Чучело для миллионера (СИ)

***
-Кирааааа! – мы только вошли за калитку, а Виталька, вся заплаканная, бросилась мне на шею.
-Что случилось? Что? Тебя кто-то обидел? – сестра была целой и невредимой, но только на первый взгляд. Стоило копнуть глубже, как стало понятно, что у нее все же была рана – невидимая, душевная. – Родители где? – боялась, что что-то с ними.
-Они с Костей на поле поехали… Папа захотел Илью арбузом натуральным угостить, без нитратов, - захлебываясь слезами, говорила сестра.
-Ну что ты! – прижимала ее к своему сердцу. Илья растерянно смотрел по сторонам, не зная, что предпринять.
-Кира… Мой Володька в реанимацию попал с аппендицитом. Мне его мама позвонила…
-Володька? А кто такой Володька? – не понимала я.
-Парень мой… - честно говоря, я была несколько шокирована заявлением сестры. А я даже не думала, что она уже такая взрослая, что у нее уже могут быть дела любовные. И все же я пропустила тот момент, когда она выросла. Надо было приезжать чаще, в годы беззаботного детства дети как никогда тянутся к взрослым. А потом сами взрослеют. Теперь у нее свои проблемы, свои заботы, своя боль…
-Ну и отчего слезы? – вдруг вмешался Илья. – Операция по удалению аппендицита – рядовая и неопасная. Уверен, с твоим Володей все хорошо будет…
-Конечно… Но я хочу быть рядом после всего. Я же ему с утра уже столько СМСок закинула, ждала, когда он ответит, телефон гипнотизировала. А он, оказывается, от наркоза отходит. Его уже прооперировали.
-Ты к нему хочешь?
-Хочу! Я с ума тут схожу. А если он память после наркоза потеряет и меня не вспомнит?
-Эххх, дуреха ты маленькая. Еще такая зеленая у меня… - продолжала ее обнимать. Ну Виталька… Мне даже интересно, что там у нее за Дон Жуан, раз она так сильно по нему здесь убивается.
-Костя тоже так сказал… Сказал, что это несерьезно, что разбежимся скоро, что поматросит и бросит. И нечего мне позориться, сидя в больнице. Но я же люблю его, понимаешь…
-А родители знают о твоей влюбленности?
-Только мама… Но она не против. А папе я даже не знаю, как сказать об этом. Он ведь, если узнает, вообще меня больше не выпустит одну гулять. Я врала, что к подружке иду, а сама к Володьке на свидания сбегала.
-Ну я же говорю – дуреха.
-Ладно, девочки, не раскисайте. Хоть машину только помыл, но ради такого случая… Запрыгивай, Вита-Виталик, поехали к твоему любимому…
-Серьезно?
-Ну конечно… - а я с благодарностью улыбнулась Илье. Он столько для меня делает. Хотя бы то, что каждым своим действием доказывает: настоящие мужчины все еще существуют.
Когда мы приехали, Виталька выбежала сразу же и помчалась в больницу. Не было ее около двух часов… А мы ее все это время ждали в машине.
-Прекрасный возраст… Первая любовь, - с сожалением выдохнул Илья.
-Ага… Только первая любовь почти всегда заканчивается болезненно. – Вспомнила Димку и свои бессонные ночи.
-Ключевое слово, почти… Хотя и у меня в ее возрасте был не самый приятный опыт.
Илья рассказал мне о том, что был влюблен в одноклассницу. Безответно… Я слушала, слушала, слушала… И не понимала одного: как можно не влюбиться в такого прекрасного человека. Даже если отмотать лет 10 назад, даже если он был страшненьким прыщавым подростком. Уверена, уже тогда он был настоящим мужчиной.
Как можно в него не влюбиться? Не знаю… Потому что я… Кажется, я уже окончательно попала.
  
Глава 22. Морфологические признаки… Или, а почему у тебя такие большие зубы? А еще как Волк в козла превратиться решил.
 
Кира
А вечером нас с Ильей ждал тот еще сюрприз… Сюрприз, из-за которого мне сначала было стыдно, а потом – крайне неудобно спать.
Оказалось, что еще пару недель назад, сразу после окончания учебы, Виталька решила затеять ремонт в своей комнате. Ей надоели зеленые стены, она хотела обновить краску, сделать их более яркими. Думаю, примерно в то время она познакомилась со своим Володькой. Гормоны, влюбленность, душа хотела петь, а руки – творить…
Только сестра ободрала обои, устроила настоящий хаос в своей комнате, и вот уже пару недель ремонт ни на миллиметр не сдвинулся с мертвой точки. Впрочем, ничего нового… Это в репертуаре моей любимой сестренки. Она быстро загорается, как спичка, а потом так же быстро перегорает, словно в пламя кто-то специально подлил катализатор.
 
У родителей и Костика не было времени на то, чтобы завершить начатое ею дело. Да и не хотели они… Папа строго-настрого запретил всем вмешиваться, пытаясь научить дочь, что за все свои хотелки и прихоти нужно отвечать. А Витальке пофиг… Уже две недели спит на раскладушке на кухне.
Уже догадались, к чему я веду? Нет? Хм…
Можно было бы заночевать в комнате, которая когда-то была моей, но… барабанная дробь… за 8 лет она превратилась в самый настоящий склад. Чего здесь только не было… Можно сказать, черт голову сломит. А без меня весь этот хлам решили не разбирать, потому что большая его часть принадлежит именно мне. В Москве многое жалко было выбросить, так я привозила домой. И еще. И еще… Пока комната не превратилась в настоящую барахолку.
Поэтому отец, объясняя мне все то же, что я описала выше, аккуратно подходил к выводу, который мне совершенно не понравился. А сказал он следующее:
-Мишаня, - сын тети Нади, мой двоюродный брат, - как раз служит. Дембель только осенью, так что его комната пустует. Я с Надей уже договорился, она готова вас принять с распростертыми объятиями…
Нет! Нет, нет, нет!!!
Тетка у меня, конечно, мировая. Но я боюсь, что Илья не выдержит ее продолжительных взглядов и бесконечных вопросов. Да и спалимся мы обязательно под ее напором. А сейчас мне почему-то совсем не хочется спаливаться. Кажется, за день я привыкла к тому, что Илья постоянно рядом. Так хочется еще хотя бы пару дней провести вместе с ним, даже если мне вообще ничего не светит…
-Это исключено! – отрезала я. Илья в принципе не противился. С тетей Надей он столкнулся всего на минуту, поэтому еще не мог знать, какая она… Но я то знаю!
-Ну не на раскладушки же мне вас ставить? Да и нет у меня еще двух…
-На полу постелем… Ничего… Сейчас жарко, да и спать на ровной твердой поверхности полезно для спины.
Долго решали, кто и где будет спать. В конце концов, пришли к выводу, что мальчики налево, девочки направо… Я с мамой и с Виталькой поместились на одну кровать, в родительской спальне.
А раскладушку, на которой в последнее время спала Виталя, отдали Илье, чтобы ему не пришлось тесниться на одной кровати с еще малознакомыми людьми. Потому что отец был категорически против того, чтобы хоть кто-то спал на полу.
Поскольку все легли спать рано, то и мне пришлось менять свой привычный график. Папа всегда на ночь отключал интернет, потому что, как говорит он сам, «вай-фай очень вреден». Только максимум, для чего он вреден – для глаз Витальки, которая до середины ночи смотрит сериалы, а утром ее не добудиться. Но она просыпается, хоть и с красными глазами, помогает по хозяйству.
Илья для вида поцеловал меня в щечку… Надо было зафиксировать. Это был наш первый и, возможно, единственный поцелуй. Бабочки в моем животе разлетелись, щекоча кишечник своими бархатными крылышками.
Так не хотелось с ним прощаться. Но еще больше не хотелось спать рядом с ним, потому что я боялась влюбиться окончательно и бесповоротно. Поэтому такой расклад приняла, и он мне показался наиболее оптимальным.
Правда, чего и стоило ожидать, уснуть я не могла ни через полчаса, ни через час, ни через два… Мало того, что я не привыкла ложиться в такую рань, так еще и было ужасно неудобно, Виталька перекинула через меня ногу, а мама громко храпела.
Ааааа… Когда в очередной раз посмотрела в телефон, и поняла, что время позднее и близится к полночи, решила, что дальше так продолжаться не может. Такими темпами, завтра я буду напоминать вареный овощ. А в деревню я приехала не для того, чтобы целыми днями отсыпаться после бессонных ночей.