Первые шаги за гранью (СИ)

Окончив жизнь крысы, чья морда после третьего подряд «промаха» была уже откровенно страдальческой и выражала явное желание умереть, Виктория двинулась дальше.
Следующей темой экспериментов стали точность и урон её собственных атак. Что будет, если нарочно бить мимо врага, по которому исходя из Системной математике ты попадаешь при любом результате броска кубов? Ты промахнёшься, потому что целился не в него. «Ну хоть что-то похожее на здравый смысл в этом долбанутом мире,» — подумала Виктория и отвесила зомби щелбан. От щелбана зомби лишился верхней части головы и окончательно упокоился.
У щелбана как такового урон минимальный — единица. Тем более что Викина сила не даёт бонуса к силе физической. Вот только особенность «мифическое существо» прибавляет 10–20 к любому урону. А из-за разницы между «точностью» Викиной атаки и показателями защиты зомби, последний почти гарантированно получает критический удар, из-за чего урон умножается на 2. А тут ещё и удар по уязвимому месту, голове — так что зомби получает дополнительный урон! Так что с точки зрения Системы, мифическое существо обычным щелбаном вполне может нанести 35 урона, что как раз равняется количеству жизненной силы низкоуровневого зомби.
«Спасибо хоть бонус удачи из-за искажения реальности к урону не прибавляется,» — подумала Виктория.
Почему спасибо-то?
«Потому что это и так долбанный сюрреализм».
И что, тебе стало бы хуже от лишних 26 урона?
«К урону щелбаном? Да, стало бы,» — ответила Вика.
Следующей жертвой бесчеловечных опытов стал очередной скелет. Виктория схватила его за руку и пару раз царапнула по кости демоническими когтями. Скелет развалился на куски. Царапина считалась единицей урона, а дальше включись все те же самые бонусы. Из любопытного — удержание считалось «боевой техникой захвата», и Система плодила кучу расчётов, чтобы определить исход. Виктория тут имела ноль бонусов, не считая искажения реальности и своей «мифичности». Их более чем хватало.
Наконец эльфийка вышла к цели — осквернённому алтарю. На вид это была обычная статуэтка в виде дракона, стоявшая в стеновой нише. Охранял её зомби в нормальных железных доспехах, с блестящим зачарованным мечом, искрящимся магическим щитом, и классом «воина» десятого уровня поверх класса «нежити» пятого.
— Итак, финальный эксперимент, — сказала Виктория, после чего указала на зомби пальцем и громко добавила, — Именем Рал-Нэш-Уторы, за непростительное преступление — преграждение моего пути, я приговариваю тебя к смерти!
Способность «Приговор девяти аспектов» активирована.
Проверка точности…
Успех!
Зомби рухнул как подкошенный, а Виктория получила опыт за убийство. В сумме за практически полную зачистку подземелья эльфийка получила 1102 опыта.
Виктория подошла к статуэтке, и Система вывела перед глазами эльфийки новый текст.
Суть — проверка навыка. Требовалось воскресить алтарь, либо молитвой Эсену, либо магией. Какие конкретно цифры Система собралась проверять в первом случае, Вика не знала. Во втором требовалось «владение магией», а сложность проверки равнялась 30. Коснувшись каменной мордочки дракона, Виктория под чутким и строгим руководством Системы направила ману в статуэтку. Успех, ещё одна сотня опыта, и выбор между двумя порталами, открывшимися прямо в стене по бокам от ниши.
Вернуться в холл лабиринта.
Второй этаж «осквернённых подземелий». Уровни противников 11–33. Цель — найти и очистить осквернённый алтарь.
Естественно, Виктория выбрала второй этаж. Прежде чем нырять в портал, эльфийка забрала у дважды мёртвого зомби его зачарованные меч и щит, и убрала их в инвентарь.
«Хорошо всё-таки иметь читерские способности вроде почти бесконечного подпространственного хранилища,» — подумала Вика.
Ты довыделываешься, жопой чую.
— У тебя нет жопы! — воскликнула эльфийка.
Всё равно. Ты уверена, что стоит лезть к тридцатым уровням?
«Более чем,» — ответила Виктория и шагнула в портал.
   
Глава 41. Ходящая-за-Гранью и её методы, часть 3
 
Гоблины. Очень много гоблинов — вот что встретило Викторию на втором этаже осквернённого подземелья.
Гоблины были хитрыми, хорошо снаряжёнными и организованными. С образом низкоуровневых монстров-слабаков они не вязались вообще ни в каком контексте. 
Зеленокожие лопоухие карлики имели полноценную подогнанную под их фигуры броню, зачастую усиленную магией — демонические когти её как правило не пробивали. Действовали гоблины небольшими группами, слушались командиров. В каждом отряде были свой жрец и маг. Без усиливающих чар гоблины в бой не шли. От «голоса вестника» не умирали, по крайней мере, массово — сначала многих спасал просто высокий запас жизненной силы, а потом жрецы стали массово накладывать на союзников защиту от урона звуком и чары, повышающие стойкость. «Зловещее присутствие» и «песнь сирены» первое время давали Виктории очень сильное преимущество — сложно воевать и следовать тактике, когда ты напуган и слышишь сводящую с ума громкую песню, от которой ещё и чудовищно больно. 
Но жрецы умели снимать с союзников как минимум испуг. А потом все атаковавшие эльфийку отряды вдруг стали иметь артефакты и защитные чары с бонусами к защите волей, помимо защиты от урона звуком и повышенной стойкости.
Одним из первых уроков, который они преподали Виктории, стал урок скромности и осторожности. Оказывается, когда показатели точности и защиты различаются не так колоссально, как было у Вики с нежитью на первом этаже, подставляться под все атаки — очень плохая идея. Потому что Система перестаёт подыгрывать. Не пытаешься уклоняться — лови штраф к уклонению, не пытаешься парировать — лови штраф к парированию, на тебя накладывают заклинание тошноты и не ты пытаешься сопротивляться, хотя бы просто приговаривая «не блюй, не блюй, не блюй» — лови штраф к стойкости. А вот если восприятия и ловкости хватало чтобы за время полёта стрелы или удара отскочить куда подальше — система автоматически засчитывала врагам промах. И хотя циферки статов продолжали создавать у Виктории чувство нереальности происходящего, явно влияя на исход того или иного действия, это уже гораздо больше походило на реальный бой…
При потерях гоблины не паниковали и грамотно отступали, утаскивая собственных раненных, но при этом не рискуя всем ради одного или двух подранков. Понимая, что товарищи их не спасут, обречённые шли в самоубийственную атаку, любой ценой пытаясь нанести Виктории урон или хотя бы выиграть время. Спасённые же вскоре возвращались в строй — помимо целительских способностей жрецов, у гоблинов явно где-то был полевой госпиталь. Причём попасть в это «где-то» было не так-то просто — гоблины пользовались собственной системой узких лазов и тоннелей, куда обычный человек бы просто не пролез.
Гоблины устраивали засады и атаковали со спины. Они, очевидно, имели какую-то глобальную связь — действия и тактики отрядов были слишком хорошо скоординированы. Пользовались заклинаниями и артефактами, дававшими невидимость и бесшумную ходьбу. Не только чтобы нападать, но, и чтобы сбегать, скрытно перемещаться или прятаться. Последнее, впрочем, выходило совсем плохо — невидимостью от истинного зрения не скроешься. Гоблины трезво оценивали свои силы и вскоре перестали лезть к Виктории в ближний бой. Вместо этого они переключились на дальнобойные атаки, ловушки и тактику «бей и беги». 
Помимо стрел, опять же частенько зачарованных, в эльфийку летели и обычные заклятья. Ранга E и D — как только гоблины поняли, что у противницы иммунитет к магии F-ранга, то перестали использовать низшие заклинания для нападения. Гоблины использовали зачарованные стрелы и кидали Виктории под ноги бутылки с различной алхимической дрянью. Бутылки либо взрывались и стеной синего пламени, либо порождали облака едкого дыма, ядовитого газа и ледяного тумана. Парочка гоблинских магов умела призывать нежить и бросала на Викторию скелетов в качестве пушечного мяса при любой возможности.