в бок. Но даже то, что он успел сказать, заставило Глефу покраснеть, до самых корней волос. Но в то же время, выпад Глефы, был совершенно идиотским. Она думала, что мы припремся, на студенческую вечеринку в смокингах?
— Ну, за знакомство!
Первым поднял свою стопку Евген. В прозрачном пластиковом стаканчике плескалась темная жидкость, распространяя вокруг крепкий аромат. Мы чокнулись своими стаканчиками, и пригубили напитки. Точнее девочки пригубили, а мы с Евгеном опрокинули стаканчики одним махом. Я невольно крякнул и закинул в рот еще горячий пельмешек, предварительно макнув его в соус. Отцовская самогонка была и в правду очень забористой, и пить подобное не закусывая, было бы полным идиотизмом. Благо Глефа и близняшки постарались на славу. Они сделали очень годную нарезку из колбасы, сыра и холодного мяса, и самое главное, они сварили громадный тазик пельменей и несколько видов соуса.
— Ммм… Какое вкусное вино! Что это? — Маша, если конечно вырез на платье означал имя, взяла в руки бутылку вина, которую использовал Евген, — Ша-ме-ли-о-ро. Шамелиоро. Я ни разу не слышала о таком вине.
— Это индийское экспортное вино. Используются специальные сорта винограда, и все это настаивается в бочках редких пород дерева, что придает ему особый вкус и аромат. У меня отец частенько катается по миру, и притаскивает всякие алкогольные ништяки. Мне удалось утащить несколько бутылок винца.
Евген говорил со столь серьезным лицом, что я не выдержал, и взяв бутылку в руку понюхал горлышко. Если бы я не знал, откуда перелито это вино на самом деле, я бы может даже и поверил ему. Но, для меня эта бурда пахла керосином и дешманским виноградом. Но глядя, на восторженные глаза девчонок, я промолчал, и не даже не скривился от запаха, хотя это было сложнее всего.
— Да, действительно неплохо. Но все меркнет, по сравнению с кедровкой моего отца. Между первой и второй, перерывчик небольшой?
— Хехе, поехали, мой друг. Нас ждет веселый вечер, плавно переходящий в ночь!
Я разлил еще по рюмке, и подцепив пельмешек макнул его в соус с аджикой.
Я откинулся назад на стуле и крепко задумался. Выпив четыре рюмки, я начал чувствовать действие Ограничителя. Я почувствовал, как начала утекать сила, и как начала приходить легкая боль. Что там говорил Петр Николаевич? Ограничитель действовал в зависимости от статуса? У меня сейчас висело Слабое опьянение, и значит, подавление моих сил будет прогрессировать, а боль буде все сильнее и сильнее, пока я буду пьянеть? Черт! Даже если применить заклинание Трезвость, то хоть боль и должна уйти, какой тогда смысл пить?