Во тьме его желаний (СИ)

— Больно? — интригующе спросил он.
Я отрицательно мотнула головой, но не открыла глаза. Так действительно было не страшно, и я могла трезво оценить воздействие ролика.
Армин провел этой штукой по второму плечу, а затем медленно спустился вниз.
Крошечные иголочки тихонько кололи, но не причиняли боли.
Тогда Армин спустился этой штукой мне к груди и прошёлся по нежной коже.
Я напряглась от лёгкой щекотки, но эти ощущения тут же отозвались у меня внизу живота горячей и вязкой волной.
Армин прошёлся иголочками ещё раз, а затем проехался по тонкой коже ореол. У меня же было ощущение, что эти самые иголочки впились мне в промежность, и я дернулась насколько это было возможно.
Тогда Армин захватил губами одну вершинку, жадно вобрав ее в рот, а по второй медленно проехался игольчатым роликом.
Я закусила губу и замычала от острых ощущений в промежности. А ведь Армин даже не касался меня там!
Затем мужчина проехался по моей вершинке ещё раз и ещё, пока я медленно сгорала от обжигающей страсти. Он сделал это достаточно резко и быстро, "исполосовав" мою грудь этим предметом, а после убрал его на поднос.
Меня это удивило. Разве он не хочет продолжить?
Но через секунду до меня дошло к чему все это было. Те участки кожи, где касался ролик, стали горячими, и весь пожар перекинулся мне в лоно.
— Доктор Армин! — запаниковала я. — Так жарко! Помогите!
Армин коснулся пальцами моей промежности и тут же ввел их внутрь.
— Эти иголочки, — объяснял он, пока готовил меня для себя, — создают мельчайшие микротравмы на коже. Этот процесс безвреден, но очень приятен, как если бы я сделал так…
Армин резко провел по моему бедру пальцами с коротко стриженными ногтями. Но всё же он как будто слегка меня оцарапал. И тут же мое бедро начало гореть пожаром, что снова отдалось пожаром вниз живота.
Я запрокинула голову и стыдливо закусила губу.
Мне нравилось то, что я сейчас испытывала. Все воздействия Армина не просто заставляли мою кожу гореть, это пламя проникало глубоко в мышцы и даже в мозг. Кроме того, обездвиженность и беспомощность заключали меня в воображаемую камеру, из которой нет выхода, но также и нет желания его найти.
Каждый мой нерв был объят этим пламенем, а внизу живота уже образовался целый комочек опаленных страстью клеток.
— Армин! — завыла я, после того как мужчина "расцарапал" мне живот и бедра, при этом не покидал пальцами второй руки моего лона. — Больше не могу!
Мое тело требовало мужчину. Я жаждала оказаться под ним, жаждала принять его в себя, раскрыться для него без остатка. Жаждала полноценных проникновений.
— Что ты хочешь, малышка Афина? — интригующе спросил Армин и снова резко прошёлся пальцами по бокам моих бедер.
— Вас! — я задохнулась от страсти. — Пожалуйста! Я хочу быть Вашей!
Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от столь ярких эмоций и тактильных ощущений. Мне хотелось кричать, вырываться, метаться, но я была прочно скована.
— Ты прекрасна в своих мучениях, — Армин "доехал" игольчатым роликом мне до низа живота, и я поняла, что мне конец. — Самая красивая и отзывчивая девочка. Я готов мучить тебя всю ночь. Но гораздо приятнее будет брать тебя всю ночь.
Я закусила губу и заскулила, с большим нетерпением ожидая столь желанной близости с моим Армином.
  
Глава 35
 
Мужчина покинул мое лоно, чем вызвал во мне пустоту разочарования, но я понимала, что нужно еще немного потерпеть. Армин, продолжая время от времени меня царапать, отвязал мне правую ногу, согнул ее в колене, чуть отвел в сторону и крепко привязал к бортикам стола. Тоже самое он сделал и с левой ногой, раскрыв меня как бабочку.
Затем он снова прошелся игольчатым роликом по моим ореолам, а после поднялся к лицу.
— Высуни свой язычок, малышка Афина, — Армин надавил мне на щеки, чтобы я не смогла сомкнуть челюсти, и дождался пока я выполню его приказ. — И смотри на меня. Я очень хочу видеть твои глаза.
 
Опьяненная этим страстным безумием, я глядела на Армина с высунутым язычком и ждала новой порции сладостных пыток. Тогда мой Доктор каким-то механизмом немного собрал стол, заставив ту часть, на которой раньше были мои ноги задвинуться внутрь. Теперь мой Доктор Армин беспрепятственно прижался к моей промежности пахом и склонился над моим лицом.
Игольчатый ролик дошел до моего язычка и впился в меня сотнями иголочек. Трепетно заскулив, я снова зажмурилась, но тут же опомнилась и вновь устремилась взглядом в черные глаза моего Доктора.
— Моя хорошая девочка, — прошептал Армин и сильнее прижался ко мне напряженным пахом. — Люблю тебя такую послушную, трепетную, терпеливую. Только мою…
Я удивленно раскрыла глаза. До меня только сейчас дошло, что Армин уже в третий раз признался мне в любви, а я была так занята своими мыслями, что пропустила два предыдущих раза мимо ушей. Сначала он сказал в палате, что для человека, кто меня полюбит я буду прекрасна всегда. Потом сказал, что не отпускает то, что любит. А сейчас… он ведь сказал это почти прямым текстом! Неужели он правда любит меня? Но за что? Я никак не проявила себя перед ним, чтобы меня можно было полюбить. Может быть он все говорит это с какой-то другой окраской? В том смысле, что ему только нравится быть со мной?
Армин нетерпеливо отбросил игольчатый ролик и, обхватив мое лицо, жадно впился в меня губами, спасая мой уже засохший язычок. Второй рукой он тут же раскрыл мои складочки как можно шире и вошел в меня одним толчком, мгновенно заполнив собой и обозначив свое господство над моим телом.
Я застонала одновременно от слегка болезненных растягивающих ощущений, и от сладостного исполнения моего желания. Армин во мне. Как я этого хотела! Уже вся извелась!
Не давая мне привыкнуть, мужчина тут же толкнулся в меня еще глубже, срывая новый стон с моих губ. Армин как дикий зверь поглощал один мой стон за другим, не давая мне перевести дыхание. Я заметалась в своей обездвиженности, желая прикоснуться к моему мужчине, почувствовать жар его кожи, твердость его мышц, но все, что я могла это лишь чуть-чуть податься вперед бедрами и головой.
— Непослушная девчонка, — Армин оторвался от моих губ и сердито обхватил меня за шею. — Вздумала она отшить меня сегодня!
Толчки стали резкими и частыми, а я сходила с ума от нового перевоплощения моего Доктора в Господина. У меня немели ноги от такой трансформации, и я словно напрочь лишалась способности мыслить.
— Ты принадлежишь мне, Афина, — рыкнул он, сжав мне шею и бедро. — Только мне. Попробуй еще хоть раз заикнуться о расставании!
А я этого больше и не хотела. Не знаю, что со мной произошло днем, но сейчас я упивалась моим строгим Господином. Несмотря на его грубость, я чувствовала себя любимой и защищенной.
Армин входил в меня максимально глубоко, да еще в конце терся пахом о мои распухшие нижние губки. А я так хотела нашей близости, что была уже на пределе.
— Господин Армин! — сорвавшимся голосом позвала я. — Пожалуйста… можно мне… кончить… для Вас?
— Нет, — с особым наслаждением произнес он, не прекращая двигаться во мне. — Будешь терпеть столько, сколько я скажу.
У меня перехватило дыхание.
Терпеть?! Как можно терпеть? Я сейчас с ума сойду!
Я только было собралась попросить об этом еще раз, но Армин накрыл мой рот ладонью.
— Все правильно, — Армин чуть замедлился и теперь его толчки стали мучительно плавными. — Ты же не думала, что я оставлю твой поступок безнаказанным?
Я пискнула ему в ладонь.
У меня больше нет ни секунды! Я не выдержу! И что будет, если я сделаю это без разрешения Армина?
Я снова пискнула, едва не плача от отчаяния.
Как это остановить?!
— Хорошо, — коварно улыбнулся он. — Кончи для меня.
Я взорвалась протяжным криком и замерла от долгожданного удовольствия. Все мое тело пылало от перенесенных прикосновений от ролика и «царапок» Армина, голова кружилась от недостатка кислорода, в горле саднило от стонов, но мне было так хорошо в руках моего мужчины.