Мрачный дебют (СИ)
Размышляя над печальными перспективами мира, где практически не осталось врачей, я быстро чистил автомат, готовя его к сложному бою. Маслёнка у меня с собой, в одном из кармашков разгрузки, а принадлежности в пенале, всегда с автоматом.
Спустя минуты, автомат уже сиял чистотой и оставалось лишь собрать его.
– Здорова, бойцы! – поднялся на этаж уже виденный сегодня капитан Артём Цыганков. – Мы сегодня с вами, но ещё с вами вот этот вот товарищ…
Солдаты, поднявшиеся вслед за ним, несли АГС-17.
– Боеприпасов к нему мало, но поддержка будет достойной, если прижмёт, – сообщил кэп, а затем увидел меня. – И ты тут, Дмитрий!
– Так уж получилось, – пожал я плечами. – Сколько вас?
– Сорок человек, – ответил капитан, обернувшись на своих бойцов, заходящих на этаж. – Повоюем.
– Повоюем, – кивнул я.
– С нами ещё один супер, кстати, – капитан указал на девушку в военной форме. – Она не контра, поэтому прошу стыдливо и виновато отвести взгляды. Быстро!
Прекратившие любую деятельность солдаты резко отвернулись.
– Наша Маша – телекинетик, – сообщил Цыганков. – Она способна поднять валун весом в четыре сотни килограмм и метнуть его на дистанцию до сотни метров. Что-то полегче бросит подальше.
– О-о-о, кр̀уто, – без особого восторга произнёс я. – Меня зовут Дмитр̀ий, р̀ад знакомству, Мар̀ия.
– Я тоже, – улыбнулась девушка.
Она русоволосая, причёска короткая, а-ля даму кто-то бросил – каре. Глаза голубые, черты лица тонкие, нос узкий и прямой, подбородок острый, чистая светлая кожа, макияжа минимум, но он есть. Роста в ней где-то метр шестьдесят, а комплекция субтильная. Я бы, чисто прикидочно, оценил её вес где-то в сорок пять килограмм, может, чуть меньше. Тощая, в общем.
Сложно поверить словам кэпа, но сейчас такое время, что не знаешь, чего ожидать от внешне безобидных людей.
– Она будет орудовать отсюда, теми камнями, что мы привезли с собой, – сообщил Артём Цыганков. – Лояльных суперов у нас мало, поэтому требую беречь барышню пуще зеницы ока. Все всё поняли?
– Так точно! – раздалось слитное многоголосое согласие.
Я посмотрел в окно и увидел, что на брусчатке площади лежат четыре валуна, каждый весит по сто кило, если на вид.
– Мне бы ещё пушечные ядра, – произнесла Мария. – Я видела, где-то по дороге была старинная пушка – её бы тоже.
– Сделаем, – кивнул Артём, а затем посмотрел на своих подчинённых. – Ребята, физкульт-привет!
– В чём смысл оборонять этот замок? – спросила вдруг лояльная супер.
– Мы не можем позволить себе, чтобы зомби осквернили статую славному Чижику-Пыжику, – с серьёзным выражением лица ответил Цыганков.
Ха-ха, а ведь действительно, статуэтка Чижика-Пыжика располагается на Первом Инженерном мосте, метрах в двухстах отсюда.
– Серьёзно? – недоуменно вопросила Мария.
– Капитан Цыганков изволит шутить, миледи, – улыбнулся я. – На самом деле, обор̀она Инженер̀ного замка пр̀еследует стр̀атегическую цель не допустить мертвецов к Тр̀оицкому мосту, котор̀ый ещё не р̀азведён, а также к остальной части Летнего остр̀ова, контр̀олируемой нами.
Мария улыбнулась мне, а затем недовольно посмотрела на Артёма. Тот виновато развёл руками.
– Есть какие-нибудь сведения о мер̀твецах? – поинтересовался я.
– На Ютуб давно заходил? – вместо ответа спросил меня капитан.
– Да как-то нет, – покачал я головой. – У меня была очень напр̀яжённая неделя, и я не хотел нагр̀ужать себя негативом, изливаемым в каждом р̀олике.
Поначалу я ещё смотрел, на диковинные аномалии, которые некоторыми считаются причиной зомби-апокалипсиса, на участь других стран, где всё лучше или хуже, чем у нас, но потом, увидев, что модерацию совершенно упразднили и люди начали заливать откровенный шок-контент, я максимум на пару минут заглядывал в «Телегу» и ряд других соцсетей.
– А стоило бы следить за, скажем так, трендами, – укорил меня кэп. – Будто у нас сейчас служба – мёд, мертвецы начинают мутировать. В Москве уже четыре дня как начали отмечать особо быстрых или особо сильных мертвецов, но кадров видео мало, поэтому я сам не особо верил в то, что пишут люди…
Не припоминаю ничего такого в обсуждениях в «Телеге».
– И что? – спросил я. – Сильно опасны?
– Скоро узнаем, – вздохнул Артём. – Дроноводы говорят, что наблюдается некая нездоровая активность в толщах наступающих на нас мертвецов. Возможно, это они и есть.
Это очень полезная информация, которую следовало бы изучить поподробнее.
– Установлено, что за мутации и почему они возникают? – поинтересовался я.
– Почти ничего не знаем, – пожал плечами капитан. – Есть теория от московских эскулапов, тесно взаимодействующих с суперами, что скорость мутации напрямую зависит от количества заражённых на территории, но это выводы, сделанные на основе противоречивых данных из Китая, Индии и с Ближнего Востока. Косвенно это подтверждается тем, что в Москве дня три-четыре ходят и бегают особые мертвецы.
Бегающие мертвецы? Мне даже ходячие мертвецы не кажутся достаточно безопасными, чтобы пренебрегать ими, а если они ещё и бегать начнут…
– А у нас, выходит, только сейчас? – уточнил я.
– Контру потрепало сегодня ночью – они тоже не ждали ничего такого, – вздохнул Цыганков. – Есть свидетельства того, что несколько живых анклавов, сидящих под пятой контры, больше не живые. Женщин, детей, всех сожрали…
Печально слышать такое. Наша главная цель – спасение гражданских. Но как быть, если гражданские не доверяют нам?
– Это всё потому, что вы пр̀осрали пр̀опаганду, – вздохнул я, а затем опомнился, посмотрев на девушку. – Миледи, пр̀ошу пр̀ощения за мой язык. Я стар̀ый и неотёсанный солдат, не знающий такта и вежливости…
– За последние дни я и не такое слышала, – улыбнулась Мария.
– Гражданские уже привыкли не верить властям, – произнёс капитан Цыганков. – Поэтому не все спешат идти к нам, а некоторые просто не могут преодолеть линию фронта, даже если очень хотят. И контры, как я слышал, стараются не обижать себе подобных. Ходят слухи, что у них там где-то даже рабство завелось…
– О рабстве – это правда, – кивнула Мария. – До того, как я добралась до вас, мне пришлось проходить через весь Адмиралтейский. Там я видела такое… Здесь и близко нет ничего подобного.
«Говорит „Зоопарк“! „Баррикада“! Противник на подходе! Движется очень быстро! Всем приготовиться!»
«Баррикада» – это очень ёмкое описание нашей сути и единственной функции в этом месте. Никто даже не надеется на то, что мы сможем кого-то победить или обратить в бегство. Задержать настолько, насколько это возможно.
– Между теми, кто ищет смер̀ти, – произнёс я глубокомысленно, – мало тех, кто находит ее в то самое вр̀емя, когда оная была бы им на пользу.
– По местам все! – выкрикнул команду капитан Цыганков.
Я посчитал, что самое время для охренительно вдохновляющей речи.
– Кхм-кхм, – откашлялся я и вышел в центр помещения, привлекая внимание всех. – Кавалер̀ы и леди! Сегодня тот самый момент, когда за нашими спинами стоит наша Р̀одина! Тот день, когда её судьба в наших р̀уках! Так пусть эти р̀уки будут мужественными! Так пусть ваши сер̀дца забудут стр̀ах! Так пусть обр̀атятся в пр̀ах и пепел те, кто посмел выступить сегодня пр̀отив нас! Я пр̀иказываю вам ср̀ажаться доблестно, я запр̀ещаю вам умир̀ать напр̀асно, я повелеваю вам победить сегодня! Сегодня все вы станете гер̀оями! По местам!!! Ан гар̀д!!!
Я почувствовал приток воодушевления, потому что моя же речь подействовала на меня же. Слегка приглушенные и подавленные солдаты выпрямились и с отчаяньем заулыбались, даже Вадим и Игорь, пареньки, до этого полностью осознавшие, на что именно подписались, сейчас дерзко улыбались, готовясь принять бой.
Связь между нами всеми – мы единый организм войны.
Сегодня мы умрём или победим.
– Умр̀ём и победим! – выкрикнул я более точную формулировку и подошёл к окну.
"Экспроприированный" в Эрмитаже полудоспех: