Лучший друг моего жениха (СИ)

- Какая неожиданная встреча, - он мягко улыбается мне, - убегаешь уже? Может, посидим?
Я не знаю, почему соглашаюсь. Иногда кажется, Игорь появляется в такие моменты, когда чувство внутреннего противостояния с окружающим миром у меня достигает самой высокой отметки. И я соглашаюсь назло всем. Что, конечно, само по себе не есть хорошо. Хотя бы по отношению к Игорю.
Но вот мы сидим за столиком в отдалении от танцпола, я цежу купленный коктейль под внимательным взглядом мужчины.
- У тебя все нормально? - задает он вопрос. Я хмыкаю.
- А что, опять глаза грустные?
Игорь мягко улыбается.
- Знаешь, вот эта твоя прямота мне всегда очень нравилась.
Я смотрю на него, прищурившись. Тяну коктейль. Вот интересно, Кирилл меня обманывал, а я в упор не видела этого и променяла на него Игоря. Дима тоже обманывал, по-другому, но все же... А Игорь — неужели на самом деле просто хотел быть со мной?
- И сейчас нравится? - задаю вопрос. Теперь внимательно смотрит он.
Кивнув, произносит:
- И сейчас.
Мы сидим рядом, глядя друг другу в глаза. А потом Игорь вдруг наклоняется к моим губам. На мгновенье застывает, как бы давая мне возможность решить, хочу я этого или нет. Я приоткрываю губы. Взгляд Игоря меняется, и когда до моих губ остаются считанные миллиметры, вдруг понимаю: не хочу. Вот такого хорошего, доброго Игоря, который всегда был со мной нежен. Не хочу.
Хочу того, кто сначала жутко бесил, доводил, того, кто будоражит одним своим взглядом. Наглого, самоуверенного...
Я резко поднимаюсь, Игорь отшатывается, глядя на меня в недоумении.
- Прости, - произношу, ставя бокал на стол. - Прости, ничего не выйдет.
И быстро иду в сторону выхода.
Игорь если бы и бросился за мной, все равно бы не успел. Прямо у выхода стоит такси, в которое я тут же ныряю. Назвав адрес, закрываю глаза и расслабляюсь. Если можно так сказать, потому что на темном экране век несутся воспоминания, и в каждом из них один и тот же мужчина.
Когда наконец выглядываю в окно, сердце пропускает ход. Определенно, мы едем куда-то не туда. Нервно сглотнув, сжимаю в руке телефон, но все же стараюсь говорить спокойно.
- Мы не туда едем.
Водитель кидает на меня быстрый взгляд, от которого становится не по себе. Сразу всплывают в голове страшные истории от ограбления до изнасилования. За ними пропускаю его слова. Он смотрит вопросительно, я произношу, кашлянув:
- Простите?
Водитель называет улицу, и я трясу головой.
- Вы перепутали, - говорю с некоторым облегчением, однако напряжение не уходит, мышцы скованы, глаз не свожу с мужчины.
Мы разворачиваемся, но вскоре замечаю яркую вывеску и прошу меня высадить. Внутрь не захожу. Усевшись на скамейку напротив, открываю список контактов, заношу палец над нужным, раздумываю, закусывая губу, а потом всё же решаюсь на важный звонок. Услышав голос, понимаю, как сильно волнуюсь. Пульс стучит где-то в висках, и получив ответ, я называю адрес и кладу трубку, а потом ещё некоторое время пялюсь на телефон в моих руках.
Дима приезжает очень быстро, и хотя все это время я его жду, все равно замираю, когда вижу перед собой. И пока он обеспокоенно подходит к скамье, на которой я сижу, ловлю каждое его движение.
Он, хмуро оглядываясь, присаживается рядом.
- С тобой все хорошо? Все в порядке? У тебя был такой голос...
Снова пронзительный взгляд, от которого по спине бегут мурашки, ладони становятся влажными, порыв ветра обдает ночной прохладой, но я чувствую только жар от взгляда карих глаз, оттого, что он пришел. Дыхание перехватывает, я просто киваю и опускаю глаза.
Дима вроде бы выдыхает, но по-прежнему напряжен:
- Я думал, что спасаю тебя.
- Так и есть.
Подняв виноватый взгляд, указываю на вывеску.
Дима, проследив, снова возвращает мне немой вопрос в глазах.
- Спасаешь, - киваю медленно. - От лишнего веса. В том круглосуточном кафе подают невероятные пончики. Забери меня отсюда немедленно, а иначе я за себя не ручаюсь.
Дима на мгновение застывает, молчит, удивленно разглядывая меня, а я, кажется, вообще больше не дышу.
 
А потом он качает головой:
- Здесь я тебе не помощник, - усмехается.
Смотрит продолжительным взглядом, и на мгновение мелькает мысль, какая же я дура. Вдруг он вообще передумал?
Может, он больше не хочет быть со мной, и никакой шанс ему не нужен, я ему не нужна. А то, что он говорил, просто порыв, чувство вины и... додумать я не успеваю. Дима смотрит так серьёзно, что сердце уходит в пятки.
Он подаёт мне руку:
- Я тоже люблю пончики. Так что нас уже никто не спасет.
Не могу сдержать улыбки, когда кладу свою ладонь в его.
  
Глава 29 Дима
 
Успеваю надумать такого, пока гоню по названному Ритой адресу, а она... Опять меня удивляет. Я тут чуть в столб не въехал на повороте, а несносная девчонка показывает на пончики. Но злиться на нее не могу и не хочу. Я понимаю одно: она сейчас сделала шаг мне навстречу. Дала шанс, как я и просил. Хоть прямо об этом не сказала.
Мы сидим в кафе и уплетаем пончики, с улыбкой переглядываясь. Заведение, кстати, так себе, но пончики вкусные, хотя кофе дрянь. Я ловлю себя на дурацком чувстве: готов сидеть тут сколько угодно, если напротив будет Рита. Мы ведем разговоры на очень абстрактные темы, обходя все, что может поломать эту мимолетную идиллию в пончиковом раю.
Но когда садимся в машину, я спрашиваю, почему-то затаив дыхание:
- Куда тебя отвезти?
Она смотрит внимательно и открыто, а потом просто отвечает:
- К тебе.
Я не могу спрятать улыбки, потому отворачиваюсь, заводя двигатель. И все же вижу краем глаза, что Рита тоже улыбается. Да, проблем много, но ничего, прорвемся как-нибудь.
И все же, когда поднимаемся в квартиру, оба чувствуем некоторую скованность и неловкость. Одно дело слова, другое — поступки. Мы уже переступали черту, но так и не поговорили нормально после конфликта с Леной.
Предлагать чай как-то глупо, только что из кафе вернулись. Может, о музее поговорить? Эти дни я неплохо поработал над ее проектом.
Рита сразу откликается, мы проходим в кабинет, я загружаю компьютер и показываю сделанные модели. Девушка расплывается в счастливой улыбке, сидя рядом со мной на табуретке, поджимает под себя одну ногу. Она такая милая, я не перестаю на нее смотреть, пока она говорит. Даже толком ничего не слышу. Наконец Рита смущается.
Упирается в меня взглядом и спрашивает:
- Дим, о чем ты думаешь?
Криво усмехаюсь, говоря правду:
- О тебе.
Она с улыбкой качает головой, а потом произносит:
- Поцелуй меня.
Так же просто и без стеснений, как сказала ехать ко мне. Именно эта смелость, умение говорить, как есть, зацепила меня прочно. Я тяну к девушке руку, глажу ее щеку, Рита трется о мою ладонь, закрывая глаза. Наклонившись, легко касаюсь губ, она подается навстречу, распахивая их. Мы целуемся нежно, не спеша, но страсть берет свое, и вскоре поцелуй становится нетерпеливым. Я тяну девушку к себе на руки, она тяжело выдыхает.
- Я скучал, - говорю, глядя ей в глаза.
- Я тоже, - произносит Рита и сама целует меня.
Очень быстро становится понятно, что пора переместиться в горизонтальную плоскость, и встав вместе с девушкой на руках, иду в спальню. Мы обязательно поговорим, но чуть позже.
Чуть позже наступает только утром. Но на этот раз я просыпаюсь вторым. Риты рядом нет, я резко сажусь на постели, прислушиваясь. И тут же улавливаю простенький мотив. А еще запахи. Нацепив домашние штаны, иду в кухню и застываю на пороге, приваливаясь к дверному косяку.
Рита в одной моей футболке пританцовывает, напевая, и при этом колдует над сковородой. Я некоторое время просто любуюсь ее длинными ногами, плавными движениями, красивым голосом. Идеальная, словно для меня созданная. И сам удивляюсь такой мысли. Эко тебя, Власов, зацепило.