Мрачный дебют (СИ)

Делаю глубокую затяжку и улыбаюсь.
– Ты – достойный воин, – подошёл Илья.
– Ты тоже держался отлично, – кивнул я ему и бросил на землю окровавленную ветошь. – Но некогда отдыхать, последнее место нас ждёт!
Оставляем после себя лишь изрезанные трупы и лужи крови – таков путь воина.
На Кадетской линии поворачиваем во дворы. И тут начинаются странности.
Ограда выбита грузовым автомобилем, врезавшимся в торец бежевого цвета здания, а газон усеян человеческими костями. В отличие от последствий деятельности обычных зомби, тут кости были тщательно обгрызены, даже хрящевой ткани нет. Будто сварили и очистили от плоти…
Идём дальше, к футбольному полю. Тут видятся следы активности военных – пустые ящики, сваленная в горку маскировочная сеть, ныне не особо-то и нужная, несколько военных грузовиков с раскрытыми капотами, а также передвижной генератор. А венец коллекции – 2Б9 «Василёк», стоящий у кустарника. С ним что-то не совсем так, но надо подходить поближе, чтобы разобраться…
– И снова я чувствую: не так что-то здесь… – произнёс я задумчиво, после чего посмотрел на Илью. – Держись близко.
Медленно и тихо, чтобы не спровоцировать кого-нибудь на что-нибудь, движемся к «Васильку». Его существование – это знак того, что наводка была верна. Правда, это не пушка-гаубица, как я надеялся, а лишь автоматический миномёт.
2Б9 «Василёк» – это буксируемый или самоходный гладкоствольный автоматический гранатомёт, принятый на вооружение ещё в СССР, в семидесятые годы. Лично не стрелял из него, меня не учили, но информацию по ТТХ и руководство по эксплуатации можно найти в интернете. Принципы у него те же, что и у классических миномётов, просто он стреляет со скоростью что-то около 100–120 выстрелов в минуту, что достигается применением кассет по четыре мины. Хорошая машинка, зарекомендовавшая себя в войсках весьма положительно. Правда, жрёт боеприпасы как свинья, но зато не задарма, а с высокой эффективностью. Слышал я, что для полного обезлюдения указанного квадрата достаточно одного миномёта. Потому что один миномёт может заменить собой восемь 82-миллиметровых «Подносов», то есть классических миномётов с дульным заряжанием.
В окнах дворца Меньшикова мелькнул смутный силуэт. В призраков я не верю, поэтому надо полагать, что за футбольным полем кто-то постоянно следит. Из этого следует, что наводка из «Телеги» возникла не просто так, а с неким умыслом, возможно, что даже со злым.
– Следят за нами, друг мой, – поделился я наблюдениями с Ильёй. – Готовь оружье огнестрельное, но виду не подай.
Илья кивнул, а мы продолжили идти так, словно ничего не заметили.
На крышу дворца вдруг вылез некий парень в длиннополом кожаном плаще. Нео питерского разлива воздел руки к небу. Между кистями образовалась некая сфера из сгущающегося воздуха. Илье не надо было ничего говорить, поэтому он резко вскинул автомат и дал короткую очередь.
Пули врезались в некую невидимую глазу преграду, после чего я бросился в атаку.
Бывший ополченец кинулся в кусты, потому что противник со второго и третьего этажа дворца начал использовать дальнобойные сверхспособности, в виде ледяных игл, огненных шариков, сгустков искажённого воздуха и ещё чего-то, напоминающего пятна поглощающего свет мрака.
Уклоняюсь от всего, что в меня летит, благо, на пределе концентрации это нетрудно, после чего прыгаю на расположенный перпендикулярно к зданию забор, отталкиваюсь от него и цепляюсь за оконный отлив на втором этаже дворца. Вскарабкаться выше было тривиальной задачей. Три этажа – это совершенно несерьёзно.
На фоне раздаются хлопки и треск.
Бегу по крыше в сторону растерявшегося метателя, который начал пятиться и спешно формировать очередной сгусток искажения.
Он хочет что-то сказать, начинает отпускать сформированную сферу искажения, но я бросаю в него копис.
Меч преодолел оставшееся расстояние, после чего зацепил рукоятью сферу. Произошёл взрыв, напомнивший громкий петардный хлопок по звуку, но по действию близкий к разрыву гранаты. С тела сферометателя ободрало плащ, одежду, кожу, часть мяса, а также оторвало ему все конечности, включая голову. Копис улетел в неизвестном направлении, а я остановился в изумлении. В радиусе двух метров вокруг сферометателя всё было забрызгано кровью и фрагментами плоти. Страшная сверхспособность, опасная в умелых руках…
 
Вынимаю из ножен короткий кинжал и спрыгиваю со второго этажа.
Илью прижимают, не давая подняться сериями сверхъестественных залпов из огня, воды и мрака, но скоро ему будет гораздо легче…
Вхожу во дворец через окно первого этажа. В коридоре, устеленном старым и красивым паркетом, не было никого, поэтому я в два прыжка взбираюсь по лестнице и оказываюсь на втором этаже, где точно были противники.
– Он здесь!!! – крикнул кто-то. – Убейте его!
Зря он подал голос…
Теперь я точно знаю, где противник, поэтому бегу в верном направлении и в дверях натыкаюсь на пацана лет семнадцати, вооружённого палашом, лезвие которого поблескивает особенным синеватым светом. Хватаю не успевшего среагировать на меня противника левой рукой за горло, сжимаю изо всех сил. Шея с хрустом ломается, тело обмякает, а я перехватываю падающий палаш.
В следующее помещение я врываюсь с выставленным перед собой телом. По мне стреляют из чего-то полуавтоматического, левое бедро болезненно царапает, но мне не до ран. Швыряю принявший на себя почти все пули труп во врага с полуавтоматическим оружием, после чего рвусь на сближение.
Рядом с правым ухом пролетает острый кусок льда, пущенный рыжеволосой девицей в синей мантии, чем-то напомнившей мне одеяние магов круга Воды из Готики. Странно, что я вспомнил об этой старинной и легендарной игре, но это была первая ассоциация.
Я действую быстрее простых людей, потому что моя реакция берёт истоки в полубожественной сути образа, но девица сумела меня удивить, когда начала грамотно брать упреждение. Со следующей ледяной стрелой я разминулся на миллиметры, после чего сделал правильный вывод и начал действовать менее предсказуемо.
У нас тут прогрессивное общество, истинное равноправие и эмансипация женщин, поэтому я не колебался и доли секунды, когда достиг магички и напорол её на палаш. Лезвие вышло из её спины, я увидел удивлённый голубоглазый взгляд, смотрящий в моё лицо с некой смесью обиды и непонимания. Этот жестокий мир построен сильными и жестокими мужчинами, девочка. Ты знала, на что шла, когда вступала в эту опасную игру…
С усилием смахиваю тело с меча и подбегаю к стрелку, пытающемуся скинуть с себя труп. Пронизываю оба тела, пока живое и уже мёртвое, палашом, издавшим некий инфразвуковой импульс, больно ударивший по ушам, после чего извлекаю палаш и бегу в следующее помещение.
Откуда-то сзади доносятся панические крики, озлобленные команды, но я последовательный человек, поэтому бегу вперёд, чтобы убить всех, кого увижу.
И у окон стоят трое, стреляющие по Илье.
Отрубаю ближайшему обе руки, следующему сношу голову, а третьего пинаю в бок ногой. Моя жертва, вооружённая винтовкой Мосина, отлетает в стену и разбивает своим телом красивую картину с Императрицей Всероссийской Екатериной I. Сколько ещё произведений искусства мы безвозвратно разрушим во имя своих шкурных интересов?
Добиваю ублюдка, лишившего нас картины, колющим ударом, после чего возвращаюсь к предыдущим телам и подхватываю самозарядный дробовик Вепрь-12 «Молот». С хрустом ткани срываю с тела предыдущего хозяина оружия разгрузку с боеприпасами, после чего перекидываю её через плечо.
Идти обратно тем же путём – это нарываться на лишние отверстия в теле, поэтому я выхожу через другую дверь и бегу вперёд, туда, где противник меня ещё не ждёт.
Стрельба прекращается по чьей-то команде, поэтому я останавливаюсь и внимательно слушаю.
Параллельно, пытаясь определить местоположение противника по звуку, тихо извлекаю магазин и смотрю на тип боеприпаса. Пуля Бреннеке, 12 калибр. В магазине на восемь патронов, как видно через пластиковое окошко контроля расхода, осталось лишь четыре. Возвращаю магазин на положенное место и слушаю обстановку.