Тёмные лисы (СИ)

— Ты что делаешь? — обрушилась на него Алиса. — Ты выдохнешься раньше этих уродов!
Действительно, Стрекозёл уже тяжело дышал и присел на поверхность крыши.
— А что делать? — спросил он, утирая пот со лба. Одет-то он был по погоде, так что потел адово.
— Дослушать, прежде чем начинать скакать! Смотри. У меня с собой мешочек с сонным порошком. Достаточно просто вытряхнуть его в радиусе двух метров от бандитов, как они уснут на восемь — десять часов, как младенцы. На тебя он не подействует, так что не бойся, можешь подпустить их поближе…
— Откуда он у тебя? И почему для меня безопасно…?
— Я ведьма. У нас было четыре семестра по изготовлению магических зелий и порошков! И за этот курс я всегда получала отличные оценки. А почему на тебя не подействует… Вот вы ребята, что думаете, когда я у вас регулярно кровь беру, я её пью? Или отправляю в ближайший кожвен на анализы? Я все свои боевые и отравляющие зелья готовлю, так, чтобы исключить воздействие на вас… Ладно, на тебе порошок и давай, не промахнись, и особо не рассиживайся, а то эти уроды сейчас на помощь своим бросятся!
Денис взял мешочек и сиганул вниз, прямиком на бандитов. Ну не на головы им, конечно, а рядом. Костоломы, не задумываясь, бросились на него и схватили… Алиса, напрягая глаза, посмотрела вниз. Вокруг уголовников кружилась синяя пелена, а значит порошок он распылить успел. Но на снег рухнули все трое, и так и лежали без движения.
Ведьма достала телефон и позвонила Диане.
— Ди, ты где?
— За углом серой пятиэтажки…
— Видишь место, куда упал Дэн с бандитами?
— Ага.
— Давай метнись к ним туда и посмотри, что с ним, — с этими словами Алиса отключила телефон и стала ждать.
Через пять минут раздался звонок, целительница уже добежала до лежащих неподвижно трёх тел.
— Денис жив, только…
— Что только?
— Ему сломали, ноги, руки и челюсти… Это потому он и молчал, что орать и материться ещё больнее… Но ему, реально, очень и очень больно. А чтобы лечить, его надо вести к нам.
— Скажи чтобы потерпел. Я сейчас спущусь и погружу в сон.
Снова отключив смартфон, Алиса огляделась по сторонам.
— И как я буду, блядь, спускаться?
Она подбежала к краю крыши, посмотрела вниз, потом перебежала на другую сторону.
— Левитация никогда не была моей сильной стороной, — пробормотала она себе под нос. — Но ведь мне сейчас не взлетать, надо просто замедлить падение.
И ей это почти удалось. Успешно пролевитировав вниз три этажа, она сорвалась на уровне второго и рухнула вниз. Хорошо что рухнула она в сугроб — поэтому ведьма и выбрала эту сторону, для страховки и она пригодилась.
— Ого, — раздался голос сверху и ведьма внезапно осознала, что она-то лежит носом в сугробе, а юбка у неё задралась и хоть колготки тёмные, но…
Быстро вскочив девушка поправила юбку, посмотрела на говорившего — это был небритый мужик лет под сорок, в ватнике накинутом поверх майки. Вышел покурить на балкон, или если речь идёт о первом этаже — на лоджию?
— К любовнику пришла, а тут жена его вернулась из командировки, пришлось прыгать с балкона, — отмазалась Алиса и рванула на другую сторону пятиэтажки, услышав вслед только удивлённое: херасё, кому-то везёт!
Стрекозёл был и правда жив, только в глазах его затаилась дикая боль.
— Тихо, тихо, — сказала Алиса и поцеловала соратника в губы, предварительно произнеся небольшое заклятие.
Денис немедленно отключился, а ведьма заозиралась по сторонам.
— Сейчас посмотрю, что там у Арки, — сказала она. — А потом перенесу их к магазину.
На телепорт домой у ведьмы уже сил не было. Сказывались недавние приключения в районе Оки. Бегом добежав до магазина, Лисёнок обрадовано заметила, что Аркадии всё получилось. Тела юриста и оценщика погрузились в кубы льда по самую голову, а сама Льдинка устроила рядом небольшой каток и каталась по нему взад и вперёд, распевая какую-то песенку. На бандитов, оказавшихся в ледяном плену, было даже как-то жалко смотреть, такой ужас застыл на их лицах.
Алиса повернулась лицом к пятиэтажке, что-то пробормотала под нос и переместила к ювелирному магазину двух бандитов, Дэна и Диану. Потом она вернулась к замороженным бандитам.
 
— Люблю когда мужики не шевелятся, — ехидно сказала ведьма, вливая в рот любовное зелье по очереди Лукину и Волохину.
Те, перебивая друг друга, начали рассказывать девушке, как они её безумно её любят и сделают ради неё что угодно.
— Арки, убери лёд, уже не надо.
Стройновская, отвлёкшись от катания, растопила кубы и освобождённые бандиты рухнули на колени. Нет, не от бессилья, а снова признаваясь в любви.
— Доказать свою любовь вы можете одним способом, — сказала Алиса. — Говорите мне, где прячется Зайцев.
Опять же перебивая друг друга, они начали клясться, что Косой, куда-то капитально залёг на дно, в место под названием Виноград, но где это они даже не представляют.
— Так найдите! — сказала она бандитам, жестом отпуская их. — Если разыщете дам обоим.
Юрист и оценщик, вскочив, моментально попрощались с ней, поцеловав напоследок и облапав. Ведьма фыркнула.
— Всё равно не жильцы, — сказала она Диане, надевая маску, которую она снимала на время обработки бандитов. — Как только начнут интересоваться, свои же завалят, даже не выясняя ничего.
Алиса ещё раз оглядела улицу, которая и так была немноголюдной, а с началом разборки так и вовсе опустела.
— Арки, приди в себя, — приказала Алиса Стройновской. — Сейчас поговорю с ювелиром и будем думать, как тащить груз домой.
— А таки за мной далеко ходить не надо! — шустрый старичок уже выскочил из дверей магазина. — Ой-вэй, какие лихие девушки! Но вынужден заметить, шо желательно этих шлимазлов куда-то убрать и поживее, а то портят бизнес, шо люди таки подумают? Что старый ювелир изводит своих клиентов?
— Сейчас уберём, подождите. Мы команда «Тёмных лис» и нам нужно немного времени.
— А меня таки зовут Авраам Шалом, — сообщил ювелир и у Алисы даже вырвалось: я уже поняла, прежде чем она прикусила себе язык.
— Вот и замечательно. Если вы спросите, почему меня так зовут, то скажу, что папа мой, чтобы ему на том свете не икалось, был отчаянным франкофоном. Так любил всё связанное с Францией, шо даже дома говорил по-французски. Таки, правда, когда мама не слышала. Таки вот, на заре буйной юности, когда язык он знал не так хорошо, решил он сменить фамилию, обычную еврейскую — Кацман. Но шобы не порывать окончательно с корнями, просто перевёл её на французский и с тем пошёл в государственные органы. Те согласились, как поняли, шо он от них желает, грассировал батюшка, так что любой натуральный француз обзавидуется. Да, сказали они, пусть таки тебя, шлимазла картавого, за француза принимают и выписали ему новый паспорт. И таки, если ви знаете за идиш, то уже поняли шо к чему. Кац это кот, по французски — ша. Ман, это человек. По-французски — лом. Короче, папаша понял, только когда пришёл домой, и его мама, моя бабушка ему сказала, какой он непроходимый шлимазл, и раз променял фамилию, то может идти из нашего штетла хоть до Парижа с голой жопой, ей он больше не сын, но потом сменила гнев на милость, когда он-таки взял в жёны девушку из хорошей семьи и та дала согласие исключительно из-за фамилии…
— Я поняла, — подняла руку ведьма, обрывая этот поток сознания. — Очень приятно, жаль, что представиться не могу, конспирация, знаете ли…
— Таки прекрасно вас понимаю, Алиса Андреевна, — всплеснул руками ювелир Шалом. — Ви в нашем городе человек новый, кому доверять непонятно, мало ли шо…
Рыжую ведьму парализовало. Но справившись с замершими мышцами и нервами, она всё-таки повернулась лицом к Аврааму Шалому.
 
— Откуда. Вы. Меня. Знаете? — чётко спросила она у странного ювелира.
— Таки Афанасий, Архимаг, всех наших предупредил, шобы не было хипиша, за вас и ваш гамуз.
— Вы маг! — облегчённо выдохнула Алиса, возможно, даже громче, чем требовалось.