Красавчик (ЛП)

Я с трудом проглатываю кусок.
— После сегодняшней, у нас останется только еще одна съемка для календаря. Потом Мэв может помогать мне с мелкой работой. Тебе стоит там побывать. Потрать немного времени на себя.
Бледно-голубые глаза Джеймса встречаются с моими. И это похоже на объятие. Слабо улыбаюсь в ответ. Неужели он боялся отказа? Я никогда не встану на пути его счастья.
Но пока Джеймс провожает Джейми, я смотрю с балкона на проезжающие мимо автомобили, вдалеке широкой коричневой лентой вьется Миссисипи, и чувствую себя опустошенной.
Достав телефон из кармана джинсов, пишу Финну.
Во вторник будет хорошо.
Он отвечает через несколько секунд, словно ждал ответа.
GQ: это не свидание ;—)
Я все еще не знаю, чего хочу от него, но не могу отрицать, что от вида глупого подмигивающего смайлика внутри становится немного теплее.
  
Глава 5
 
ЧЕСС
Я БЫСТРО ВЫЯСНЯЮ, что Финн любит морепродукты, и с удовольствием посещает придорожные ресторанчики пригорода, чтобы наесться вдоволь. Он везет меня в «Миддендорф» с видом на озеро, обещая настоящее пиршество.
Мы сидим в патио, легкий бриз играет моими локонами. Сегодня один из тех идеальных осенних дней Луизианы, когда температура находится в пределах двадцати градусов, и ярко светит солнце. Я расслабляюсь, удовлетворенно вздыхая.
Финн же, напротив, почти трясется от предвкушения.
— Причина, почему мы здесь — тонкие кусочки жареного сома, которые они готовят, — Он пристально смотрит на меня. — Тебе нравится сом?
— Не могу сказать ни да, ни нет, — отвечаю я. — Уже и не помню, когда в последний раз его ела.
— Ну что ж, приготовься наслаждаться. — Он потирает руки, как маленький мальчик. — Хочешь белого вина?
— Только не говори, что ты один из тех парней, которые считают, что все, у кого есть вагина, должны пить белое вино. — Забавно его дразнить. Парень никогда не сдается.
— Это называется киска, Чесс. Прибереги слово вагина для своих тампонов, — он сверкает быстрой улыбкой. — И нет, я не такой. Просто почему-то все киски заказывают белое вино. Или клубную содовую с лаймом. — Он озадаченно хмурится. — Кстати, что это вообще такое?
— Понятия не имею, — просматриваю меню. — Я возьму пиво.
— Отлично. — Его радость по поводу предстоящей трапезы заразительна.
В этот момент появляется официантка и почти спотыкается, заметив Мэннуса.
Улыбающийся Финн то еще зрелище, так что я ее не виню. К нему лучше привыкать постепенно, взять себя в руки и рассматривать не спеша и поэтапно.
Не обращая внимания на наши жадные взгляды, Финн заказывает пиво и сома.
— Да, и еще устриц и раков. Не могли бы вы принести все сразу, пожалуйста?
— Ненавижу устриц и раков, — говорю я, когда официантка уходит.
Он задыхается и оседает в кресле, словно сдавшись.
— Это кощунство, Честер.
— Жареные устрицы хороши, — поясняю я, слегка пожимая плечами. — Но сырые? Ни за что. Соленые сопливые комочки.
Финн поднимает глаза к небу.
— Господи, она не знает, что говорит.
— А раки кажутся грязными на вкус.
— Это хорошая грязь, — возражает он.
— Грязь не бывает хорошей.
— Бывает, когда две девчонки друг на друге борются в грязи. — Судя по выражению лица, он подзадоривает меня поспорить.
— Два парня друг на друге борются в грязи, — поправляю я.
Он салютует мне.
— Вполне справедливо.
Вскоре возвращается официантка и ставит на стол две ледяные бутылки пива и нашу еду. Насыщенный запах жареных морепродуктов поднимается от тарелок, и мой рот наполняется слюной. Я откусываю кусочек тонкого, как бумага, золотистого сома и стону.
— Ну как? — спрашивает Финн с одобрительным кивком.
Хрустящая и легкая, это жареная съедобная магия.
— Я влюбилась.
В уголках его глаз появляются морщинки, и мы сидим, поглядывая друг на друга, как счастливые воры.
— Знаешь, что странно, — говорю я тихим голосом, будто шепот поможет продлить этот момент.
 
Возможно, он это чувствует, потому что отвечает тоже тихо.
— Что?
— Я получаю больше удовольствия от этого несвидания, чем от всех свиданий за прошлый год. — А может и дольше.
Взгляд Финна смягчается.
— И я тоже.
Где-то в области сердца становится тепло. Чувствую, что падаю, голова кружится, я сбита с толку. Пальцы сжимают край стола, просто чтобы удержаться.
Финн прочищает горло и откусывает большой кусок рыбы.
— Итак, — произносит он с набитым ртом. — Твои свидания отстой?
— Ты же видел весь ужас последнего.
— Да, это было отвратно, — хихикая, он впивается зубами в рыбу. — Кстати, как поживает Эдвард?
— Его зовут не Эдвард. Он… — черт возьми.
Финн ухмыляется.
— Эван, — вскрикиваю, вспомнив, — его зовут Эван. И с тех пор я с ним не разговаривала. Слава Богу. Он сказал, что живет ради кожи.
— Это довольно жутко, Чесс.
— Тоже так подумала. — Откусываю кусочек рыбы и запиваю холодным пивом. Блаженство. — Печально, что это было далеко не самое худшее мое свидание.
Финн хватает табаско и брызгает немного на устрицу.
— Тогда ладно. Расскажи о самом худшем.
— Только если расскажешь о своем.
— У меня не бывает свиданий. Только интрижки.
— Свидания ленивого мужчины. — Жую еще кусочек.
— Верно, — говорит он смеясь. — Но если хочешь послушать о них, я расскажу.
— Мы действительно собираемся это сделать? — спрашиваю я. — Перейти в полный режим лучших подружек?
Финн слегка пожимает плечами.
— Эй, если Кевину Костнеру в «Дархемских быках» можно было красить девушке ногти на ногах, то мы с тобой тоже можем обменяться страшными историями.
— Худшее свидание, на котором я была... — закрываю глаза и поднимаю лицо к теплому солнечному свету, прежде чем снова посмотреть на Финна.
— Все начиналось прекрасно. Парень был привлекательным, остроумным. — Финн издает сомневающийся звук. Я игнорирую это. — Мы отлично беседовали, но он все время поглядывал на бар. Наконец, я посмотрела в ту сторону и заметила девушку, наблюдающую за нами.
— Он высматривал другую девушку на свидании с тобой? — Финн фыркает и качает головой. — Чертовски глупая идея.
— Да, если бы все было так просто. — Я могу посмеяться над этим. Сейчас. — Сначала тоже так подумала, но чувак был в ужасе от моего предположения. Нет, нет, говорит он мне. Все в порядке. Эта женщина моя жена.
— Что? Типа его бывшая жена?
— Нет, его настоящая жена. Им нравилось наблюдать друг за другом с другим партнером. Затем они позвали меня к себе домой. Сказав, что я похожа девушек, которые обычно согласны на такое.
Улыбаюсь, глядя на потрясенное лицо Финна.
— Ну, это... — он фыркает от смеха. — Охренеть.
Пожимаю плечами и делаю глоток пива.
— Это не мой фетиш, и то, как они развлекаются, их личное дело. Хотя немного честности я бы оценила.
—Тебе не втюхать мне эту фигню, Чесс.
— Я еще не упомянула о парне, который пришел ко мне домой, заперся на час в ванной и разговаривал через дверь, потому что ему было... нехорошо.
— Ты уверена, что это не был один из моих товарищей по команде? — спрашивает он, хихикая.
— Тебе не втюхать мне интрижку с футболистом.
— Нет, только если он играет в защите, — мягко говорит он, затем подмигивает. — Эти парни просто ненормальные.
— Обязательно передам им твои слова. — Я жую рыбу. — Ладно, твоя очередь.
Финн откидывается назад, и солнечный свет ласкает его кожу, делая угол челюсти одновременно резче и красивее. Ловлю себя на том, что хочу нарисовать его, запечатлеть, как он без усилий доминирует в пространстве, безмерно и естественно. Непреодолимо.
Я не рисовала со времен колледжа, но пальцы помнят ощущение кисти. Снимок делается в один щелчок и на этом все. Нарисовать кого-то — означает задержаться рядом, пожить какое-то время в чужой коже. Я скучаю по этой близости.