Заветные желания (СИ)

Иво не видел его. Лик был прикрыт множеством фантомов, терзающих его. Но прекрасно слышал истошные выкрики. Не нужно было смотреть, чтобы понять, что он наконец-то начал страдать.
Звуки прекратились, природа успокоилась. Лишь фантомы свистели в ночи.
Иво, благодаря резко выработавшемуся адреналину, подбежал к Инеле. Теперь он пожелал, чтобы все прекратилось. Коса в то же мгновенье постепенно утеряла свой физический облик, вновь предстала в духовное обличие, все фантомы после этого собрались в одну большую светящуюся душу и метнулись прямиком внутрь нее. Изумрудное яркое свечение угасло, остался лишь легкий зеленый оттенок. Иво повторно махнув рукой нужный жест вернул косу внутрь, в свою душу.
После сразу поднял Инелу. Она была в сознании, лишь напугана и шокирована.
— Эла, это я. Все хорошо. Все прекратилось.
— Иво…
— Молчи. Прошу, молчи.
— Иво, я…
— Молчи.
Девушка вырубилась. Силы тоже постепенно покидали изгнанника. Идти становилось все тяжелее.
Он рухнул на колени, постарался смягчить падение тела чародейки. Она упала мягко, на траву, он повалился рядом с ней. Глазами пробежался по изуродованному телу Чарующего лика. Сначала разозлился, что того не изгнали — Иво поторопился с отзывом фантомов, но потом успокоился — смерть его устраивала тоже.
Тело было изрезано до неузнаваемости. На нем не было ни одного живого места. Все кости сломаны, сухожилия порваны, вены вскрыты. А под землей сплошное кровавое озеро.
Это последнее, что увидел изгнанник перед тем, как отключиться.
IX. Бренный мир
Комнатка была простецкой. Но довольно уютной. В ней не было ничего прям особенного, лишь печь грела. А за окнами светало.
Ганс сидел и постоянно обеспокоено постукивал ногой. Острые уши эльфа отчетливо покрылись краснотой. Инела тоже сидела рядом, укутанная одеялами и уже успокоившаяся после того, что с ней приключилось. Иво же был серьезнее всех. Он сидел на стуле у стены комнаты, сзади голова была перевязана. Он все еще скалил и злился, хотя боль в затылке мешала полностью погрузиться в необъятную пучину ненависти.
— До сих пор не могу понять, кто это сделал… — Ганс явно был чем-то озадачен и напуган одновременно. — Сейчас из-за этого подонка всему городу смерть и только. Да что уж городу, со временем по всему континенту разбредется!
— Ганс! Прошу, друг, будь спокоен.
Эльф послушался.
— Тот, кто сделал это, — начала чародейка, явно намекая на изгнанника в лесу, однако не указывая точно на него, — заплатит сполна. Я думаю, уже заплатит.
— Госпожа Инела, я клянусь всем, что имею. Это был Черный изгнанник! «Глаза коего окаянные черным цветом заливаются… Тот, что в плаще цветом ночного неба и с мечом черней сажи в печи». Все точь-в-точь, как про него и слагают. Вы же сама его видели! Лучше и четче, нежели я. Я лишь краем глаза… а вы…
— Не торопись клясться, Ганс. Лучше еще раз вспомни: ты уверен, что мужчина, что лежал рядом с нами, был тяжело ранен, но жив? Ты точно уверен в этом?
— Да, Иво. Пускай ты, не знаю почему, так удивляешься этому, но я прекрасно помню, как он дышал и говорил со мной. На нем были лишь лоскутки, одежка изорвана в клочья. Как только я перемотал тебе голову, он умудрился уйти прочь, оставив за собой лишь кровавый след. И тот оборвался со временем. Егерь подобное не упустит, поверь.
— В этом-то и проблема, что ты прав.
Иво беззвучно выругался.
Их из леса вытащил Ганс. Эльф ринулся искать чародейку, которая резко покинула город, и набрел на Иво с Инелой, валявшихся без сознания. Он спас их, приволок к себе в избу, откачал, как только мог, дал определенные лечебные препараты, коими владел, как егерь. А как те очнулись, эльф рассказал, что произошло.
Кто-то изгнал столичных врачевателей. И кто-то этот был с черными глазами, в черных одеяниях. Изгнал он их громко, после бойни разрушил все лабораторные и научные записи, с грохотом бежал из города. Инела, что смогла защититься от таинственного, убежала следом за ним. А ее уже увидел Ганс, запомнивший прекрасную внешность чародейки с самой первой встречи.
 
Весь город признал, что виноват в бойне Черный изгнанник. И признали неспроста. Все указывало на него. Но лишь Иво и Инела уже знали, кто на самом деле стоял за произошедшим.
— Я отойду ненадолго? Нужно проверить, урегулировалось ли в городе все? А то люди с перепугу тут устроили, сами понимаете. Подождите немного, я вернусь заодно с едой.
Эльф не дожидался ответа и быстро покинул избу.
— Блядство! — выкрикнул Иво.
— Тише, Иво. Не напрягайся, иначе кровь польется.
Иво прошелся руками по всему лицу, сжал каждый его кусок.
— Как… Как он выжил? Я не верю, Эла. Не поверю, что этот шлюший сын смог выжить после того, как стая фантомов так изувечила его тело. Ни одно живое создание, ни один изгнанник не в состоянии пережить такое, даже демон не оправился бы за пару часов от подобного! Это гонор сплошной.
— Я тоже не могу понять. Я видела… Видела своими глазами, что тогда произошло. Эта реликвия…
— Он такой же носитель черного пламени, — перебил Иво, — но даже такое не спасает. Хотя… Его способность. Ай, к черту, Эла, я начинаю бредить.
— Иво, прошу, — голос чародейки слегка дрогнул, — давай спокойно все расставим.
Иво сбавил пыл. Под конец досадно выдохнул.
— Его черные глаза… Они обращаются, как только он пользуется изгнаннической способностью. Что же ты делал? Почему ты, сраное отродье, зовешь себя Чарующим ликом. Я совершенно ничего не понимаю.
— Потом будем думать, Иво. Сейчас есть вещи куда страшнее. Касательно случившегося… Врачеватели.
Иво кивнул и облокотился на правую руку, склонив голову.
— Он изгнал их. Просто так изгнал. Не было никаких предпосылок, чем могли насолить обычные, хоть и именитые, лекари такой твари, как он? Ничем, я уверен. Это исключительные желания.
— Желания ли?
— Да, Эла. Желание. Желание изгнать, отобрать.
— Мне кажется, все куда серьезнее и глубже. У него есть свои мотивы и цели, я уверена. Он хоть и похож на обычного рубаку, но это не так. Он умен, хитер, намного умнее, чем мы думаем. Нужно просто все обдумать… Черт, что же мне Креону сказать…
— Скажешь правду, — начал Иво на опережение, — и он прикажет мне найти его и во что бы то ни встало изгнать. Будь уверена.
Инела фыркнула с психа и недовольно кивнула.
— Ладно, с этим я разберусь лично. Он уничтожил все их записи, но я помню многое, что было зафиксировано и выявлено. Благо… Меня он не уничтожил. За что я безмерно тебе благодарна. Если бы не ты…
— Все было слишком медленно. Я должен был сразу предпринять крайнюю меру.
Она расстроенно взглянула ему в глаза, своим взглядом приковала изгнанника к себе.
— Ты все сделал правильно. Эта коса, реликвия… Ты лишь вскользь упомянул про нее, пока Ганс набирал воды. Но пообещай мне рассказать про нее в будущем подробнее, ладно? Она выглядит ужасной. Она была ужасной. Я впервые видела что-то подобное и жуткое, впервые, Иво.
— Хорошо.
— Иво?
Изгнанник дернул головой.
— Что?
— Пообещай мне, что эта коса не опасна.
Иво отвел голову в сторону, прикрыл лицо руками, сложенными в ладонях.
— Обещаю.
— Этого мало. Пообещай, что не будешь его искать. Пообещай забыть. А если и встретишь, пообещай пройти мимо. Иво? Пообещай.
Изгнанник встал со стула, накинул на себя свой плащ.
— Иво!
Он также схватил и меч, закрепил за спину.
— Обещаю.
Чародейка сделала вид, что поверила его словам. Хотя на деле она прекрасно понимала, что последнее, что сделает Иво в своей жизни — опустит Чарующему лику произошедшее этой ночью.
— Тебе лучше не показываться в городе. Люди без разбору на костер повесят. Смерть неминуемая.
— И оставаться здесь тоже нельзя. Рано или поздно нас найдут.
— Сожжем плащ. Меч закутаем в бинты и спрячем.
— Эла, нет.
Он подошел к ней. Тепло приобнял.