Под провокатором (СИ)
Либо я слишком помешался на своей зеленоглазой девчонке, что перестал замечать кого-либо вокруг, либо помешанность Асдис на своей работе, не давала мне возможности по достоинству оценить её прелести.
— Ты мне скажешь, наконец, что должна была сделать Гипфелевская принцесса-гений, чтобы покорить твой профессиональный ум?
— Не ум Клауд …,сердце…, она покорила моё сердце, — я закатил глаза. — Она сделала то, над чем мы с Патриком ломали голову с момента смерти моего папы.
— Ты о провокаторах?
— Да. Все гениальное — просто. Всё гениальное — Асдис.
— Тогда я надеюсь, Патрик сейчас не вбежит сюда, подобно тебе, хватаясь за своё пронзённое стрелой Купидона сердце?
— Да ну, разве он может впустить хоть кого-то в него после твоей мамы?
— Эй, парень, полегче! Я вообще-то шутил.
Маркус вскинул руки вверх в сдающемся жесте.
— Ладно. В общем, я пришёл не с пустыми руками.
Я вопросительно посмотрел на него.
Маркус указал мне на застывшую иглу в моей руке. Я совсем позабыл про блокатор. Я ввёл иглу в вену, и сжал зубы, когда лекарство начало, обжигая, растекаться по моим венам.
— Мне жаль, что я ничего не могу поделать с этим, — поджав губы сказал Маркус.
Я стиснул челюсть, и уставился в городской пейзаж, пытаясь отвлечься от боли. Сдавленно произнес:
— Может, скажешь уже с чем ты пожаловал? Кроме новостей о своей внезапно-нагрянувшей любви?
Маркус, будто сразу вспомнив о чем-то, полез в карман своего халата, накинутого на ежедневную одежду и вытащил оттуда белую ампулу.
— Провокатор v3.0[1].
— И?
— Похож на предыдущий, эффект конечно предполагается по слабее, чем от прошлого, действует меньше по времени…
— И что же тогда в нём хорошего?
— Ну, как и обещали, побочки быть не должно. У Асдис на оборудовании всё настолько чётко видно, что мы сразу увидели мутаген. Знал бы я о её возможностях раньше…, эх. Патрик всего лишь не хотел, чтобы тебя теребили другие бункеры. С одной стороны, можно понять, почему он не воспользовался помощью Гипфеля. А с другой…, безмерно жаль упущенной возможности.
— А толку? — хмыкнул я. — Всё равно, люди шепчутся. После каждого нашего задания, когда мне приходилось погружаться, солдаты только об этом и трепались. В каждом бункере знают, что у Великого марла пасынок — искра.
— Согласен. Да и твоя мама тоже настаивала на конфиденциальности…, связывая тем самым Патрику руки. Мы бы вовремя обратились за помощью к Гипфелю, и ты бы с первого раза получил правильный провокатор. А сейчас эти слова «моему другу осталось жить 12 лет» снедают меня по ночам. А ведь, фактически, виноват в этом я.
— Забей, Маркус. Вся ответственность лежит только на мне. Не грузи себя этим, — настроение друга моментально испортилось, и я решил сменить тему. — Ты в курсе, что Мел знает, что это я убил Настасью?
— В курсе, Урсула сказала. Эх, чувак, у тебя такая дерьмовая жизнь.
— Спасибо, что напомнил.
— Знаешь, внучка Патрика сейчас тоже сидит на блокаторах. Ребёнку всего пара месяцев. Джоанна волосы на себе рвёт, когда ей ставят инъекции. Младенец разрывается, плачет….
Я поморщился, вспоминая слёзы собственной матери, когда она так же плакала над моими инъекциями.
— Мне надо забрать Мел, и рассказать правду. Чёрт. А ведь я так хотел уберечь её от этого…, она могла бы прожить оставшуюся жизнь, так и не узнав ничего. Зачем ей это? Лишняя боль, лишние переживания. Это осталось бы в прошлом, умерло бы вместе с ублюдком Рошем, когда я бы его убил.
Маркус кинул мне в руки провокатор, отвлекая меня от мыслей.
— Не говори никому, что я его тебе дал. Патрик узнает, придушит меня. Оно не прошло клинические испытания, но Асдис уверена, что работать будет на 100 %.
— Как часто можно использовать?
— Не знаю, Асдис говорит, злоупотреблять нельзя. У тебя осталось двенадцать лет, так что давай без экспериментов, ладно? Только при крайней необходимости.
— Ты только что сокрушался по поводу того, что выдал мне провокатор своими руками. А сейчас даешь еще один?!
Плечи Маркуса опустились, а на лицо наползла грустная улыбка. Помедлив немного, он произнес:
— Просто…, я знаю…, что тебя не остановить, ты же упертый, как баран. И не смотря на все запреты, все равно поедешь за Мел. Я буду спать спокойней, зная, что у тебя в запасе козырь. Как никак, смерть от пули — вещь по опаснее провокатора. И да…, я поеду с тобой!
Какую же безмерную братскую любовь я сейчас испытывал к Маркусу.
— Зачем мне в бою карманный докторишка? — вяло улыбнулся я. — Лишний раз переживать за твою задницу? Ты же даже пистолета в руках не держал. Вот Урсула, другое дело.
— Ты возьмёшь её с собой?
— Поверь мне, она не меньше твоего рвется поехать, но я решил ехать один. Не хочу подвергать вас опасности.
— Клауд, если бы от меня был хоть какой-то толк я… — Маркус резко нахмурился, и указал на мою руку.
— Что такое? — я опустил взгляд, не понимая реакции друга, и замер.
Индикатор на Катарском наручнике вновь начал мигать.
— Мел… — я вскочил с кресла, позабыв обо всём на свете.
— Стой, погоди, не действуй необдуманно.
— Глушку отключили. Я поехал.
— Клауд, подожди, надо всё обдумать, не действуй сломя голову.
— От неё не было вестей столько дней, я места себе не находил. Она не была у отца дома, Урсулы каналы молчали, не могли её найти. Чёрт подери, — я выдохнул, открывая панель наручника.
Открылась карта, указывая её геолокацию, жизненные показатели, сердцебиение и прочее.
— Она в порядке…, а что это за место? Иди, посмотри, ты Бришалот знаешь, как свои пять пальцев.
Маркус подошёл ко мне, щурясь и всматриваясь в карту. Он почесал подбородок.
— Ну, элитный район, однозначно…, площадь дома огроменная… кто-то из Правящих. Вот соседний дом знаю, это Гонзалесы. А этот…, точно не скажу.
— Как быстро смогу туда добраться?
— На супербайке…, ну…, в пять утра будешь там, плюс-минус. У тебя он до скольки разгоняется?
— На спидометре максимум — 912 км/ч.
— Ну, если будешь держаться скорости 750–800, то в четыре часа с лишним, ты там.
— Все, я выдвигаюсь.
— Погоди, стой, чем я могу помочь.
— Ты итак помог, — я показал ему ампулу провокатора, и пулей выскочил из номера отеля.
[1] V — это аббревиатура «версия». /достоверно/
Глава 37. Осиное гнездо
КЛАУД ДЮБОН
Ровно в одиннадцать ночи следующего дня я был в Бришалоте. Когда заехал в столицу, то брал ориентир исключительно по наручнику. На мне была Гипфелевская военная экипировка, с новейшим инвизером. Стоило признать должное — снаряжение у Нордов, действительно, на голову, если не на две выше не только чем у нас, но и у Конфедерации. Я активировал инвизер на своей униформе и точно такой же на супербайке. Конечно звук его мотора, скрыть — было невозможно. Пришлось припарковать его в пол километре от геолокации Мел, и дальше идти пешком.
Чем больше я использовал новое снаряжение, тем больше испытывал чувство благодарности к Асдис. Просто чудо-техника. В этой униформе меня не видели даже тепловизоры. Докурив сигарету, выкинул бычок, затушив ногой, подошёл к высокой ограде особняка. Воистину, живущий здесь Правящий — настоящий параноик. Даже у Роша забор ниже. Надо было попасть внутрь без лишнего шума, а греметь в ночной тишине мне совсем не хотелось,
Попытка не пытка. Отошёл на большое расстояние, взял разгон и побежал к ограждению, в самый последний момент сделал рывок вверх, упираясь одной ногой в стену. Рассчитывал допрыгнуть до края, зацепиться и подтянуться на верхушку, но был повержен в шок, потому что силы прыжка хватило до самой кромки. Костюмчик что надо, зря грешил.
Поймал равновесие, выпрямился, стоя на ограждении, осмотрелся.
Признаюсь, я ожидал немного другого. Тут была целая армия охраны, и, несмотря на глухую ночь, на территории особняка сновала целая куча людей, занимающихся какими-то приготовлениями и… декорациями. Я не совсем понимал, что происходит. Глянул на часы. Меня запоздало осенило, седьмое февраля — у Мел день рождения. Ей исполнилось двадцать. А какого чёрта она не у себя дома? Правящие устраивают праздник для Мелани, не в особняке Роша? Почему-то шестое чувство шептало, что ничего хорошего в этом нет.