Бумеранг Колчиной (СИ)

Загорский снимает кольцо, которое они купили вместе, и оставляет его на столе. Глотает залпом рюмку с виски, и идет с натянутой улыбкой к развлекающимся родителям и их гостям.
Новогодние праздники пролетели, все вернулись к своим делам, а Жаклин готовилась к скорому появлению малыша. Рита помогала ей обустраивать квартиру, и комнатку для младенца.
— Ну как у вас с Филиппом? — Марго не теряла надежды, что Жаклин снова займет место музы в жизни её мужа.
— Все по старому — грустно вздохнула француженка, складывая распашонки в комод.
Колчина от обиды, что все идет не так как ей надо поджала губы, отвернулась от Жаклин и продолжила разбирать детские вещи, каждое движение было резким наполненным злостью, будто если она разорвет ползунки, ей станет легче.
Вячеслав сидел в кабинете, и, отвернувшись от стола, смотрел на сыпавший снег за окном. Смотря на снегопад, Загорский успокаивался, он порывался порвать письмо, но не мог. Спрятал его в нижнем ящике стола, и иногда перечитывал, например как сегодня. От тоски он снова налил себе стопку виски, положил в неё лед и потягивал алкоголь. После пятой такой стопки, почувствовал, что жаждет приключений, ему жутко захотелось танцевать. Загорский позвонил другу:
— Стас, ты уже открыт? Сейчас приеду, — заплетающимся языком проговорил мужчина и, пошатываясь, пошел из кабинета.
— Ирина Андреевна, — он мутными глазами посмотрел на секретаршу, — сегодня я ушел, завтра, наверное, меня не будет. Давайте здесь сами.
У Ирины Андреевны был шок, после этого злосчастного письма, у начальника снесло крышу, женщина никогда не видела его в таком состоянии.
— Вячеслав Игоревич, завтра последний день выставки, возьмите пригласительные, сходите. — Она протянула два билета красиво оформленных с позолотой. Мужчина выхватил их и небрежно запихал в карман пиджака.
Стас встретил друга на крыльце, около клуба. Тот еле вылез из такси и пьяно улыбаясь, завалился на скользкой ступеньке, пришлось Стасниславу с его охраной затаскивать его в кабинет и укладывать на диван.
— Славка — твердо сказал Горин, — что опять случилось, почему ты пьешь?
— Мне плохо, — Слава прижал ладонь к груди — сердце разрывает, Рита написала, что больше не любит меня и остается во Франции. Она не приедет ко мне — он закрыл глаза, сдерживая подступившие слезы — Почему она выбрала мужа?
— Загорский, успокойся, — строго прикрикнул Стас, — Угораздило тебя полюбить эту девчонку, тебе необходимо переключиться на других женщин. Начни общаться с противоположным полом, может понравиться какая? Если будешь бухать, будет только хуже.
— Понял, — закивал головой Вячеслав — Ты прав, я попробую. Не буду больше ждать Колчину.
Загорский немного поспал, проснулся с головной болью и спустился вниз, в клуб, где уже зажигала молодежь. Он подошел к бару и заказал пять стопок виски, он поднял первую и выпил залпом. В голове еще шумело, он поднял вторую рюмку, и почувствовал на запястье руку, он повернул голову. Перед ним стояла Светлана, она смотрела на него, не отводя взгляда:
— Хватит пить, пошли, потанцуем — она потянула его на танцпол. Слава успел закинуть в себя еще стопку и почувствовал, как алкоголь проник в его сознание, смешиваясь с дневной порцией. Он расслабился, и музыка понесла его в другой мир, где Вячеслав был свободен от мыслей, не было страданий, любви, преданности, предательства. Был только он, мелькающие огоньки, и повторяющийся бит музыки. Загорский танцевал в толпе и отключился от всего мира. Через некоторое время его начала тормошить Смирнова, и он вернулся в реальность, сфокусировал на ней взгляд и потащил к барной стойке.
— Ты откуда здесь взялась? — поинтересовался он.
— Я вам звонила, взял трубку ваш друг Станислав, он мне сказал, что вы находитесь здесь. — Отчитывалась Смирнова, — я подумала, что нужно поддержать вас, в сложное время, и вот я здесь.
— Спасибо, мы сейчас не на работе, называй меня Славой и давай на «ты».
— Хорошо, Вячеслав, — она улыбнулась и подняла стопку с виски, опрокинула в рот и проглотила. — Ух, — замотала головой — хорошо пошла, давай следующую. Я давно не напивалась, забыла как это.
 
Потом они еще много пили и много танцевали, и снова пили и снова танцевали. Загорский даже начал ощущать, что у него начались «вертолетики» и ноги заплетались одна за другую.
Узнав, что довела нормального мужика до пьянства, Смирнова заволновалась, но решила, что все поправимо и взялась разрешать эту ситуацию. Она поможет своему боссу, и они станут ближе друг к другу. После работы, набрала номер начальника, но трубку не брали, тогда она решила не сдаваться и набирала еще и еще, пока в трубке не услышала ответ, но голос принадлежал не Вячеславу. Это оказался близкий друг Загорского, он так обрадовался, что Смирнова горела желанием помочь Славе, что сразу рассказал о его месте пребывании.
— Светлана? — Горин нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Она внимательно осмотрела мужчину и кивнула, — У меня нет времени познакомиться с вами поближе, жену увезли в роддом, Слава внутри, не давайте ему пить. — Он приложил ладонь к груди и с мольбой посмотрел ей в глаза.
— Постараюсь. Сделаю все, что смогу.
— Приятно было познакомиться — кинул в ответ Горин, торопливо усаживаясь в автомобиль, он спешил, хотел присутствовать на рождении своего первого ребенка.
Сейчас держа пьяного и еле соображающего мужчину, она повезла его к себе на квартиру, потому, что от Вячеслава она не могла добиться адреса, куда можно его транспортировать. Таксист помог затащить пассажира до второго этажа и закинуть на диван в гостиной.
— Спасибо вам, вот держите, — женщина протянула водителю тысячную купюру.
— Да нет, спасибо, не надо. Главное, что мужика не подставила, не бросила в таком состоянии. До свидания.
Светлана тяжело вздохнула, «знал бы ты дядечка, что это я виновата, что мужик в таком состоянии, и да, я его подставила, но что не сделаешь, ради личного счастья».
Утром Смирнова проснулась от шума на кухне, она накинула халат и вышла из спальни. Вячеслав стоял посреди кухни, в помятом костюме, с щетиной на лице, и с кружкой, наполненной водой, в руках. Он жадно пил живительную влагу, видимо, когда доставал кружку, задел рядом стоящие стаканы и обронил два из них. Он повернулся и, увидев Светлану, расслабился:
— Слава Богу, а то я проснулся и испугался, поняв, что я не дома — он поставил пустую кружку на стол — Светлана, простите меня, я вел себя отвратительно. Все, с сегодняшнего дня не пью.
— Мы вчера перешли на «ты» — напомнила девушка.
— Серьезно? — брови Славы поднялись на лоб — Тогда можно мне в душ?
— Конечно — Светлана прошла в гостиную, достала из шкафа чистое полотенце и кинула его в сторону начальника — Халат есть внутри. Костюм оставь там, я унесу в химчистку, через пару часов будет как новенький.
На работу Смирнова и Загорский приехали только после обеда. Вячеслав виновато смотрел на секретаршу, потом подошел и попросил прощения.
— Вячеслав Игоревич, — примерно через полчаса появилась Светлана в кабинете начальника, — когда я отдавала костюм в химчистку, то в кармане обнаружились пригласительные билеты, может, сходим на выставку? — Она мило улыбнулась Вячеславу. — Сегодня последний день.
— Хорошо, давай сходим. В шесть вечера встречаемся в холле.
— Ничего себе — удивилась Смирнова, — даже уговаривать не пришлось.
— Ну, ты же меня вчера спасла. Сегодня я тебе плачу за это.
— Кстати, а кто родился у твоего друга?
— Вот, черт, — Вячеслав стукнул себя по лбу — у лучшего друга ребенок родился, а я со своими проблемами совсем забыл. Идите Светлана, встретимся вечером. — И Загорский начал набирать контакт Горина.
Он ждал несколько гудков, затем услышал голос друга:
— Стас, привет, ну кто там у вас родился? Как Эммануэль себя чувствует?
— Ты придурок, Загорский, я ночь не спал, дежурил, а ты решил позвонить, только я сладко уснул.