Смутные времена Лепрозория (СИ)
Ирма поджала губы. Райга криво усмехнулся и ушел со стрельбища.
***
Тора зашла в шатер Верховного шисаи и обнаружила его сидящим у огня.
— Так и знала, что тебя задели слова Ирмы. Хочешь, я ей голову оторву? — Тора подошла ближе и только тогда увидела, чем он был занят.
Верховный шисаи сидел, сложив лапы. Рукав формы был закатан на левой руке и стянут над локтем обвязками. А из тонкой серебряной трубочки, всаженной в вену, стекала кровь — в серебряный сосуд.
Райга вынул трубочку и залил рассечение переатом. Поднес стеклянную крышку к огню и закупорил сосуд. Трубочка отправилась в банку со спиртом.
— О чем это ты? — спросил Райга, закончив сбор крови.
Тора растерянно смотрела на него, дергая носом.
— Что ты только что делал? — опасливо спросила она, тыкая пальцем в сосуд.
— Собирал свою кровь, — Райга поднялся и отнес серебряную емкость в шкаф — к другим точно таким же.
— Но зачем?
— Боюсь, однажды пригодится, — вздохнул он. — Надеюсь, до этого времени я соберу достаточно. И надеюсь, что кровь не испортится, реактивы из Имагинем Деи довольно старые.
— Ясно, — Тора грустно вздохнула и села на пол у огня.
— Ты пришла меня подбодрить? — Райга вернулся, вытащил из спирта трубочку и убрал ее в один из шкафчиков под столом. — Это лишнее, можешь возвращаться к своим делам.
— Я просто думаю, что Ирма не права, и ты должен знать, что не все думают, как она, — выпалила Тора и плотно сжала губы.
— Но ведь она права, — Райга сел рядом и потрогал пальцем застывший переат. — По меркам многих, я бы даже сказал — большинства, я то еще чудовище. И это они не знают обо мне даже половины.
— Вот именно, они плохо тебя знают.
Райга усмехнулся:
— Для них я убийца детей. Ну и по мелочи — спаситель жизней, повивальный, зубной, хирург, — пожал он плечами и, развязав рукав, раскатал его до запястья.
Тора, не зная, что ответить, грустно вздохнула.
— И они правы в своем презрении. Но меня это не волнует. И тебя не должно.
Тора вздохнула снова.
— Узнаю этот вздох, — усмехнулся Райга. — Дай угадаю, утешение меня — только повод?
Фыркнув, Тора отвернулась.
Райга удовлетворенно улыбнулся.
— И какая печаль приключилась, что даже Тайгон не может помочь и пожалеть бедную несчастную котеечку? — он снял с бедра футляр со скальпелями и принялся их перебирать.
— Жалеют слабых, — поморщилась Тора. — А я не хочу чувствовать себя слабой, не хочу казаться слабой, не хочу ей быть.
Райга понимающе кивнул:
— Значит, сегодня какой-то особенный день? И тебе нужна не жалость, не платочек для соплей и слез и не ласковое «ты не виновата» на ушко?
— Что-то вроде того, — Тора подтянула к себе лапы и обняла их за колени.
— У меня только спирт, — кивнул Райга на один из шкафов. — С лаской — сама знаешь, — развел руками. — Ну и послушать могу. Обещаю не смеяться в голос.
— Ну да, как обычно, — скривилась Тора и встала.
Райга пожал плечами и вернулся к скальпелям.
Тора же прошла за спиртом. Нашла его по подписям Райги, прихватила две кружки со стола, выплеснув из них уже давно остывшее неизвестное содержимое.
— Могу предложить кровь для вкуса и какие-то сладости, что Тай на прошлой неделе принес, — Райга махнул сперва на шкаф с кровью, потом на шкафчик в столе рядом с Торой.
Она достала из шкафчика сверток с марципаном и, не удержавшись — сосуд с кровью из шкафа.
Вернувшись к огню, Тора налила в кружку спирт, разбавила его священной водой с рук. А вторую кружку наполнила кровью.
Села рядом с Райгой, соприкоснувшись коленями, и взяла кружку с разбавленным спиртом в руки. Выдохнула и сделала несколько больших глотков. Тут же запила кровью.
И расплакалась.
Райга забрал из ее рук кружку, чтобы не расплескала, и поближе придвинул марципан, в который Тора тут же впилась зубами.
Тора заговорила, но за всхлипыванием, серканьем носом и чавканьем невозможно было разобрать и слова. Райга смотрел, как играют языки лилового пламени, отбрасывая лиловые отсветы на одежду и тела. Каждая татуировка Торы в свете священного огня сияла еще сильнее.
— Мне так одиноко, — наконец членораздельно взвыла Тора, снова отхлебывая спирт. — Но мне же не должно быть одиноко, как так?!
— Почему ты так думаешь? — Райга повернулся к огню и протянул к нему руку. Языки пламени принялись виться вокруг пальцев.
— Но у меня же есть вы с Таем, — всхлипнула Тора. — Я не одинока! Но чувствую себя так, будто я совершенно одна в кромешной темноте.
— У тебя есть ты, — Райга повел плечом. — А мы — твои братья, твоя родня. Но нуждаешься ты в паре.
— Ты ведь тоже один! Но тебе же не больно, — откусив большой кусок марципана она принялась жевать его, запивая кровью. — Ты не тоскуешь по Лигейе?
Райга мотнул головой:
— По ней — нет. Но не думаю, что я смогу полюбить еще хоть кого-нибудь.
— Я вообще не думала, что ты способен любить, — фыркнула Тора.
Райга криво ухмыльнулся.
— А сама-то? Сможешь ли любить ты? Захочешь ли? Станешь ли? — он наклонил голову и посмотрел на нее. — Да и с кем вообще ты сможешь быть в отношениях?
Тора молча всхлипнула и опустила глаза.
— А может и ну их. Не нужны мне отношения, никто не нужен…
— Ты это мне врешь или себе? — усмехнулся Райга.
— Мне не нужен мужчина, — твердо сказала Тора и икнула.
Райга, подумав, согласно кивнул:
— А знаешь, почему, ушастая?
Она вскинула на него глаза.
— Почти все, что можно получить от мужчин, можем дать тебе мы с Таем, — сказал Райга. — И даем. Заботу, поддержку, общение. Третьего ты не пустишь, вот и все.
— Нет, — огрызнулась Тора, сжав в руках марципан так, что он полез через обертку.
— Мы оба знаем, что да. Вот, смотри, — Райга отодвинул кружки и перетащил Тору на свои колени. Усадил ее удобнее и прижал к себе, обнимая.
Она вцепилась в его форму и всхлипнула. Райга всучил в руки кружку со спиртом, погладил по голове и поцеловал в горячий висок.
Тора шумно отхлебнула и снова стала пожевывать марципановую колбаску.
Райга положил ее голову к себе на плечо и почесал за ухом.
— Большего тебе и не нужно на самом деле.
Тора разревелась, с воем подтянула лапы и вжалась в него всем своим телом.
Прорыдав несколько минут, она выдохлась и обмякла. Райга погладил ее по худым лопаткам и поцеловал в лоб.
— А тебе? — сипло спросила она.
— Что?
— Ты сказал, что мне большего и не нужно, — заикаясь, пробормотала она. — А тебе?
И пока Райга думал над ответом, она уснула.
— А мне? — тихо прошептал Райга и взял из ее ослабших рук кружку со спиртом.
Там оставалось на пару глотков.
— А нужно ли большее мне? — вздохнул он и осушил кружку до дна.
Тора крепко спала, и Райга не хотел ее будить.
Поднявшись с ней на руках, он потушил лиловое пламя и вышел из шатра.
До заката было еще далеко. И к лучшему — сестра проспит до рассвета и восстановится.
Между шатрами показался Тай, и Райга шепотом позвал его. Тора даже не проснулась.
— С ней все хорошо? — обеспокоенно прошептал Тайгон, подбежав к ним.
— Ей просто нужен сон, — Райга передал ее брату в руки и вернулся в свой шатер — за луком и колчаном со стрелами. — Отнеси ее в шатер до утра. И воды оставь побольше.
— А ты? — Тайгон перехватил Тору поудобнее, чтобы она наверняка не проснулась по пути.
— В лес. Мне надо развеяться, — Райга натянул лук и повесил его через плечо. — Буду ночью или утром.
— Береги себя.
#21. Предупрежден — значит вооружен
Косуля вскинула голову и пошевелила ушами, вслушиваясь в звуки леса. Что-то приближалось, она это чувствовала. Но совершенно не понимала, откуда. Хищник, казалось, был сразу в двух местах одновременно.
И он целился в нее.
Щелкнула тетива, и стрела мазнула животное оперением по крупу — будто ожгла!