Последняя жертва

— Правда? — бросил Мэт, и я почувствовала, что он мне не верит.
— От бродяг воняет застарелым потом и мочой, — продолжила я объяснять вполголоса. — Если подойти ближе, можно различить запах алкоголя, обычно отвратительного качества, — они часто блюют во сне. Они роются в мусорных корзинах в поисках еды и уже не могут избавиться от этой вони. И довольно часто пачкают одежду. От них воняет фекалиями.
— Откуда тебе столько известно о парфюме «Бродяга»?
— Бездомные частенько приносят нам больных животных, — ответила я, пятясь от двери. — Думаю, нам стоит подождать на улице.
Мэт несколько секунд смотрел на меня. Потом нагнулся к двери и еще раз сильно втянул носом воздух.
— По-прежнему ничего не чувствую.
Отсутствие тонкого нюха у Мэта вывело меня из себя.
— Ты моешься каждый вечер, — выкрикнула я. — Почти каждый день моешь голову. Предпочитаешь кофе чаю, но сегодня вечером выпил бокал красного вина. Не далее как час назад ты гладил собаку, а потом принял душ.
— Ты намекаешь, что от меня воняет собачьим дерьмом?
— Я хочу, чтобы ты отошел от двери. Он там, а задвижка не слишком крепкая.
Мэт взглянул на задвижку на двери, потом на меня.
— Если он все еще там, кого же я тогда видел в переулке? — задал он резонный вопрос.
Ответа у меня не нашлось. Пока я думала, что сказать, Мэт потянулся к задвижке.
— Нет! — Я молниеносно оказалась у него за спиной, моя рука потянулась, чтобы остановить его. — Нет. Даже не думай. Пусть этим занимается полиция.
— Клара, я хотел…
В этот момент раздался стук в дверь черного хода, снаружи замаячила огромная тень. Мэт оказался проворнее меня и открыл дверь. Его приветствовали удивленно:
— О, добрый вечер, сэр!
Мэт по-хозяйски впустил в дом трех полицейских.
Они вежливо выслушали мой рассказ, но когда я сказала им, что убеждена: незваный гость у меня в подвале, — их отношение к происходящему резко изменилось. Они напряглись, встревожились. Один из них, самый старший, взглянул на Мэта.
— Вас вызвала мисс Беннинг, сэр?
Мэт отрицательно покачал головой.
— Нет, просто я не спал. Моя собака по сути еще щенок. Ей приспичило на улицу.
— И вы видели мужчину в доме мисс Беннинг?
— Увы, нет. Я услышал ее крики. Заметил какое-то движение у входной двери. Я хотел войти в дом с черного хода, но дверь оказалась заперта. Я обежал дом, но, еще не добравшись до входной двери, услышал чьи-то шаги. Я прошелся по переулку и снова услышал шаркающие шаги. Но ничего не разглядел.
— Сейчас в округе полно барсуков.
— Верно. Вчера наткнулся на одного у себя в саду, — согласился Мэт.
— Мне плевать, кто там шел по переулку! — гаркнула я. — Мужчина, который напал на меня, не мог покинуть мой дом. Обе двери были заперты. Я сама отпирала заднюю дверь.
Я головой указала на дверь в подвал.
— Он там.
Мэт взглянул на меня и вздохнул.
— Ладно, теперь, когда прибыла помощь, пойду взгляну. Прикройте меня, сержант.
С этими словами он протянул руку, отодвинул задвижку и взялся за ручку. «Прикройте меня, сержант». Я схватила его за руку, пока он не потянул на себя дверь.
— Что, черт возьми, ты делаешь? Ты ведешь себя, как дешевый статист в спагетти-вестерн.  [8]Возле тебя трое полицейских. Отойди, дай им заняться своим делом.
— Клара…
Я заметила, как два констебля переглянулись за спиной у Мэта. Сержант не смог скрыть усмешку. Мэт снял мою руку со своей руки.
— Клара, я очень тронут, но…
— Что мне нужно сделать, чтобы ты отнесся ко всему этому серьезно? В подвале человек, который напал на меня. Возможно, тебе трудно поверить, что кому-то пришло в голову напасть на меня. Но клянусь, так и было. Если ты откроешь эту дверь, то запросто можешь пострадать. — Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.
Я уже не могла мыслить здраво. Единственное, что я понимала, — я не хотела, чтобы Мэт спускался в подвал.
— По правде сказать, мисс… — начал было сержант.
Не знаю, как могло такое произойти, но теперь я крепко схватила Мэта за обе руки.
 
— Меня не впечатляет глупое геройство. Если не можешь вести себя благоразумно, иди домой, пусть за дело возьмутся профессионалы.
За нашей спиной фыркнул один из полицейских.
— Клара, замолчи, — тихо произнес Мэт.
Внезапно меня осенило. Все трое полицейских, казалось, веселились от души. Мэт поднял свои руки, которые я держала мертвой хваткой. Я отступила, меня пронзило ужасное чувство: я только что выставила себя на посмешище. Высвободив руки, Мэт полез в задний карман джинсов. Вытащил маленький черный бумажник.
О, нет!
Одной рукой он открыл бумажник и показал удостоверение. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прочесть текст и удостовериться, что на маленькой фотографии изображен стоящий передо мной мужчина.
— Полиция Дорсета? — проговорила я, как будто написанное на удостоверении было мне непонятно. «Клара, какая же ты дура!»
— Да.
— Заместитель начальника полиции?
«Ну, разумеется, он из полиции. Иначе откуда он знает всех? Вот почему к нему так уважительно относятся!» Никогда раньше я не чувствовала себя настолько глупо. Дать бы тебе разок! Нет, этого мало. Наступить бы со всей дури тебе на ногу!
— Каюсь, виноват, — сказал Мэт. — Я мог бы отправить своих парней обследовать подвал, а сам стоял бы с тобой в обнимку, но этому надо положить конец. Констебль Аткинс, останьтесь, пожалуйста, с мисс Беннинг.
Констебль Аткинс подошел ко мне, а Мэт открыл дверь, нагнулся, заглядывая внутрь, и зажег свет. Выкрикивая предупреждения, он стал спускаться по ступеням. За ним двинулись второй констебль и сержант. Мы с Аткинсом остались на месте, прислушиваясь к тому, как три человека ходят в подвале. Через несколько минут в дверном проеме показался Мэт, вошел в кухню и поманил меня к себе. Когда мы оказались в соседней комнате, он повернулся ко мне лицом. Раньше я не видела его таким.
— Клара, — произнес он, — в твоем подвале никого нет.
  
15
 
— Мы везде проверили, — продолжил Мэт. — Да там и негде прятаться.
Я не сводила с него глаз. Я была уверена. Я слышала, как некто ходил по подвалу.
— Должно быть, он как-то выбрался из дома. Возможно, через окно, — рассуждал Мэт. — Скорее всего, именно его шаги я и слышал там, в переулке.
Я покачала головой.
— Он был в подвале, — сказав это, я поняла, насколько упрямой кажусь.
— Хочешь, чтобы ребята осмотрели дом? Проверили окна? Поискали следы взлома?
Я кивнула, и трое полицейских начали обыскивать мой дом. Я несколько минут выждала и не выдержала: прошла через кухню и распахнула дверь в подвал.
— Минуточку! — У меня за спиной стоял Мэт.
Я спустилась по ступенькам и стояла, оглядываясь, как будто могла заметить то, чего не заметили трое полицейских и заместитель начальника полиции.
Стены в подвале были каменные, местами сырые — недалеко протекал ручей, но в основном сухие, с потрескавшейся штукатуркой. На полу возвышалась груда пластмассовых ящиков, за ними виднелся старый встроенный шкаф, который я использую для хранения инструментов, на стене — полки с ветеринарными принадлежностями. Еще здесь был холодильник. Прятаться негде. И выхода нет. За исключением…
В низком потолке подвала был люк. В давние времена, когда еще не было центрального отопления, его использовали для того, чтобы сгружать уголь прямо с улицы. С одной стороны он держался на петлях, еще с двух, противоположных, — на дверных засовах, а с четвертой запирался на висячий замок. Над люком, на улице, стоял большой и тяжелый цветочный горшок. Я подошла и крепко ухватилась за один из старых железных засовов.
— Мы проверяли, — начал было Мэт, когда я стала изо всех сил тянуть, но засов заржавел и не поддавался.
Мэт, нагнувшись, чтобы не задеть низкий потолок, подошел и отстранил меня. Схватил засов сам и несколько раз попытался рывком открыть. Потом проверил второй засов и навесной замок. Люк не поддавался.