Танкист-3 (СИ)

Искусственное русло прямое как стрела, и поток выносит тела прямиком в Ханчжоуваньский залив. Пленных выводили одного за другим. Конвейер смерти не останавливался ни на минуту в течении часа. За это время каждый из палачей успел расстрелять не менее сотни человек! А возможно, что именно по сотне.
В какой-то момент, один из них прекратил свою кровавую работу, и с победным видом поднял руку. Остальные четверо, монотонно достреляли по два три человека, вероятно доводя счет до ровного. После чего, убрали оружие, достали портсигары и закурили. Прошли под навес из камыша, присели за столик, уже сервированный кофейником и чашками. Умаялись, бедолаги.
Тот которого Виктор принял за характерника, комендант, один из ротных и еще парочка офицеров, возможно взводные, так же были заняты делом. Они методично расстреливали пленных привязанных к деревянным столбам, используя уже знакомую Виктору методу. А именно, капсюльные револьверы и резиновые пули. Стреляли неспешно, ведя беседу, и дымя сигаретками. А тем временем пять рядовых споро перезаряжали запасные револьверы.
Виктор вдруг поймал себя на том, что неотрывно наблюдал за происходящим в бинокль. Страшная картина расправы над беззащитными людьми завораживала. Нет, он конечно не ангел. Убивал и пленников. Не вопрос. Но делал это не ради прогресса и опыта, да и не в таких количествах.
Потапов какое-то время снимал, жужжа камерой. Даже сменил кассету с пленкой. Но и после того, как закончилась вторая, от визира так и не оторвался, продолжая наблюдать за происходящим, благодаря приближению объектива.
— Жаль не получится снять поближе, — наконец произнес Ярик, когда палачи отправились на перекур.
— Очень надо?
— Крупные планы пробирают до печенки. Так, что у зрителя никаких сомнений — договариваться с такими тварями нельзя, только давить и диктовать свою волю.
— Ну, самураи любят себя снимать. Глядишь и найдем какие-нибудь материалы.
— Как думаешь, сколько им приносит убийство одного человека?
— Много. Предполагаю, что они уже настреляли себе такой прогресс, что разом получают не меньше десяти тысяч. Кто бы мне объяснил, что такое Эфир, и отчего он допускает такое паскудство.
— Оно конечно, каких только сектантов нет. Но я думаю, что не стоит путать Эфир и Бога. Уверен, что они не имеют между собой ничего общего.
— То есть, Бога нет?
— Нет. А если бы был, то не допустил бы такого.
— Откуда тебе знать, в чем божий промысел, Ярик. Ладно, пустой разговор. Из нас с тобой те еще теологи. Я знаю одно, здесь и сейчас в моих силах это прекратить. И я это сделаю.
— Когда думаешь атаковать?
— Завтра утром.
— Да они за сегодня перебьют не меньше двух тысяч человек! — взвился Потапов.
— Ты еще как ветряная мельница начни махать руками. А то вдруг нас не заметили, — рыкнул на него Нестеров.
— Извини, — стушевался одноклассник.
— Если темп останется прежним, то перебьют они больше, — наконец произнес Виктор.
— И ты так спокойно об этом говоришь!? — уже шепотом возмутился оператор.
— Ярик, остынь. Хочешь чтобы эти твари сбежали?
— Нет.
— Вот и не мешай. Даже завтра, это слишком поспешно. В идеале нужно бы понаблюдать два-три дня. А так, придется строить план действий все больше на догадках…
После перекура, с чашечкой кофе, палачи вновь вернулись к своему черному делу. Виктору же оставалось только скрежетать зубами и наблюдать за происходящим. Впрочем, он все же нашел в себе силы сосредоточиться и на других моментах. В частности, начал осматривать местность, сопоставляя с имеющейся у него картой. Намечая при этом пути подхода, сосредоточения и выхода на рубеж атаки.
При этом нужно было помнить о том, что помимо освобождения пленных, необходимо еще и захватить палачей. Признаться, он даже отдаленно не представлял, сколько опыта будет аккумулировано в этих тварях. Нет, не для себя. Сам он от них не возьмет ни одного очка. А вот Григорьеву он очень даже пригодится. Причем не только к своей выгоде. В этом Виктор уже убедился.
В обед к лагерю привели новую партию военнопленных, вперемешку с гражданскими. Наверняка из какого-нибудь другого лагеря. Собирать в одном месте даже пять тысяч, это уже перебор.
 
— Ну что? Ты решил как будешь действовать? — когда они наконец спустились с дерева, поинтересовался Ярик.
— Решил. Надеюсь ничего непредвиденного не случится, и мы раскатаем их как бог черепаху. Хотя, большинство конечно просто разбежится. Но это не критично, — ответил Виктор.
— А палачи?
— С них и начну. А пока давай-ка поспим. Ночью уже не придется, а с утра в бой…
Все же теплая выдалась осень. Даже для этих краев, какая-то прямо аномальная. Но с другой стороны, оно только к лучшему. Это сейчас ему жарко под палящими лучами. А когда плавал в озерной водице, успел замерзнуть так, что зуб на зуб не попадал. Пришлось опять спасаться обтиранием спиртом. Будь погода холоднее, и тогда так легко не отделались бы.
Виктор вывел машины на рубеж сосредоточения без каких-либо трудностей. Похоже их переход на оккупированную территорию остался незамеченным. Но даже если и не так, то след однозначно потеряли. Во всяком случае, на это хотелось надеяться.
Им нужно время всего лишь до полудня. А там, пусть наваливаются всем скопом. К тому моменту у них в любом случае руки уже будут развязаны, и вырваться из тисков, имея возможность преодолевать водные препятствия вплавь, не составит труда. А водоемов и ирригационных каналов тут хватает.
Оставив три «мабуты» в километре от лагеря, сам он на «бардаке» выдвинулся на другую позицию. Его задача захват палачей. Для чего он усилил свой экипаж парой уже знакомых бойцов, капралом Сунь и рядовым Гао. Как ни крути, а нужно забросить на броню шесть тел. И проделать это быстро.
— Тимур, передай. Всем приготовиться, — произнес Виктор.
— Есть, — послышался из машины голос радиста, а затем он продублировал команду в рацию для Ли.
Из деревни появилась колонна из двух легковых авто и грузовика с охраной. Все как вчера. И даже время минута в минуту. Может все же пройдет без неожиданностей.
Нестеров выставил машину в кустах на обочине, замаскировав сетью и ветками. Использовать артефакт «Камуфляж» все еще нельзя. Секретность. Но и так получилось хорошо. Лично осмотрел позицию с дороги. Приметить получилось только задействовав Умение «Наблюдательность».
Орудие зарядили картечью. Имелось в их боекомплекте парочка таких снарядов, на всякий крайний случай. Те времена, когда такие заряды составляли половину боекомплекта, канули в Лету. Как любили говаривать танкисты и артиллеристы — картечь, это оружие последнего шанса. Ну, а если понадобится больше, так можно и взрыватель шрапнели выставить на мгновенное действие. Правда, количество путь в нем вдвое меньше. Но это уже детали.
В этот раз стрелять предстояло Туникову. Виктор наметил ему ориентир открытия огня. Сам же вооружился снятым с крепления пулеметом, и устроился рядом с БРДМ. Никто во всем взводе, да и пожалуй из витязей вообще, не умел обращаться с ним так, как он. Спасибо его участию в соревнованиях по военному многоборью.
Виктор привычно вскинул приклад к плечу, перехватил оружие поудобнее, отставив правую ногу назад, сам подал корпус чуть вперед, перенося основной упор на левую. Пару раз глубоко вздохнул, успокаивая огонь адреналина, бушующего в крови. Перед началом схватки, оно всегда так. Это потом уже бояться некогда. А до того, его потряхивает.
Орудие грохнуло гулко и протяжно, что характерно для картечи. Пять сотен пуль с визгом перекрывающим выстрел, умчалась плотным роем в сторону грузовика, до которого было не более ста метров. Машина находилась под углом, а потому попала под накрытие целиком.
Одновременно с этим Виктор нажал на спусковой крючок, спуская затвор с шептала. Пулемет тут же забился в его руках, посылая в противника по двенадцать пуль в секунду одной непрерывной очередью. Они прошлись по лобовому стеклу строчкой дырок в белесой окантовке. Ударили в боковые, осыпавшиеся тысячами блестящих на солнце осколков. Оставили пробоины на выкрашенном в черный цвет металле кузова.