О чем шепчет море (СИ)

– Хорошо. Я бы купила нечто подобное, но оранжевый – совершенно не мой цвет.
– Ты права, – кивнула подруги и спохватилась, откладывая шляпу. – Сходила к мэру?
– О да…
Я быстро рассказала ей о том, что случилось у господина Корста. Ожидаемо, но фамилия Грэн Элизабет совсем не впечатлила. Она всю жизнь прожила в Морангене, не слишком сильно следила за светскими новостями и ничего не знала о столичной знати. Гораздо больший интерес вызвали мои слова о внешности и молодости инквизитора. И не в смысле, что Лиз тоже захотелось обаять его, а в плане будущей прибыли. Появление в городе нового привлекательного мужчины явно приведет к тому, что многие дамы захотят обновить свой гардероб.
– Интересно, он женат? – задумчиво пробормотала Лиз.
– Не успела спросить, – хмыкнула я. – Да и все равно, если честно.
Висевший над дверью колокольчик звякнул, сообщая о том, что к Лиз пришли.
– Госпожа Тамблин…
Я развернулась и увидела секретаршу мэра, которая замерла, заметив меня.
– Госпожа ведьма, вы здесь? – пролепетала она.
– О нет, – я решительно окрестилась от всех возможных подозрений. А то вдруг решит, что можно уговорить меня открыть лавку в законный выходной или что-нибудь заказать. – Уже ухожу.
Схватив пакет с горицветом, я попрощалась с Лиз и отправилась домой. Тем более, погода поменялась. Небо затянуло облаками, спасавшими от солнечного жара. Но стало очень душно, и даже ветер не приносил облегчения. Кажется, на Моранген шла гроза.
Добравшись до своего коттеджа, я отнесла горицвет в кладовку, а потом устало упала в свое любимое кресло, стоявшее в гостиной у большого окна. Что за безумный день… Покойник, мэр, инквизитор… Как меня угораздило в это вляпаться? И хотелось бы убедить себя в том, что все можно просто выбросить из головы и спокойно заниматься своими делами, но интуиция шептала: скучать мне придется еще не скоро. А интуиции я привыкла доверять.
Где-то у горизонта громыхнуло, отчего у меня вырвался обреченный вздох. Еще одна неприятная неожиданность. Или неожиданная неприятность. Или ожидаемая, ведь лето в Морангене щедро на дожди и грозы. Вот только у меня срывались планы. Сегодняшний день подходил не только для сбора коркурусов. Я думала ночью отправиться в лес, искать корень голубого папоротника, который нужно было выкапывать непременно под светом полной луны. Но если разыграется гроза, ночной поход не состоится. А мои запасы подходили к концу….
После ужина стало понятно, что на сегодня о папоротнике можно забыть. Небо окончательно затянули тучи, и разразилась гроза. Помыв посуду, я поднялась наверх, в свою спальню, и распахнула окно, выходившее на море. Многие говорили мне, что не отважились бы жить здесь, на мысе, который с трех сторон окружает вода, а каждый новый шторм словно пытается проверить на прочность. Но мне не было страшно. Я любила штормы и грозы. Вот как сейчас, когда кажется, что небо и море слились в единое целое. Молнии сверкают на фоне черно-синих туч, воздух пахнет озоном и солью, а капли дождя обжигают лицо прохладой. И энергия бушует вокруг вместе с ветром и волнами.
Я люблю море. Огромное, непостижимое и безбрежное. Приехав в Моранген из Айкера, я влюбилась в него сразу и насмерть. Удивительно, но оно ответило мне взаимностью. Подарило возможность чувствовать свою энергию – чистую, необъятную, мощную. И я никогда бы не стала использовать море, чтобы спрятать в нем свои грешки. Это все равно что плюнуть в душу близкому человеку. Так что пусть новый инквизитор работает как следует и не думает меня подозревать.
  
ГЛАВА 3
 
– Ну и как тебе новый начальник?
Гордона Кроу, штатного мага Полицейского управления, мне удалось выловить только на следующий день. Я жаждала интересных сплетен, а некромант оказался не против мне их предоставить. Поэтому вечером я перехватила его возле Управления, и мы отправились в наш любимый рыбный ресторан. Правда, сначала пришлось терпеливо дождаться, пока Гор, голодный после долгого рабочего дня, утолит хотя бы первый голод огромным форелевым стейком. Но кальмары в зеленом соусе скрасили мое ожидание. А когда некромант, наконец, отложил вилку, я задала волнующий меня вопрос.
 
– Неожиданно, – честно признался Гор. – Никто не думал, что нам пришлют инквизитора. Но это к лучшему. Меньше бумажек придется в Орден отправлять.
– Он уже принял дела?
– Прямо вчера и начал. Познакомился со всеми нашими, прогулялся по Управлению. Занял кабинет Фрэнка.
Я кивнула. Новое начальство село в кабинет старого, отбывшего на заслуженный отдых. Ничего необычного.
– Как впечатления? – поинтересовалась, накалывая на вилку кусочек кальмара.
– Ты знаешь, неплохо, – ответил Гордон. – По крайней мере, инквизитор не стал сразу наводить свои порядки или нагло лезть в дела. Только самым последним заинтересовался – твоим безголовым приятелем.
– Да? А там уже есть, чем интересоваться?
– Как тебе сказать… – некромант вздохнул. – Готов поспорить на месячное жалование, это висяк. Личность покойника мы пока не установили. Причину смерти – тоже. На теле никаких серьезных повреждений нет, по анализам – ни ядов, ни проклятий или смертельных заклинаний. Значит, все, что могло указывать на причину, было на голове и вместе с ней же и пропало.
– Понятно.
– Пока ясно только то, что это мужчина, в возрасте от двадцати до тридцати лет. Среднее телосложение, без особых примет. Есть признаки, говорящие о том, что убиенный был не против выпить и занимался тяжелой работой. Вода смыла с него все следы магии или ведьминской ворожбы, если таковые имелись. Кроме твоих, разумеется. Призвать дух в тело у меня не получилось, головы-то нет.
Гордон замолчал, потому что официант принес мне заказанный десерт. А когда мы снова остались без лишних ушей, продолжил:
– Умер он часов за пять до того, как ты его нашла.
– Это хорошо, – вздохнула я. – Хотя алиби на ночь у меня все равно нет.
– Заведи себе уже мужика, будет тебе алиби обеспечивать, – посоветовал Гордон.
– Вот уж спасибо, – фыркнула я. – Значит, расследование сразу зашло в тупик и вряд ли оттуда выберется?
Гор растерянно взъерошил свои чуть вьющиеся каштановые волосы, которые вкупе с узким бледным лицом делали его похожим на бродячего художника, а не полицейского эксперта. А потом признался:
– Вообще есть кое-что, что превращает это убийство в не совсем обычное дело. Во-первых, голову ему не отрезали или отрубили, а оторвали. Правда, непонятно, стало ли это причиной смерти или покойник лишился столь важной части тела уже посмертно.
– Это неожиданно, – хмыкнула я. – Чтобы оторвать голову, убийца должен быть очень-очень сильным. Ну или действовать в состоянии аффекта.
– А во-вторых, – некромант огляделся и понизил голос, – тело оказалось практически полностью обескровлено.
– Правда? – изумилась я. Это что еще за новости? – Такое возможно?
– Теоретически, возможно. Хотя даже на бойне, там, где туши обескровливают специально, все равно не могут удалить всю кровь. Но одно понятно точно: сама она из нашего покойника вряд ли могла вытечь. Так что этому явно поспособствовали.
– Мать моя ведьма, – меня передернуло. – Не хватало, чтобы у нас в Морангене еще маньяк завелся.
– Да уж, – поморщился Гордон.
– Хочется извиниться за то, что я подбросила вам такую неприятную загадку.
– Наоборот, тебе благодарность надо выписать за то, что ты его вообще нашла. Наш преступник очень хотел замести следы. Не получилось.
– Пожалуй, обойдусь, – хмыкнула я нервно.
А Гордон одним глотком допил морс и еле сдержал зевок.
– Ну что, пойдем? Я сегодня еще и ночную за Хартмана дежурил, поэтому спать хочу зверски.
– Оу, – кивнула я, – конечно. Сказал бы сразу.
Гордон положил на стол банкноту и подал мне руку. Я поднялась, надевая шляпку, и мы отправились к выходу.
– Главное, что меня никто не подозревает, – пробормотала я, пока мы лавировали между столиками.